Слуга времени, или Бойтесь своей судьбы

Глава 7

Сетриана Эн’Вайари, ныне Мейшинджианл ло Шанто’Риэль.

Мир - Воллир, столица Ароли, подконтрольная Владыке Вод Всех Миров - Сенриолу.

Из сна я выскользнула достаточно мягко, хоть это и не спасло меня от головной боли, не сильной, но до отвращения раздражающей. Прошлый день проехался по мне, как табун коней по степи, оставив в теле ломку и болезненность. Ничего, пройдёт, бывало и хуже, особенно когда я заразилась зелёной лихорадкой, вот тогда да, хоть вой, всё болит, тело не двигается, а кожа приобретает зеленоватый оттенок, бррр. Оглядевшись с кровати, поняла, что я в воде, а значит, в доме Тао, которого теперь надо называть Моиром. Скоро я запутаюсь во всех этих именах. Из результатов осмотра спальни, а я была именно в ней, напрашивался вывод, что брат точно не бедствовал. Большой шкаф у стены, и он точно не пуст, у стен стоят маленькие столики для ваз и статуэток, вся комната в пуфиках, на полу подушки  и, что странно, ни одного стула или кресла, хоть это возможно и правильно. Как я на него сяду, с хвостом то? В дверь постучались и, не дожидаясь ответа, вошли. Брат нетерпеливо влетел в комнату, никогда не думала, что он такой заботливый и импульсивный, в начале знакомства он показался мне куском ледышки, ан нет. Как обманчиво бывает первое впечатление. Сейчас он осторожно присел на край моей кровати и внимательно смотрел на меня. На его лице была серьёзность вперемешку с заботой, именно с такой миной на лице, лекарь сообщает, что жить осталось пару часов. Признаться честно, собственное сравнение меня напугало и я дрожащим, еле слышным голосом спросила Тао:

–Эта боль останется со мной навсегда? – видимо сложив в голове мою испуганную мордашку и тон голоса, братик всё понял и строго сказал.

– И не надейся! Сегодня последний день, когда ты сможешь избежать занятий из-за самочувствия, а вот завтра, когда всё пройдёт, не отвертишься! – насладившись моим удивлением, Тао снова превратился в обеспокоенного брата и удивительно нежно спросил. – Как ты?

– Всё болит, но терпимо. Что-то случилось, у тебя было такое лицо…

–Какое? – не упустил момента, что бы поинтересоваться Тао.

– Будто приговор собрался озвучивать.

– В какой-то степени ты права. Через три дня нас ждут на неофициальное знакомство с родителями жениха, а на четвёртый будет бал в честь помолвки, за два предстоящих дня мы должны закупить всё необходимое для Академии и бала, а так же… – Тао ещё долго бы меня отвлекал словами от важного, но я перебила его.

– Жениха!?

­– Да, жениха. – он твёрдо посмотрел мне в глаза– Принц просил у меня, как у единственного родственника мужского пола, твоей руки и я дал согласие.

– А у меня спросить не забыл? – окрысилась на брата, ведь это немыслимо, дать согласие на замужество, не спросив меня.

– Ты не доверяешь мне?

– Да при чём тут доверие? Важно то, что тебя не интересовало моё мнение, ты решил мою судьбу, не спросив меня, ты не моё доверие предал, ты меня предал, или же правильнее говорить продал? – я была настолько возмущена, что почти кричала. – Как ты посмел распоряжаться мною? Зачем? – отчаянно спрашивала я, стараясь не сорваться на слёзы, слишком уж часто они стали появляться в моей жизни. – Не хочу ни слышать, ни видеть тебя! – психанула, поняв, что ответов я не дождусь, и вылетела из комнаты, оставляя в ней стоять брата с низко опущенной головой и стиснутыми кулаками, его глаз я не видела, как и лица.

Как последняя истеричка я вылетела из комнаты в неглиже, благо, что чешуя прикрывает всё, что надо. Остановилась только тогда, когда вылетела в столовую, она же кухня. Там, через стенку от обеденного стола, было много поваров, кухарок и служанок, которые столовались за своим столом, но шум, стоящий в помещении резко стих, стоило только любопытным глазам скреститься на мне. Они все повернулись ко мне, оценили мой наряд и смущённо отвернулись, а меня стала затапливать жгучая волна стыда. Закатила истерику, которую много кто мог слышать, потом выбежала, скорее, стремительно выплыла, к сиренидам в чём мама родила, что явно не последний писк здешней моды, но отступать тоже было неуместно и мне ничего не оставалось,  как независимо прошествовать к столу с благородным видом, мало ли, что взбредёт в голову взбалмошной девчонке, может ей так нравится, а что красная, как закатное солнце, так мало ли от чего молодая госпожа могла смущаться, может, не привыкла к такому количеству народа? Успокаивая себя такими мыслями, я устроилась за столом на единственном стуле, сделанным из каких-то водорослей с выемкой для хвоста. Видно слуги думали в подобном направлении, так как стали выносить завтрак, и хоть и косились на меня скептически, но свою работу выполняли безукоризненно. То, что мне предложили на завтрак, было странным, но из всего я выбрала более-менее знакомое, то есть салат, в данном случае, из водорослей и чашку травяного настоя. Конечно, появляется вопрос, а как под водой пить жидкость, но сирениды те ещё затейники.  Горловина узкого бокала-чашки было затянуто магической плёнкой, которую надо прокалывать языком, когда пьёшь, а потом она сама мгновенно восстанавливается. Интересно.

Заканчивая завтрак, я не могла отделаться от чувства неудобства, перед братом, перед слугами, перед собой. Раньше импульсивные поступки были мне не свойственны, а сейчас я себя еле контролирую, что со мной? Без понятия, но это пора исправлять. Я уже собиралась идти извиняться перед братом, когда он сам влетел в столовую. В руках у него был тонкий большой палантин, который он накинул мне на плечи. Видно мой вид слишком неприличен, от понятия этого факта я просто залилась румянцем с кончиков пальцев на ногах до корней волос на голове. Забота брата была так приятна, что все обиды выветрились сразу же, будто их и не было. Я подскочила со стула и кинулась к Тао, который распахнул объятия, смотря на меня с тёплой улыбкой и печалью в глазах, от которой моё сердце сжалось. Он ведь одинок, до звериного воя одинок, поняла внезапно. Я - то единственное, что у него осталось. О Время, как же стыдно перед ним.