Снежная Слепота

Глава 12. Побег

Крупные снежинки липли к стёклам, рисуя жуткие узоры и призрачные фигуры, после чего превращались в льдинки и таяли, застывая бесформенными пятнами. Ветер протяжно выл и царапал карнизы, словно хотел распахнуть окно и ворваться в дом, чтобы украсть последнее сохранившееся там тепло и заполучить новую жертву, но полковнику было уже всё равно.

Вытащив чемодан, Матс закрыл дверь дедовского дома и окинул его прощальным взглядом. Странное ощущение дежавю накрыло его, и полковник поёжился, отгоняя от себя эти мысли. Таксист просигналил, прося поторопиться, после чего Ларсен подхватил чемодан и спустился к машине.

— Так просто уедешь? — спросил Карл Юхансен, стоящий у машины, и бросил сигарету в снег. Он примчался, как только Матс сказал, что уезжает домой.

— А чего мне ждать? — усмехнулся Матс и загрузил чемодан в багажник такси. — Пока и меня убьют? Я привел вас к Инге, и вы её не уберегли. Я сказал вам о Лифуле, и его чуть не убили! Дальше разбирайтесь самостоятельно, Карл. Передавайте привет Джеймсу.

— Это трусливо, — разочарованно произнёс Карл, сильнее кутаясь в тёплый плащ.

— Я вам ничего не должен. И я хочу жить.

Матс загрузил чемодан в багажник такси, сел в машину, и водитель тронулся, увозя его как можно дальше от тайн прошлого. Они ехали по тем же самым улочкам, по которым вёз его в самый первый день приятный пухлый мужчина, посланный Юхансеном. За окном мелькали те же очаровательные домики, те же люди, не хватало только забастовки с яркими плакатами и требованиями поднять зарплату.

Матс вспоминал неспешные прогулки по улицам города, как он ходил по магазинам и закупался тёплыми вещами. Как приобретал краску и обои, когда они с Джеймсом приводили дом Лукаша в порядок. Как легко здесь дышалось, и не было никакого чувства угрозы. Как сиял снег на склонах горы, и каким красивым и светлым казался Тромсё с вершины.

Эта красота обожгла его глаза. Порой, они всё ещё слезились.

Но теперь Ларсен покидал Тромсё.

— Аэропорт? — спросил таксист.

— Да, — кивнул Ларсен.

Его путь лежал в Осло.

Но вовсе не потому, что полковник решил уехать.

После того, как Юхансен сообщил, что Инге мертва, Матс понял, что он остался в этой игре один. Помощи было ждать неоткуда, и полковник, оставив Лифула его родителям и посоветовав им уехать на время, решил воспользоваться крайними мерами. Он набрал знакомый номер в специальной программе, хотя обычно предпочитал пользоваться этим раз в несколько лет.

— Слушаю? — голос отца на том конце был немного сонным.

— Привет, Томас, — тихо сказал Матс. — Извини, если разбудил, но... мне нужна помощь. Ты ещё работаешь в военной сфере?

У Матса всегда были непростые отношения с легкомысленным в плане общения отцом. Томас Ларсен был сыном Лукаша, но никогда не был с ним близок так, как впоследствии оказался Матс. Томас никогда не чувствовал связи с отцом, потому и сам оказался так себе родителем. Он бросил семью, когда Матсу не было и пяти лет, потому что устал от быта, отношений и обязательств, а после бросил работу в полиции и подался в армию. Общались после этого ни крайне редко, и роль отца для Матса исполнял Лукаш, который во время каникул всегда приглашал внука к себе. Через много лет, когда Матс уже сам работал военным профайлером, они с отцом даже начали общаться, но продолжали оставаться разными людьми. Впрочем, это всех устраивало.

У Томаса давно была другая семья, с женщиной, которая оказалась более понятной и простой, чем мать Матса. Мария всегда была слишком холодна, и даже к сыну она относилась с лёгким холодом, словно он был не больше, чем ошибкой буйной молодости. Удивительно: она рисовала такие живые и яркие картины, но при этом в жизни была молчалива и холодна, можно даже сказать, скучна. Теперь же Матс с трудом воспринимал их как родителей: Мария была той, кому он иногда звонил, а Томас воспринимался как типичный бывший сослуживец.

— Да, работаю. — Томас немного оживился, даже его голос стал бодрее. — Пристроить тебя обратно?

— Нет. Ты слышал о доме деда?

— Да, конечно слышал! Мало того, что убили девку, да ещё и ту самую, из-за которой отец окончательно свихнулся. Ты не звонил, и я решил, что проблем нет, и ты всё разрулил.

Матс усмехнулся: конечно, не звонил он. Томас вообще никогда не звонил, исключением были лишь те случаи, когда что-то нужно было ему самому. Ну или когда Матс пустил под откос свою карьеру из-за исчезновения Эстель — тогда Томасу стало обидно за фамилию, и он пытался внушить Матсу, что нужно бросать пить и возвращаться на работу.



Золотой Лис

Отредактировано: 20.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться