Слепая любовь или Фестиваль светлячков

Глава XXII

      Вре­мя шло, Кай­ли мед­ленно вы­ходи­ла из сос­то­яния деп­рессии, при­выкая к сво­ей нес­по­соб­ности ви­деть. Она бы­ла силь­но мо­тиви­рова­на мо­ими сло­вами. Она ве­рила, что ес­ли она бу­дет ста­рать­ся, ес­ли МЫ бу­дем ста­рать­ся, то у нас всё по­лучит­ся. И тог­да мы обя­затель­но со­берём сум­му, что­бы про­вес­ти опе­рацию.

— Оце­ни эту ме­лодию, Ан­тон! — поз­ва­ла ме­ня Кай­ли из сту­дий­ной ком­на­ты, в ко­торой сто­ял мой син­те­затор.

      Она иг­ра­ла бук­валь­но на ощупь, сов­сем не про­махи­ва­ясь по нуж­ным ей кла­вишам.

— Ты сов­сем не фаль­ши­вишь; как ты так точ­но иг­ра­ешь, при этом да­же не смот­ря на кла­виши?

— Зна­ешь, ког­да за каж­дую ошиб­ку те­бя бь­ют со всей си­лы по ру­ке, при­ходит­ся учить­ся иг­рать точ­нее, — я пог­ла­дил ла­донь Кай­ли, ко­торая бы­ла усе­яна мно­жес­твом шра­мов. 

— Мне дос­та­точ­но на­щупать на­чало ок­та­вы по чёр­ным кла­вишам, и тог­да я пред­став­ляю пе­ред со­бой все во­семь­де­сят во­семь. Пос­лу­шай эту ме­лодию!

      Му­зыка, ко­торую Кай­ли соз­да­вала плав­ны­ми дви­жени­ями сво­их рук, зву­чала по­ис­ти­не прек­расно. Я ска­зал ей об этом.

— Зна­ла, что те­бе пон­ра­вит­ся. Хо­чу на­ложить на неё кра­сивые сти­хи — это бу­дет пер­вая пес­ня в на­шем аль­бо­ме.

      Я об­нял Кай­ли сза­ди и по­цело­вал её в щё­ку.

      В один из пер­вых дней пос­ле пе­ре­ез­да в сту­дию, я ре­шил ра­зоб­рать свою сум­ку с ве­щами. По при­ез­ду в До­вер я дос­та­вал от­ту­да лишь одеж­ду, ко­торая ле­жала свер­ху, но там бы­ло го­раз­до боль­ше все­го. Од­на из ве­щей, ко­торая по­палась мне под ру­ки ещё в квар­ти­ре Да­ши, это её днев­ник. Тог­да, ког­да я ещё на­ходил­ся под вли­яни­ем убий­ствен­ных мыс­лей, мне и ду­мать не хо­телось о том, что­бы заг­ля­нуть в не­го. Сей­час же, ког­да прош­ло столь­ко вре­мени, я ре­шил, что уже по­ра. Лю­бопытс­тво ов­ла­дело мною нас­толь­ко, что я вдум­чи­во чи­тал каж­дое сло­во, от на­чала до кон­ца. Да­ша ста­ла вес­ти днев­ник, ког­да на­чались проб­ле­мы с ро­дите­лями. Она всту­па­ет со сло­вами о том, как ей всё на­до­ело и что она же­ла­ет по­кон­чить жизнь са­мо­убий­ством. Та­кой тон дер­жался на про­тяже­нии все­го днев­ни­ка. За­писи име­ли ин­тервал при­мер­но в од­ну не­делю, каж­дый раз Да­ша от­ме­чала, что же­лание свес­ти счё­ты не по­кида­ет её, но она, са­ма не зная по­чему, бо­ит­ся это де­лать. Вот я до­шёл и до се­бя. Она на­писа­ла о на­шем зна­комс­тве. За­бав­ной мне по­каза­лась строч­ка, где Да­ша пи­шет: «Воз­можно, этот па­рень зас­та­вит ме­ня про­дер­жать­ся нем­ножко по­доль­ше». Но ког­да я всё об­ду­мал, улыб­ка про­пала с мо­его ли­ца. Даль­ше я не чи­тал, вплоть до мо­мен­та, ког­да я при­ехал в Санкт-Пе­тер­бург. Да­ша пи­сала, что ей жаль, что её ин­тернет-друг, ко­торый при­ехал по боль­шей час­ти ра­ди неё, так ред­ко мо­жет с ней ви­деть­ся. За­тем лис­ток, на ко­тором она из­ли­ла ду­шу о том, как её бе­сит учё­ба, из-за ко­торой она не мо­жет сле­довать сво­им нас­то­ящим ин­те­ресам. Не­кото­рые сло­ва бы­ли раз­мы­ты из-за упав­ших на них слёз. С каж­дой стра­ницей мне ста­нови­лось всё тя­желее и тя­желее чи­тать, но ког­да я до­шёл до пос­ледней за­писи, я по­нял, что всё про­читан­ное мной ра­нее — цве­точ­ки.

04.05.2014
жизнь по преж­не­му пол­ное дерь­мо. толь­ко те­перь я сов­сем не хо­чу жить. я ре­шила, что по­кон­чу с этим раз и нав­сегда. мне боль­но смот­реть, как ан­тон смот­рит на ме­ня. его гла­за пол­ны люб­ви, он прав­да ве­рит, что у ме­ня всё хо­рошо, но это не так. это сов­сем не так. я знаю как я пос­туплю. я ли­бо прыг­ну под ко­лёса, ли­бо уро­ню фен в ван­ную. сде­лаю всё так, что­бы ду­мали, что это нес­час­тный слу­чай. ха-ха. жал­ко бу­дет ан­то­на, прав­да, но у ме­ня нет дру­гого вы­хода. я не нас­толь­ко сме­лая, что­бы рас­стать­ся с ним, тем бо­лее у не­го здесь ни­кого нет. луч­ше убью двух зай­цем од­ним выс­тре­лом. прос­ти, ан­тон, я те­бя не лю­била, я ни­кого не лю­била. я ум­ру и обо мне ник­то не вспом­нит.

      Не­уже­ли Да­ша не лю­била ме­ня? Так, зна­чит, у нас сов­сем люб­ви-то и не бы­ло? Мы прос­то бы­ли вмес­те, це­лова­лись, за­нима­лись сек­сом, но ни я, ни она не лю­били друг-дру­га? С тру­дом в это ве­рит­ся.

      Ос­та­вив Кай­ли на­еди­не с син­те­зато­ром и дав во­лю её фан­та­зии, я зак­рылся в спаль­не, при­няв уже дав­но зна­комую мне по­зу. Мой мозг не мог прос­то при­нять тот факт, что я не смог по­мочь Да­ше в её борь­бе с деп­ресси­ей, по­чему она и по­кон­чи­ла с со­бой. По­луча­ет­ся, что всё это бы­ло не нуж­но? По­луча­ет­ся, что я прос­то так жил с ней под од­ной кры­шей, де­лал му­зыку точ­но так же, как де­лаю сей­час с Кай­ли, но ни ей, ни мне от это­го не бы­ло хо­рошо? Лад­но я. Я был уве­рен, что, нес­мотря на от­сутс­твие во мне чувств к Да­ше, она са­ма лю­бит ме­ня. Ду­мал, что на­ша связь по­может ей встать на но­ги пос­ле всех со­бытий, ко­торые её так под­ко­сили. Я так на­де­ял­ся, что всё, что я для неё де­лал, име­ет хоть ка­кое-то зна­чение, а, как ока­залось, всё это бы­ло нуж­но лишь для то­го, что­бы она соб­ра­лась с мыс­ля­ми и ре­шилась на су­ицид.

      «Ан­тон!» — крик­ну­ла Кай­ли, вы­ведя ме­ня из ас­тра­ла. Не от­ве­тив ей сра­зу, я про­мор­гался, об­на­ружив се­бя си­дящим за сто­лом. Под ру­ками у ме­ня был лист А4, це­ликом ис­пи­сан­ный риф­мо­ван­ны­ми стро­ками. Ос­та­вив не­из­вес­тное тво­рение ле­жать на сто­ле, я по­шёл к де­вуш­ке.

— Че­го ты так дол­го про­падал? — не дав мне от­ве­тить, Кай­ли про­дол­жи­ла: — Впро­чем, это и не важ­но. Мо­жет схо­дим ку­да-ни­будь? А то я це­лый день си­жу за син­те­зато­ром, а ты ме­чешь­ся по до­му, слов­но мес­та се­бе най­ти не мо­жешь.

— Чес­тно, Кай­ли, я сей­час ни­чего не хо­чу, — пе­редо мной встал воп­рос — рас­ска­зывать ей прав­ду или нет? Я ре­шил, что рас­ска­жу. — Я слу­чай­но нат­кнул­ся на днев­ник Да­ши… По­хоже, она ме­ня сов­сем не лю­била.

      Кай­ли на­щупа­ла мою пра­вую ру­ку и сжа­ла её меж­ду сво­ими тёп­лы­ми ла­доня­ми.

— Она хо­тела по­кон­чить с со­бой, а я это­му, по­хоже, толь­ко пос­по­собс­тво­вал.

— Не го­вори так, Ан­тон, ты не ви­новат в этом, — на гла­зах Кай­ли ста­ли на­вора­чивать­ся слё­зы.

      Я не хо­тел, что­бы она сно­ва пла­кала из-за ко­го-то дру­гого, по­это­му ре­шил прер­вать наш ди­алог.

— Идём спать, я ус­тал.

— Сей­час толь­ко… — она хо­тела ска­зать, что ещё ра­но, ведь на ча­сах бы­ло все­го во­семь, но, по­хоже, пе­реду­мала. — Лад­но, идём.

      Че­рез ми­нуту мы ле­жали вдво­ём в объ­яти­ях бе­лой кро­вати. Смот­ре­ли друг на дру­га. Ну, поч­ти. Кай­ли ле­жала на жи­воте, а ли­цо её бы­ло по­вёр­ну­то в мою сто­рону. Я неж­но про­водил ру­кой по её каш­та­ново-зо­лотис­тым ло­конам, плав­но опус­кая ла­донь до её ого­лён­ной спи­ны. Она бы­ла тёп­лая, слов­но сол­нце. По­ложив ру­ку чуть вы­ше по­яс­ни­цы, я тя­жело вздох­нул. Кай­ли ле­жала, и единс­твен­ным ис­точни­ком зву­ка бы­ло её ды­хание.

— Ты, на­вер­ное, хо­чешь это­го, но… Я ещё не го­това. Прос­ти. Каж­дый раз, ког­да я ду­маю о бли­зос­ти с то­бой, в го­лову ле­зут иди­от­ские вос­по­мина­ния о мо­ём вре­мяп­репро­вож­де­нии в ком­па­нии Джас­ти­на и Эда. Как они тас­ка­ли ме­ня за во­лосы и зас­тавля­ли быть для них со­бач­кой…

— Что, ты, Кай­ли. Это вов­се не глав­ное. Мы всег­да ус­пе­ем. Сей­час ме­ня боль­ше вол­ну­ет твоё мен­таль­ное сос­то­яние, ко­торое, как я ви­жу, ещё за­лечи­ва­ет свои ра­ны, — я вновь про­вёл ру­кой по её во­лосам, за­тем пог­ла­живал её по го­лове. — Не пе­режи­вай, в тюрь­ме им воз­дас­тся. Там за та­кие гре­хи не про­ща­ют.

— В ка­ком смыс­ле? — уди­вилась Кай­ли.

— Я силь­но сом­не­ва­юсь, что та­кие хлип­кие ре­бята как Эд и Джас­тин спо­соб­ны за се­бя пос­то­ять. Ког­да вы­яс­нится, за что они си­дят, им не поз­до­ровит­ся. Их бу­дут бить круг­лые сут­ки. И из­би­ени­ями всё не ог­ра­ничит­ся.

— Но это ведь уже слиш­ком, Ан­тон. Они это­го не зас­лу­жива­ют, — она на­чала нер­вни­чать, слов­но так пе­режи­ва­ет за пар­ней, ко­торые ещё ме­сяц на­зад на­сило­вали её каж­дый ве­чер.
У Кай­ли на­чалась ис­те­рика, и она, в сле­зах, пы­талась что-то вы­гово­рить. Я пе­ребил её.

— Кай, пос­лу­шай. Я ви­жу, что ты очень-очень доб­рая де­воч­ка, ты всех лю­бишь и всем улы­ба­ешь­ся, но пой­ми же, что не все на све­те та­кие же доб­рые, как и ты. Эти два уро­да толь­ко и де­лали, что удов­летво­ряли своё жи­вот­ное пот­ребс­тво, поль­зу­ясь тво­ей бес­по­мощ­ностью. Ос­та­вай­ся та­кой, ка­кая ты есть, но, про­шу, прек­ра­ти жа­леть этих уро­дов. Они это­го не зас­лу­жива­ют.

— Ты прав.

      Я вы­тер с ли­ца Кай­ли слё­зы, а за­тем об­нял её. Она ус­по­ко­илась и вско­ре зас­ну­ла.

«Лю­ди по­любят её. В ми­ре слиш­ком ма­ло лю­дей с та­ким доб­рым сер­дцем».