Слушай сердце. История о любви, ненависти, прощении

1 глава (1 часть)

1 глава

Москва, февраль 2007 года

Дело о наследстве Рокотова не казалось Антону сложным. Тогда – в самом начале, – когда в январе услышал о нём. Вересов за свою многолетнюю практику в юрфирме разбирал подобные дела десятки раз и уже знал, с чем ему придётся столкнуться. С проблемами. Ведь там, где вертятся большие деньги и замешаны большие люди, всегда уйма проблем. Исключением не стал и этот случай – овеянный проблемами со всех сторон, даже несмотря на то, что почивший миллионер оставил завещание, где чёрным по белому обозначалось, кому и что достаётся.

Михаил Юрьевич Рокотов, умерший в возрасте восьмидесяти пяти лет, оставил завещание, находясь в здравом уме и трезвой памяти. Вот только вопрос о том, кому и что достанется, после его смерти так и остался открытым – приобретя пахнущие гнилью и копотью тёмные оттенки чужой зависти, жадности, подлости и алчности. Потому что, согласно оставленному завещанию, реальные наследники миллионера не получили и рубля из миллионов почившего родственника. Московская квартира, дом в Подмосковье, коллекция антиквариата общей стоимостью в три миллиона долларов и лабрадор Ники достались не им.

Жаждавшие оспорить последнюю волю покойного, оставившего всё имущество, включая даже собаку, некой Веронике Стрельцовой, девушке, которая ухаживала за ним последние пять лет, наследники не желали мириться с несправедливостью и подали в суд на мошенницу. И обратились в юридическую фирму, где работал Антон, с предложением защищать их интересы и предлагая немаленькую сумму за эти услуги.

Антон прекрасно помнил тот день в середине января, когда узнал «великую новость». Ему её преподнесли, можно сказать, на блюдечке с голубой каёмочкой. Такой заказ! Такие заказчики! Такие гонорары! Об этом можно было только мечтать!.. И он тоже – мечтал. Да раньше он бы плясал от восторга, узнав о том, чьи интересы будет отстаивать и как много за это получит.

Но в начале 2007 года, что-то безвозвратно, как он после понял, в нём поменялось. После боя курантов, после Красной площади, после того, как увидел... Чёрт!.. И ему уже не нужно было ни блюдечко, ни каёмочка!..

Но кто-то об этом даже не подозревал. А может, не подозревал еще и сам Антон...

- Пляши, Вересов! - без стука и предупреждения ворвавшись в его кабинет, пробасил друг и коллега Антона Вячеслав Лемешев. Счастливый, улыбающийся, светящийся, как начищенный до блеска самовар, и только что не подпрыгивающий от радости. - Дело о наследстве Рокотова отдали тебе! – заявил он и без приглашения, видимо, ощущая себя гонцом, принесшим добрую весть, опустился в кресло напротив Антона. Продолжая улыбаться во все свои тридцать два зуба.

Лицо Антона не выразило никаких эмоций – ни улыбки, ни блеска глаз, ни даже намёка на всё это. Мужчина «крутанулся» в кресле, поворачиваясь к нежданному посетителю всем корпусом, и без возмущения, совершенно спокойным голосом поинтересовался:

- Тебя вообще стучаться учили?

У Лемешева чуть глаза на лоб не полезли. Он весь подобрался и подался чуть вперёд.

- Антох, ты чего? - искренне удивился он. - Я к тебе тут, между прочим, с хорошими новостями пришёл. Меня, как посланца добрых вестей, убивать ну никак нельзя. Закон такой. Древний, - и широко улыбнулся.

Антон откинулся на спинку кресла и, нахмурившись, без тени улыбки на лице внимательно посмотрел на мужчину, сидящего напротив. Вроде, двадцать семь лет разменял в январе, а всё еще ведёт себя как мальчишка! Высокоспециализированный юрист, профессионал своего дела, прагматик и практик, удостоившийся среди «своих» прозвища «Московский Лев»... Как Слава мог быть одновременно настолько... раздолбаем – бестактным и бесцеремонным!? Самоуверенный эгоист, чистой воды. Но, ни много ни мало, один из лучших друзей Антона.

Стоит ли сделать скидку на это обстоятельство, отчитывая Лемешева за принесённое неудобство?..

- Я как раз делом Рокотова и занимаюсь, - отозвался Антон, наклоняясь над столом и с интересом наблюдая за реакцией друга, незамедлительно последовавшей за этими словами, - приоткрытый рот, широко раскрытые глаза и брови, едва не залезающие на лоб. – Я не думаю, что тут всё так просто...

- И почему я узнаю, что ты ведёшь это дело, только сейчас? Последним?! - возмущенно воскликнул Вячеслав, подпрыгнув в кресле, и проигнорировав последнюю реплику Антона.

- Вообще-то, первым, - поправил его Вересов, легко улыбнувшись. – А, во-вторых, я еще не уверен, что берусь за него. Как я уже сказал, тут не всё так просто, как кажется...

Вячеслав поморщился и фыркнул, глядя Антону в глаза. Закинув ногу на ногу, сел в кресле поудобнее.

- Да что там неясного? - отмахнулся он. - Какая-то безызвестная девчонка, как говорится, без роду без племени, облапошила старика-миллионера, решив заграбастать его миллионы, - начал Слава с пренебрежением в голосе. - Реальные наследники хотят восстановить справедливость, что я, кстати, считаю вполне обоснованным, и вернуть себе то, что принадлежит им по праву. – Слава пожал плечами. - Кому захочется отдавать такие деньжищи в лапы авантюристки? – мужчина развёл руками. – Или ты думаешь, что стоит дать этой девице обдурить их?