Собака

Собака

  Почему я раньше не задумывался об этом? Почему война приносит столько боли? Почему за нас должны решать какие-то правители, которые сами в ней не участвуют? Им бы поберечь свою жизнь, а не оказаться на поле битвы со своими гражданами. Почему близкие нами люди должны страдать, держа в руке присланное им письмо с указанным адресом и именем  погибшего человека? Их ждала жизнь разочарования, сколько было пролито слез.... Правители, задумайтесь над этим! Впрочем, ничего нового не произошло. Я неоднократно задавал себе эти вопросы и думал «почему всё так?»

  Я лежал на неудобном диване, пристально разглядывал мух на потолке. Рядом со мной, сидя на своем удобном стуле, расположился мой психолог. Почему мой? Да, на ближайшую пару часов. У нас, в Гамбурге, принято приходить после войны к психологу, проверять свои нервишки и проверять, насколько это повлияло на меня. Да, я был один из чувствительных людей, который осознал всю мерзость войны только в самый последний миг...  Молодой специалист разглядывал меня любопытными серыми глазами, поправляя квадратные очки тощей левой рукой. Меня смутило, как в молодом возрасте человек уже может стать специалистом, хотя ему на вид нет и двадцати лет. Но это не так важно, важнее его дурацкие вопросы, которые мало соотносятся с действительностью!

    Один из вопросов был“Как вы испытывали на себе весь этот ужас?”.

  “ А как, по-твоему, я должен ответить? “- задал я вопрос самому себе. Видно, что он еще молодой и ни разу не участвовал в этом дерьме. Это еще ничего страшного, страшнее, когда твои близкие узнают, что ты мертв.

  Психолог задавал не такие важные вопросы до тех пор, пока не дошло до последнего,более важного. ”Что вас больше всего удивило? ”.

  Собака. Это первое слово, что пришло мне на ум. Я помню то событие отчетливо: всплакнув, я поворачиваюсь к психологу.

  -С вами все в порядке? –  тихим взволнованным голосом спросил меня молодой специалист, глядя задумчивыми глазами на меня.

  -Собака,- едва я смог вымолвить это слово, как моё сердце ёкнуло в груди. 

  -Собака? – психолог заметил, как я кивнул, начал что-то записывать у себя на бумаге. Интересно, а что это может означать.  А может, психолог увидит во мне какую-нибудь очень странную болезнь, типа того, что я неожиданно вспомнил самый трогательный, но в том числе и страшный момент в истории кино.

  Я начал летать в облаках, задумываясь о событиях прошлого, как вдруг тишину нарушил психолог, пристально рассматривавший мое овальное лицо.

  -Расскажите, пожалуйста, мне о собаке. Мне очень интересно вместе с вами окунуться в тот промежуток прошлого.

  Без всяких запинок я начал рассказывать очень уж короткую историю собаки. Говорил о том, что она принадлежала одному из пленных, которых наша армия смогла забрать.

   Это был эксперимент главного руководителя западного фронта, чье имя давным-давно всем известно.  Я хорошо помню, тогда стояла теплая, но относительно ветреная погода. Солнце давно поднялось высоко, пуская свои солнечные лучи в разные стороны. Сидящие на коленях, все в грязи, пленные люди выставляли свои головы вперед, разглядывая грохочущие вдали немецкие танки. Наших врагов расставили по рядам в пустом, почти скошенном поле. Раздались громкие звуки мотора. Офицер пока еще не давал команды, а уже чувствовалась атмосфера страха, то, как все обернется для них.  В нескольких метрах от меня, а тогда я стоял на холме, примыкавшем к оборонительной части нашего тыла, находилась хижина, откуда раздались самые различные бранные слова. Мне пришлось обернуться, чтобы заметить своего товарища, бегущего ко мне. Я бы так считал, если бы не увидел, что он бежал за собакой, немецкой овчаркой.  Она проскользнула мимо меня,и, едва не потеряв равновесие, мне удалось задержать своего блудного товарища, схватив его за правую руку.

  -Стой! - товарищ остановился, такой молодой паренек глядел на меня с волнением.- Пускай она бежит, мы не занимаемся животными.

  После сказанных мною слов, повернувшись к месту проведения эксперимента, я стал думать: интересно, а что будет с ней.

  Пес, пробегая мимо пленных людей, подбежал к своему хозяину – он был единственный, кто не смотрел вперед. Животное стало лизать его грязное лицо, аж заметны были слезы заключенного.

  -Ласточка! - тихо вымолвил он.- Моя дорогая Ласточка...

    Послышался приказ командира.

 -Начать!

  Пленные, сидящие на коленях, один за другим в несколько рядов по десять человек в каждом, с ужасом смотрели, как на них надвигается колонна танков. Грохоча моторами, они надвигались по одному на ряд, сбивая и давя пленных одного за другим.  Тот человек продолжал смирно сидеть, по-прежнему с закрытыми глазами, пока его верный пес лизал ему лицо. Подул свежий ветерок, заключенному показалось легче. Скоро танк расплющит его, оставив после себя остатки раздавленного тела. Заключенный, вдохнув глубоко, открыл свои блестящие глаза и увидел пустоту. Никого не было. Ласточки нет! Бог или дьявол вообще отсутствовали. Впереди показалась тьма в конце белого туннеля. Он не так себе представлял рай! А может…

  После столкновения с танком на месте оказались два трупа, прижаты друг к другу. И не только они, вся поляна была завалена многочисленными трупами, от вида которых рвота выплеснется на свободу. Я горько заплакал, такую сцену никогда не встречал в жизни.

  -Мой товарищ никогда в жизни не видел меня чувствительным. Да, я много людей убивал, но тогда я не смог сдержать слез…

  Я закончил свою речь,  а психолог тем временем начеркал на листе что-то, после чего пришла команда его помощников. Я сильно метался вокруг, во мне что-то щелкнуло, словно сделали какой-то укол, после чего я отключился  на некоторое время. Напоследок слышу последние слова психолога.



Роман Абрамов

Отредактировано: 26.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться