Слезы плачущих кукол

Размер шрифта: - +

2 часть.

Самолёт вот-вот должен приземлиться. Я сидела в салоне и судорожно вздыхала. Вот мы и в Блекпуле. Об этом городе я услышала в последний момент, когда родственники упорно собирали мои вещи. Блекпул - один из городов Великобритании и находится он на окраине Атлантического океана, сам Лондон будет восточнее. Но это не единственное, что мне удалось выпытать у мамы.

Школа, в которой я буду учиться, предусматривает место жительства и вообще создана для детей, у которых что-то не в порядке с головой. Или, скорее, туда отправляют детей с очень сложным характером и странностями в голове. Ну, например, если ты слишком разговорчивый, ну прямо не можешь заткнуться, то это место, скорее всего для тебя. Или, может, у тебя есть какие-то странности во внешнем виде. Может, нос стоит не прямо, а чуть наклоняясь, или глаза разного цвета. Ну, в общем, там место всем, кого в школе обзывают из-за какой-то причины либо во внешнем виде, либо в голове. Там, кстати, есть одно важное правило, которое мать мне не рассказала, наверное, не захотела, а может, сама не знала, что это за правило такое. Одно я знаю точно: на этом правиле и держится вся школа. Меня всяко должны в это посвятить.

Около меня остановилась коротенькая округлая машинка темного цвета. Очевидно, это кэб. Дверца открылась и водитель спросил:

- Мисс Фоллс? - я растерянно кивнула.

Мама мне и такси ещё оплатила, вот здорово-то. Пришлось лезть в тесную на вид и просторную внутри машинку и отправляться в мою новую школу. Насколько я знаю, жить я буду на нижнем этаже школы, а их там четыре. Два нижних - общежитие, два верхних - учебное заведение.

Я вылезла из машины и направилась к школе, таща два чемодана на колёсиках. К этой поездке меня готовили не долго, но очень тщательно. Вручили два тёмно-синих чемодана и предложили запихнуть туда хоть всю свою комнату, лишь бы ничего важного не оставить. Вскоре обуза на их шеях пересела в самолёт.

А сейчас спойконенько передвигается в сторону двери с мыслью об убийстве. Скором и безвозмездном.

Встретила меня тётушка с большими очками на носу и крупными чёрными кудрями на голове. Она оглядела меня пристальным взглядом, заглянула, куда только можно было, в том числе и в глаза. Я чувствовала себя некомфортно, если не сказать, стыдливо.

- Проблема только в глазах? - строго осведомилась она у меня.

- Не совсем... Есть ещё кое-что, - стала мямлить я.

- Угу, - задумчиво протянула тётенька. - Пошли ко мне в кабинет, объяснишь свою проблему и мы оформим документ о поступлении новой ученицы, - сказала она и двинулась вперёд.

Я угрюмо поплелась за ней. Именно «поплелась», потому что нормально двигаться мешали чемоданы.

Кабинет был в традиционном стиле: награды на полках, стопки бумаг на столе, также компьютер, красивый стул на колёсиках и большое окно.

- Присаживайся.

Я недоверчиво глянула на стул, затем медленно присела.

- Так что же в тебе такого...особенного? - спросили меня.

Почему-то я думала, что она скажет «странного», ведь это слово подходит сюда гораздо больше. Я набрала воздуха и стала пояснять:

- У меня необычные глаза, и плачу я тоже необычно, - начала я, решив, что не так уж это и сложно, откровенничать. - Ну, у меня вместо слёз может течь что угодно, любого рода жидкости.

- Например?

- Расплавленное золото, масло, бензин, даже обычная вода. Но без соли.

- Думаю, ты можешь спокойно обучаться у нас в школе, но линзы придется всё-таки надеть, - констатировала она.

И стала оформлять документ.

После того, как официальная часть этого кошмара закончилась, меня повели по школе, но только по самому нижнему этажу и самому верхнему, так как остальные, по мнению директрисы «неинтересны». А между тем объясняли мне правила школы.

- Самое основное правило: Нельзя никому говорить, какая твоя особенность. Они же, мухи такие, разжжужат всем кому не попадя о твоём дефекте.

Она противоречит самой себе. То особенность, то дефект... Мне стало не по себе.

- Если хотя бы больше десяти человек узнает о твоем дефекте, тебя придется исключить. Будь осторожна.

- Но...как быть тем, у кого дефект во внешности? - испуганно спросила я, окончательно потеряв способность доверять этой школе.

- Просто прятать этот дефект. Но таких мы берем к себе редко, - пояснила тётенька.

Мне невольно вспомнилось, как пристально она меня оглядывала.

- Так, второе правило: здесь нельзя бегать.

- Это ещё почему? - удивилась я, разглядывая пол.

- Ну, мало ли. Наша школа существует, чтобы отгородить учеников от ссор, а тем более драк. Именно поэтому здесь нельзя разглашать свою тайну, иначе засмеют.

Тоже мне, велика проблема. Всю жизнь жила с этим, не умерла же.

- А третье правило гласит, что нужно ходить на уроки и выполнять все обязанности обычной школы.

Тем временем мы вышли в общежитие. Оно представляло из себя обыкновенный коридор с поворотами и дверьми с разных сторон.

- Это женское общежитие, - пояснила директриса.

Далее мы бесконечно долго поднимались на четвертый этаж. Как я поняла, на втором этаже находилось мужское общежитие, а так же со школой есть смежное здание, но там только зал для проведения торжественных праздников, коих в Англии очень много.

На четвёртом этаже мне открылся вид на коридор, очень длинный коридор. С правой стороны огромные окна, полностью загерметизированные, с другой кабинеты и кусочек коридора заставлен шкафчиками учеников. Хотя шкафчиков явно меньше, чем учащихся.

- А это коридор, там, - она указала на первую дверь слева, - кабинет пения и музыки, следующая дверь - кабинет литературы и искусства, после неё иностранные языки, последняя дверь - кабинет физики и механики. На третьем этаже кабинеты тебе не нужны, ты в них попадёшь не сейчас, через год. Там есть только кабинет биологии, он тебе нужен, все остальные - нет. Кстати, твоя комната 13А, там только Харпер. И да, все таблички на кабинетах написаны на латинском, - директор так быстро это рассказала, что я невольно скривилась.



Настя Михевич

Отредактировано: 06.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: