Смертельные тайны замка Тодлебен

Размер шрифта: - +

Глава 1. Мост, лес и замок.

                                                                                   

Вон замок стоит на вершине
Среди гранитных скал.
Под сводами башен высоких
Он рыцарей встарь укрывал.

Иоганн Вольфганг фон Гёте,

«Горный замок»

 

                                                                                                                         
 

…Резкий хрип старика оборвал голоса в гостиной — звук стал полной неожиданностью для всех. Его дрожащие пальцы хватались за горло, но судорожные попытки сделать вдох были обречены, и тело с шумом рухнуло на ковёр.

Тишина, ставшая на миг оглушительной, взорвалась криками. Все бросились к профессору Шульцу. Один перевернул тело, другой разорвал ворот рубашки. Женские руки опустились на его грудь, пытаясь заставить работать остановившееся сердце, сосредоточенно делая уже, по сути, бесполезную работу…

 

---

…за семь часов до этого…

---

 

— Какая красота!

Люди вышли из машин и зачарованно смотрели на каменный мост, перекинувшийся через глубокую расщелину. Время стёрло из памяти людей, кто и когда построил это чудо. Сотни жизней, годы пота и крови… и всё в итоге затерялось на страницах истории. Мост охраняли скульптуры львов и горгулий. Всё дышало средневековьем, словно то далёкое время навсегда застыло в камне. Мост производил впечатление. Да… сейчас такого уже не строят: спешат побыстрее сделать нечто безликое, дорогу в никуда, не вкладывают ни во что душу. А здесь ощущалось время, навсегда ушедшее, но оставившее свой след.

 

 

Мощные скалы, отшлифованные ветром, напоминали, как надо строить. Однако прошлое есть прошлое, его не вернёшь. Сам мост, казалось, говорил любому, кто вступал на него: «Стоял, и так будет всегда». Львы, одинокие стражи, приглашали остановиться, постоять, рассказать о своей дороге, давали разрешение взойти на вековые камни, оставить свой пыльный след, а горгульи нехотя отпускали беспокойного гостя, и путник ещё долго чувствовал их укоризненный взгляд в спину. Ниточка тянула назад, а потом мгновенье — и она разрывалась, очарование отпускало, и человек чувствовал себя свободным, а мост обиженно сопел за спиной.

— Удивительно, как все сохранилось.

— Господа, поехали, нас ждут в замке!

После моста дорога резко уходила в лес. Чувство вины после расставания с мостом ещё не успевало утихнуть, а путник уже спешил чуть вверх по окраине холма к замку. Лес не был тёмным, зловещим и сумрачным — скорее, лишь немного смущённым. Он не из тех, кто не пускает в своё чрево. Нет. Лес зовёт, приглашает как радушный хозяин. Он втягивает в себя, и путник без страха принимает это приглашение.

Лес хочет прихвастнуть, показать себя в лучшем свете, отдать всё, чем владеет. Главное богатство леса — всюду проникающий свет. Отдавая каждый лучик, что пробился сквозь листву деревьев и лапы елей, он хитрит, играет, переливается. Он жаждет, чтобы путник увидел его, прикоснулся к нему, он зовёт дальше, обещая гармонию и красоту. Свет в лесу — словно яркий мыльный пузырь, который надул ребёнок. Переливается, подставляет свой бочок, и когда тянешься к нему, чтобы физически ощутить красоту и настроение, он весело лопается, оставляя на коже ощущение лёгкой прохлады. Радость соединяется с восторгом от звуков птиц, они оглушают, радуются твоему появлению. Воздух вкусен, как маленькая застывшая капелька мороженого на языке. Хочется её раскусить, насладиться ощущениями из детства. И все равно мало: надо дышать и пьянеть от нахлынувших чувств. Позже приходит аромат леса. Он как дорогие духи: сначала слышится нотка хвои, потом приходит лёгкий флёр слегка мокрой от росы листвы, и так по нарастающей, пока не обрушится на тебя целиком и не накроет волной ароматов трав, ягод и деревьев. Созданная гармония из света, звука и запаха леса впивается в тебя, обволакивает и уже не отпускает.

Родовой замок баронов фон Тодлебенов открывался взору людей неожиданно, словно пелена спадала с глаз. От этого он ещё больше поражал своей красотой. Он, как и лес, не отталкивал своей мощью, а наоборот, приветливо приглашал в гости. Купаясь в лучах света, игриво пускал солнечные зайчики витражными стёклами. Башни стремились к небу, словно пытаясь оторваться от земли. Над воротами камнем была выложена полустёртая фраза на латинском языке — по всей видимости, гордый фамильный девиз хозяев цитадели.

Стены замка отлично сохранились, несмотря на свой почтенный возраст и многие войны, прошедшие на этой земле за столетия. Все говорило о старине: плющ, обвивающий башни, мох, пробивающихся меж серых камней. Но старина эта была благородной, она не напоминала старуху, осыпающую себя пудрой в тщетной надежде вернуть давно увядшую молодость, это был опыт, убелённый гордой сединой. Мощь, красота и лёгкость. С таких замков рисуют полотна, и зрители застывают перед картиной, пытаясь осознать и принять величие твердыни.

 

 

Машины заезжали во двор замка одна за другой. Гости высыпались из них, словно горошинки из созревшего стручка. Эмоции били через край. Каждый хотел выразить словами свои впечатления от величия моста, ароматов леса и красоты замка, быстрее поделиться своими ощущениями. Но все терялись в словах и просто стояли, смущённо улыбаясь.



Павел Метельский

Отредактировано: 16.09.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться