Слишком поздно признаваться в любви

Глава 1

Пришла в себя от сильной головной боли. Похоже, я сейчас в больнице. Надеюсь, ничего серьезного. Вдруг, послышался скрип двери, и кто-то зашел, по всей видимости, в мою палату.

— Госпожа знахарка, как она? — спросил незнакомый женский голос.

— На все воля Всевышнего, — ответили ей. Я немного удивилась, услышав этот диалог. Конечно, я знала, что обслуживание в наших больницах не самое лучшее, но, чтобы при лечении полагались на слово Божье… о подобное приходилось слышать впервые!

— Мы продолжаем молиться уже вторую неделю, может нам все же прибегнуть к кровопусканию? — ответил голос знахарке. Теперь я действительно удивилась. Хотелось уже побыстрее осмотреться, но нужно было дождаться, пока уйдут эти две женщины, так как у меня были серьезные подозрения, что меня по ошибке определили в палату к душевнобольным.

— Если через пару дней Мария не придет в себя, то нам действительно придется пускать кровь, но пока просто укройте ее окропленными священным маслом простынями и молитесь Всевышнему в несколько раз усерднее. Больше я ничем не могу вас помочь, — закончила свой монолог знахарка-сумасшедшая.

Кто такая Мария? Что вообще здесь происходит?!

Через несколько минут две эти странные дамы удалились, и я решилась, наконец открыть глаза. Что ж, теперь я точно могу сказать, что нахожусь не в больнице, да и не в психушке тоже. Пол и стены были деревянными, а на небольшом створчатом окне висели кружевные занавески. На полу лежал узорчатый ковер, а на стене висела цветочная вышивка. Кровать, на которой я лежала была очень узкой и больше напоминала скамью , покрытую простыней, и что-то мне подсказывало, что так оно и было.

Да, лучше уж психушка. Там хоть какая-то определенность.

Я попыталась приподняться на локтях, чтобы рассмотреть обстановку получше, но голова закружилась, и я снова провалилась в темноту.

* * *

Очнувшись во второй раз, я чувствовала себя куда лучше. Голова болела меньше, да и ломота в теле прошла. Что ж, теперь только и остается, что выбрать подходящий момент и подать какие-то признаки жизни. В дальнейшем, будем надеяться на удачу.

Обуреваемая страхом и волнением, я начала ждать, пока в комнату кто-то войдет. Со времени моего пробуждения прошел уже где-то час и меня снова начало клонить в сон. И вот, когда я уже практически отдалась объятьям Морфея, за дверью послышались шаги. Ну, наконец-то! Неужели обо мне вспомнили?!

Дверь открылась, потом кто-то подошел к моей кровати. Я уже была готова открыть глаза, как вдруг, вошедший человек начал петь. Честно говоря, голос звучал довольно-таки жутко, так как эта песня навевала мысли об языческих похоронных обрядах. Наверное, это и есть та молитва, о которой говорила знахарка.

“Что ж, по крайней мере, теперь я знаю, кто вошел в комнату” — подумала я. По голосу понятно, что это та женщина, которая заходила ко мне вместе со знахаркой.

Набравшись мужества, я тихо застонала и открыла глаза. Молиться прекратили. Я немного приподняла голову, чтобы рассмотреть женщину. Она была довольно пожилой. На ней было длинное платье, а голова покрыта платком. Из открытых участков кожи было только ее морщинистое лицо и руки, которые были покрыты мозолями и ссадинами. Ее одежда была расшита теми же узорами, что и вышивка на стенах. Подол платья был в земле, будто она только занималась садовой работой. Видимо, все домашнее хозяйство лежит на плечах этой дамы.

— Мария, кровиночка моя, ты очнулась! — сказала женщина. Я удивилась еще сильнее. Ничего не понимаю! Почему она называет меня Марией?!

— Мы с твоим батюшкой место себе не находили. Вторую неделю лежишь ни жива, ни мертва. Соседи уж начали поговаривать, что погребальный костер придется складывать!

Я ошеломленно смотрела на нее. Ладно, Агнесса, возьми себя в руки. Вряд ли, ты как-то решишь возникшие проблемы, если закатишь истерику или упадешь в обморок. Будем подстраиваться под ситуацию.

— Ах, воды, дайте мне воды, — тихо простонала я.

— Да, сейчас, доченька, сейчас, — захлопотала женщина.

Доченька?!

Моя “матушка” вышла из комнаты, и у меня появилось немного времени, чтобы определиться с манерой поведения.

Думаю, будет лучше всего пока делать вид, что я ужасно ослаблена после болезни, поменьше говорить и побольше слушать. Буду выдавать себя за неизвестную Марию, все равно выбора нет, ведь неизвестно, что будет, если узнают, кто я на самом деле.

Через несколько минут женщина вернулась с чашкой воды. Выпив немного, я решила разузнать у “матушки” побольше о месте, где я оказалась.

— Матушка, можете рассказать, что произошло, пока я болела? — попросила я.

— Ах, дитятко, так сваты от господина Гролла приходили.

У меня от удивления расширились глаза. Но “матушка”, видимо поняла мои эмоции неправильно, поэтому сказала:

— Не волнуйся, милая, отец отказал ему. Уж с твоим то личиком, мы найдем тебе мужа побогаче. Твой батюшка сказал, что сам староста хочет, сватов к нам в дом послать. Ты не смотри, что он тебя старше. Подумаешь, тридцать лет, зато в богатстве и достатке жить будешь. Такую красавицу как ты любой мужчина на руках носить будет. Родишь ему детишек здоровеньких и будешь жить припеваючи!