Смертельные тайны замка Шарлоттенбург

Размер шрифта: - +

Глава 6. И снова в Шарлоттенбург.

     Солнечным днём вся компания стояла напротив развалин Шарлоттенбурга. Они не спеша прошли из гостиницы по улице Шпандауэр Дамм, обсуждая события ночи и предстоящий разговор с Маргаритой Кюн. Определённого плана не было, всё должно решиться по ходу разговора, бессмысленно планировать, когда не знаешь, как отреагирует фрау Маргарита. Убедить сломать стену, было практически невозможно, они очень надеялись на обещание профинансировать начало восстановительных работ.

     Они стояли под лучами солнца напротив дворца, на месте где, когда-то стояла статуя короля Фридриха I. Каждый, вглядываясь в руины замка, думал о своём.

«Не плохое место, чтобы долго держать оборону, — подумал Вильгельм, — пару пулемётов по флангам, пушку по центру против тяжёлой техники и взвод автоматчиков смогут удержать позицию достаточно долго. Деревьев нет, мешать сектору обстрела не будут, несколько стрелков на второй этаж и тогда близко никто не подойдёт. Хорошее место».

«Да…. Много денег придётся потратить на восстановление дворца. Стены и крышу можно будет быстро возвести, а вот внутри придётся поработать, — размышляла баронесса Эльза, окидывая взглядом, предстоящий фронт работы, — и миллионы золотом, а не нынешними фантиками. Интересно, а наши дети смогут увидеть дворец в его великолепии? На реставрацию уйдёт несколько десятков лет».

«Как больно смотреть на этот умирающий замок, — мысленно вздохнула Астрид, — надо написать картину замка на восходе. Лучи света, красное зарево утреннего неба подчеркнут попытку не сдаться под ударами судьбы. Разрушения, провалы окон, серые краски передадут боль и страдания замка, а развалины покажут стойкость дворца и его гордость. Решено, завтра утром начну писать картину».

«После реставрации дворец, как в старину, снова заблистает великолепием, — барон Курт представлял замок в вечернем свете фонарей, как тогда в сороковые, когда он ещё юношей, сильно волнуясь, читал лекции по истории немецкой аристократии. Он ощущал волны, которые исходили от этого здания, они накрывали его воспоминаниями тихих разговоров в Большой оранжерее по истории, он снова купался в овациях слушателей, — у нас должно получиться, и мы приложим все усилия для восстановления замка».

«Такие страшные провалы окон, — Гретта всматривалась в тёмные арки, — сколько таинственных историй знал этот замок? Сколько судеб прошло через него? В этих комнатах рождались и умирали, плелись заговоры и одно слово, переворачивало судьбу стран. Загадки лежат в руинах, и никому до них нет дела. Но одну историю мы сможем распутать. Вперёд».

«В таком месте, очень легко спрятать тело. Завалил обломками и долго никто не найдёт, — инспектор не любил развалины и оценивал их профессиональным взглядом, — сколько таких зданий по всему Берлину. Где-то в данный момент уже умирает очередная жертва, просит о пощаде и зовёт на помощь, но никто не слышит, и преступник не понесёт наказания. Здесь надо быть внимательным, слишком много событий последнее время, мы всегда вляпываемся в неприятности».

«Суровое здание и смотритель у него под стать. Как она здесь живёт? — уважительно подумал о храброй женщине Анри, — и не собирается сдаваться! Именно такой смотритель нужен дворцу, у неё получится его восстановить, а мы поможем. Надо убедить её согласиться с нашим планом».

     Все друг за другом медленно шли по коридорам, внимательно посматривая вокруг и под ноги. Молча, боясь помешать кому-то неизвестному и мысленно извиняясь за доставленные неудобства. Когда подошли к комнате фрау Кюн, замерли, не решаясь потревожить хранителя разрушенного дворца. Гретта робко постучала в старую дверь. Прикоснувшись к шершавой и выцветшей древесине, Гретта представила её новенькой, пахнувшей смолой. Обитая железом дверь когда-то внушала надёжность и хранила тайны за собой, а сейчас это была почти развалившаяся, но ещё державшаяся старая рохля. «Как всё в этом дворце», — подумала Гретта. Послышались тихие шаги, заскрипел засов и дверь распахнулась.

— Опять, Вы, — усмехнулась Маргарита Кюн, — что ж, проходите.

     Все вошли и увидели котелок, они отвлекли от еды старую фрау. Тут же в комнате тихо трещал огонь под плиткой, на которой и варилась каша.

— А мы Вам кофе в зёрнах принесли, — произнёс француз, — я и турку взял. Разрешите сварить ароматный напиток, а затем побеседуем.

     Фрау Кюн замерла при словах француза. Как сомнамбула двинулась в сторону модельера, взяла пакет с зёрнами и аккуратно развернула, замерла и словно боясь ошибиться, поднесла пакет с сокровищем к лицу, шумно вдохнула аромат кофейных зёрен и застонала.

— Как давно я не ощущала подобного! Сколько лет мечтала о чашечке кофе, о маленьком обжигающем глотке утром. Прошу Вас, месье, сварите мне кофе.

     Анри начал творить, нет … священнодействовать. Он что-то бормотал, чуть двигал турку, убирал или наоборот подкидывал щепки в огонь. Аромат сваренного кофе заполнил всё пространство, и дразнил своим присутствием всех в комнате. Мужчина с почтением к напитку разлил кофе по кружкам и принялся за новую порцию. Фрау Кюн осторожно взяла горячую кружку, поднесла к себе, тихонько подула и сделала маленький глоточек. Обжигающая жидкость побежала вниз по горлу, чуть сжигая язык и нёбо. Словно первый поцелуй девушки, такой робкий и желанный, поцелуй который будит внутри все доселе неизвестное, когда горячее чувство растекается по телу и ноги становятся ватными, когда не хватает воздуха и хочется вздохнуть глубоко, но нет сил. Женщина прикрыла глаза, отдаваясь чувству наслаждения, морщины на лице разгладились, и она снова сделала глоток, пытаясь повторить ощущения первой встречи с напитком. Уже полностью отдаваясь грёзам, она молчала, вспоминая забытый вкус.

— Чья была идея принести кофе? — через несколько минут спросила женщина.

— Месье Анри предложил. Сам утром сходил и купил зерна, турку, — произнесла Гретта.

— Дьявольский искуситель. За это можно или всё простить, или убить, — пробормотала фрау Маргарита.



Павел Метельский

Отредактировано: 24.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться