Смерть и прочие неприятности. Opus 2

Размер шрифта: - +

Глава 20. Divisi (12.11)

(*прим.: Divisi - указание для участников ансамбля, предупреждающее о разделении партии на несколько самостоятельных голосов (муз.)

 

Белая Ведьма нашла её на балконе.

Ева стояла, опершись на перила, так и не выпустив из пальцев гриф Дерозе, и смотрела, как за прозрачной стенкой магического купола, растворяясь в ночи, падает снег.

- Мои поздравления, лиоретта, - сказала Снежана, прислонясь к каменному парапету. – Вы нашли едва ли не единственный не предусмотренный нами способ, как нас впечатлить.

Ева не повернулась в её сторону. Лишь удостоверилась зачем-то, что шпиль Дерозе упирается в щель между гранитными плитами, выстилавшими пол.

- А милый ребёнок продолжает приятно удивлять, - заметил Мэт. – Если уж она смогла пролезть мимо гвардейцев госпожи полковника…

Ева вышвырнула его из сознания так же жёстко и легко, как минутой раньше. И ещё минутой раньше. Демону очень хотелось поделиться с ней бесценными комментариями о произошедшем, – но Еве не меньше хотелось побыть по-настоящему одной.

Сейчас заглушить голос в голове было проще, чем когда-либо. Наверное, потому что в ушах всё ещё звучала знакомая мелодия: словно на балкон доносилось эхо романса, до сих пор гулявшего под сводами тронного зала.

- Я сказала охране, что хочу побыть одна.

Балкон был пуст. К моменту, когда Ева пришла сюда, здесь прохлаждалось (в прямом и переносном смысле) с десяток человек, благополучно пропустивших её выступление, – но поскольку ей очень хотелось побыть одной, Ева с несвойственной ей категоричностью обеспечила себе одиночество. Так что гвардейцам у дверей был отдан приказ всех выпускать и никого не впускать.

Она сама не знала, почему почти не удивилась, что на Белую Ведьму правила не распространялись.

- Трудно отказать важному гостю из страны, с которой ваша страна очень хочет наладить дружественные отношения и который несёт важное послание от Повелителя. Особенно если он умеет подобрать правильные аргументы. – Снежана налегла на камень грудью: пажеский костюмчик скрадывал её фигуру, обточив её почти до мальчишеской. – Повелитель Альянэл просил передать своё почтение и благодарность.

- Значит, вам понравилось.

- Ничего не смыслю в музыке. Но Алья и Лод смыслят. Им понравилось. Я им доверяю.

Голос девушки прозвучал прохладно, однако Ева улыбнулась прямоте её слов.

В усталом опустошении, всё ещё владевшем ею, всё равно не было места ни злости, ни колкостям.

- Я рада.

Снег над ними повисал в воздухе, оседая сверху искристым белым навесом. За границей охранной магии, окружившей балкон хрустальной стеной, мороз белил крыши и брусчатку, вился инеем на стёклах. Здесь колдовство удерживало снаружи и мороз, и ночь, не давая им затопить уютный и хрупкий людской мирок, вытеснить тёплый свет, который обитатели дворца поддерживали вопреки воле тёмного холодного мира.

- Алья сказал, у вас… очень добрая музыка, - после долгого молчания произнесла Белая Ведьма. – Лод как-то сказал, что человек раскрывается в музыке. Слова могут обмануть. Поступки могут обмануть. Музыка идёт из души и лгать не может. – Она тихо, как-то неловко хмыкнула. – Иногда я рада, что мне этот риск в любом случае недоступен.

Ева крепче сжала в пальцах смычок: тот лежал на парапете, но Ева не решалась его отпустить. Удержалась от желания красноречиво отодвинуться подальше – перчатки она забыла на помосте, и скрыть холодные руки было нечем.

- Эленвэ жаловалась, что вы никогда не играете вместе, - сказала Снежана, не дождавшись ответа. – Всегда думала, почему её сестра упускает возможность, за которую многие бы отдали… многое. Видимо, вы просто предпочитали играть в другом плане.

- Не люблю компьютерные игры. Бесполезная трата времени, как по мне.

- У игр можно многому научиться. Если смотреть в суть. К примеру, один из величайших законов жизни я усвоила в Doom.

- И какой же?

- Если перед тобой закрываются все двери и положение кажется безвыходным, где-то поблизости обязательно отыщется открытая вентиляция. – Белая Ведьма почти мечтательно созерцала россыпь особняков вокруг дворцовой площади, расцвеченную окнами, прорезанную освещёнными улочками. Снежная ночь размывала фонари, делала их призрачными и зыбкими, словно заколдованные огоньки, какими в сказках злые духи заманивают путников в болото. – Взгляд на звёздное небо и наполненный музыкой слух перед сном – это лучше, чем все твои снотворные снадобья.

Ева не сразу поняла, к чему это. Лишь одновременно со следующими словами сообразила, что собеседница цитирует.

- Это из другой игры. В бисер, - хмыкнула Снежана. – Я бы посоветовала вам прочесть Гессе, но здесь достать его будет трудновато. Математика и музыка, вам бы понравилось. – Заложив руки за спину, собеседница наконец повернулась к ней. – Поскольку я ничего не смыслю во втором, зато неплохо разбираюсь в первом, в благодарность за блестящее выступление могу устроить обмен опытом и прочесть вам ещё одну лекцию.

- Я уже уяснила, что такое бритва Оккама, - заметила Ева сухо.

- На сей раз не по философии. По математике. Если точнее, о проблеме решения-проверки, она же проблема Кука-Левина. – Снежана чуть наклонила голову; лицо её ушло в тень, прячась за чёрными прядями. – Она входит в список так называемых «задач тысячелетия». Важнейшие задачи, которые никто так и не смог решить. Полагаю, вы о них не слышали.

- Не слышала, - подтвердила Ева, тщетно пытаясь понять, куда она клонит.

- Проблема Кука заключается в том, что на проверку любого решения уходит меньше времени, чем на решение самой задачи. Пока никому не удалось найти такую задачу, которая решалась бы быстрее, чем проверялась. Кто найдёт, получит вечную славу и миллион долларов в придачу.



Евгения Сафонова

Отредактировано: 05.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться