Слезами Наружу

Размер шрифта: - +

Кит

КИТ

**********

 

Любкина мать снова дежурила в ночь, а Кит сумел пробраться к девчонке в обход глазка соседки. Для этого он, входя в подъезд, отключал свет на всех этажах, а Любка отключала свет в квартире. Потом очень тихо он поднимался наверх, а девчонка очень тихо открывала дверь. И уоля! Вопрос решён.

Сегодня не нужно было прибегать к изощрениям, потому что мальчик пришёл к Любке почти сразу после уроков, ещё засветло. В это время сердобольная соседка не слишком шибко сканировала территорию.

Смеркалось. Кит и Любка лежали на диване. Девочка прижималась к мальчику, положив голову на грудь. Сладкая истома заставляла сердце биться неровно. Кит то и дело поглядывал на часы, боясь опоздать. Как бы ни было хорошо с подружкой, друзей кидать нельзя.

- Хорошо у тебя, но мне скоро нужно уйти, - сказал мальчик.

- А ты сможешь как-нибудь остаться на ночь? – тихо спросила Любка. – Мне с тобой очень хорошо.

- И мне с тобой. Сегодня сделаю дело и на следующее мамино дежурство приду. Расскажу, может, о наших подвигах.

- Эх, - вздохнула Любка и поцеловала Кита. Её ясные глазки блаженно закрылись, она улыбнулась и уткнулась мальчику в грудь. – С тобой мне хорошо.

- Ты уже говорила, - усмехнулся Кит, вставая. – Но дело очень важное. Друзей кидать нельзя.

Она посмотрела в глаза мальчику, и последний вдруг разозлился. Вот держит его и не отпускает. Здесь и сейчас она хочет стать для него важнее друзей. И ведь у девчонок часто это получается, и им не предъявишь опоздание в качестве козырной карты. Они обязательно ответят: ну нам же было хорошо. Поэтому Кит не оправдал ожидания на поцелуй, бережно оттолкнул девочку и встал.

- Я тебе позвоню, - сказал он.

Прощались недолго. В поведении Любки угадывалось некоторое неудовольствие, но Кит срать на него хотел.

По дороге домой мальчик думал, что какой бы милой Любка не была, она не вызывает по-настоящему глубоких чувств, напоминая лишь домашнее животное. Да, примерно на этом уровне Кит испытывал к девочке чувства. Скорее, какое-то физиологическое влечение – не больше.

Но чёрт с ним, у него ещё будет время разобраться с чувствами. Пока что нужно надеть обмундирование и составить план сегодняшней встречи, и если Серёга и мать дома, в чём Кит уверен на сто процентов, издёвок не избежать.

В тёмной прихожей звякнул замок. В тишине квартиры шептал телевизор, кажется, новости.

- Сын, ты? – раздался крик матери, когда мальчик снял ботинки.

- Я, - коротко ответил Кит, и скользнул к себе в комнату. Мать с Сергеем, как обычно, спряталась на диванчике за шкафом, стоящим поперёк комнаты. Мальчика никто не окликнул, поэтому Кит понадеялся уйти спокойно.

Включив в комнате свет, мальчик разделся и принялся натягивать обмундирование. Позвонил Макс, спросил всё ли в порядке. Странно, но в его голосе улавливалось волнение, да Кит и сам чувствовал оттенок беспокойства. Хотя чего это они. Не первый раз же на стрелку собираются, и раньше ботаников пинали. Что за тревога? Может, это из-за такой дотошной планировки операции? Никогда же ранее они не мучились подобной фигнёй: подошёл – вмазал – и дальше пошёл. Но сейчас… тревога терзала. Как будто где-то что-то они не досмотрели.

Размышления мальчика прервала мама.

- Ты на свои верхотуры что ли опять собрался? – голос прозвучал столь внезапно, что Кит чуть в штаны не наложил. Разозлившись, он принялся затягивать пояс штанов. – Я думала, что ты уже забросил всю эту дребедень. Давно не вылезал. Чего там интересного? Поешь хотя бы сначала, - говорил силуэт матери.

Ах, как много слов.

Желудок немного отпустило ближе к полудню. Сквозь щекотливую боль, словно от укусов крыс, пробился голод, и Кит даже поел ту муру, которой кормят в школе. Пережёвывая гороховую воду, Кит вспоминал недавний прикол:

- Мне стейк слабой прожарки, картошку с бешамелем и бокал Хереса тридцатого года!

- Это всего лишь школьная столовая.

- Тогда мне кофе и булочку.

После скудного обеда желудок снова заныл, будто в него набили кирпичей, и сейчас кроме минералки, которую Кит купил на оставшуюся половину карманных расходов, ничего не хотелось.

Но внезапная злость не дала просто так отказаться.

- Ты бы лучше вчера об ужине позаботилась бы, - процедил мальчик сквозь зубы.

- А что вчера? Что ты вчера ел? – Мать включила ночник и сделала вид, будто протирает пыль со стола Кита.

- Грёбанный Доширак!

- А зачем ты ел Доширак!? – мама будто расстроилась от слов сына, но при этом в глаза ему не посмотрела.

- Потому что есть больше было нечего!

- А макароны в банке? – возразила мать.

- Какие ещё макароны?



Юрий Грост

Отредактировано: 04.10.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться