Собственность

Размер шрифта: - +

8

Я не сумею никогда… увы… понять
Людей, что сплетни постоянно распускают.
Себя им больше нечем, видимо, занять,
Раз всё в чужие жизни без конца влезают…


Автор неизвестен



Как и упоминалось выше, с наступлением ночи мысли, от которых на протяжение всего дня так усердно скрывалась Арина, нахлынули на нее невероятно сильным, выбивающим почву из-под ног потоком, погребающим хрупкую девушку под собой. Воспоминания о случившемся, мысли, чувства — все это закрутилось вокруг нее, создавая невероятно сильный вихрь. Хотелось кричать, громко, надрывно, но вместо этого она давилась тихими рыданиями, сжимая зубами уголок подушки.

Время давно перевалило за полночь, вот только измученное сознание девушки все никак не хотело позволить ей забыться сном. Директор тихо посапывал на диване, не слыша ничего странного. Да и весь город спал, погруженный во мрак ночи. Луна временами выглядывала из-за темных облаков, что скрывали ее саму и маленьких детишек — звезд, подглядывая за горожанами, а потом вновь скрывалась, и так раз за разом.

Темнота, поглотившая комнату, казалось, поглотила и саму девушку. Было тихо, до ужаса тихо, лишь ее негромкие всхлипы отскакивали от стен и разносились по всей комнате. А мрачные тени — еще одни порождения ночи, ползали по полу, когда луна выглядывала из своего укрытия. Это происходило недолго — каких-то пару минут, но этого хватало, чтобы воображение нарисовало совсем иное представление. И в такие моменты на ум приходили одни лишь детские страшилки, которые завершали представление обычной игры света. Становится страшно, в жилах стынет кровь, и кажется, что вот еще чуть-чуть, и из-под кровати покажется когтистая, обезображенная лапа, за ней предплечье, а там и голова — лысая, морщинистая и, скорее всего, покрытая различными шрамами и гноящимися ссадинами. Секунда, и вот он стоит напротив кровати, загораживая обзор на окно, и именно в этот момент белый диск осветит своим серебристым сияние землю, проникая в окна, тем самым увеличивая количество теней в два, а то и три раза. А чудовище только оскалит пасть и сделает шаг вперед, пронизывая пустыми глазницами трясущуюся фигуру. Темные, бездонные дыры будут прожигать тебя, а грубые лапы с острыми, словно бритва, когтями вцепятся в твою плоть, и одним резким движением стащат с кровати, утаскивая в самую темную часть комнаты. К себе. А потом Арина вдруг поймёт, что лицо чудовища – это, на самом деле, лицо ее отца, перекошенное от злобы и отвращения.

От подобного представления Арина вздрогнула и резко зажмурилась, укрываясь с головой одеялом. По сути, такой по-детски глупый поступок, но зато какую моральную защиту дает.

На часах – почти полчетвертого ночи. Слез и истерики больше нет, на их место пришли раздумья о случившемся за последние дни. Если мысли об отце и его дружках она попыталась отодвинуть на задний план, так как и без того слишком много думала об этом, то осознание происходящего на данный момент ударило ее по голове настолько сильно, что захотелось, чтобы монстр под кроватью оказался правдой. Перспектива быть съеденной им не так сильно пугала, как понимание того, что произойдет, если кто-то в школе узнает, что она, Арина, несколько дней подряд ночевала у своего учителя и по совместительству директора школы. Даже страшно представить, что будет тогда… Много желающих найдется перетереть эту историю и перефразировать ее настолько, насколько позволит больная фантазия сплетника. И эта история с каждым новым узнавшим человеком будет приобретать просто невероятные и немыслимые повороты. Один скажет, что эта она напросилась к нему домой и соблазнила бедного мужчину, в надежде заполучить его деньги, другие — директор-педофил не смог устоять перед бедной, одинокой девочкой, решив подарить ей чуточку тепла. И сколько эта игра в «сломанный телефон» будет продолжаться – не известно, но Арина была уверенна, что счастливого конца этой истории вряд ли стоит ожидать.

Постепенно измученный мозг девушки стал потихоньку сдаваться, и в итоге, ближе к пяти часам утра, она задремала, перед этим подумав
о Леше и их совместном походе на каток.
 

***



Стоит ли заикаться о том, насколько трудно оказалось Арине оторвать голову от подушки?

Подъем был ровно через полтора часа после того, как она заснула. Быстро умывшись и переодевшись, она вместе с мужчиной позавтракала, попутно выслушивая его не особо лестные высказывания о ее внешнем виде. Арина, в общем, и сама понимала, что выглядит так себе, и это ещё мягко сказано. Под глазами залегли круги, каштановые волосы она кое-как заплела в косу. А учитывая, что о школьной форме не могло и речи идти... Безусловно, в таком виде не стоило вообще появляться на пороге школы, но иного выхода не было.

— Ты хоть спала? — скептически оглядев ее, спросил мужчина.

— Да.

— Сомневаюсь.

На улице все еще было темно, поэтому, выходя из подъезда, Арина ухватилась за Андрея, который, если и удивился, то виду не подал.

Ехали они молча, каждый думая о своем, и никто не пытался нарушить воцарившееся молчание.

— Остановите здесь, — попросила она, когда до школы оставалось метров сто. — Не нужно, чтобы кто-то увидел меня в вашей машине. — И она быстро вышла, попутно застегивая куртку.

Вещей никаких с собой у нее не было, поэтому о учебниках и форме речи вообще не может быть. Но заморачиваться об этом не стоит, ведь сам директор разрешил ей забыть о правилах на один день, да и на данный момент есть вещи поважнее, например, как написать на отлично контрольную и как поговорить с Лешей. Последнее, если честно, волновало ее больше всего, ибо терять недавно приобретенного друга девушка никак не хотела.

Продолжая раздумывать и составлять в своей голове цепочку предложений, оправдывающих ее в глазах единственного друга, Арина вошла в школу, стараясь игнорировать любопытные взгляды, брошенные в ее сторону.



— Никифоров, возьмите тетради и раздайте классу, — тихо, но отчетливо сказал директор, перебирая на столе папки с какими-то документами.

Арина сидела на стуле и ерзала, стараясь сделать вид, что любопытные взгляды, направленные на ее внешний вид, девушку ничуть не заботят, а шепот за спиной она вовсе не слышит.

Вот, перед ней лежит ее пустая тетрадь, листок с заданием и, на удивление, примеры кажутся не такими уж сложными, вот только мысли отнюдь были направлены не на решение.

Леша сидел рядом, делая вид, будто он поглощен заданием, которое, еще секунда, и он начнет решать с завидной скоростью. Вот только поджатые губы и рассеянный взгляд говорили о другом.

Разговор у них состоялся, но не такой, какой хотелось бы Арине. Он лишь сухо сказал, что не в обиде, и если в следующий раз она захочет его отшить, пусть напишет сообщение, а лучше — скажите прямо в глаза. На это Арине было нечего ответить. Говорить правду ой, как не хотелось, но и при этом терять друга она не желала. Поэтому для себя Обидена решила: что бы не случилось, после уроков она расскажет Леше все.

Вновь мысленно сказав себе это, Арина все-таки принялась за выполнение заданий, временами ловя на себе тяжелый взгляд, скрытый за линзами очков.

— До конца урока пять минут. Сдали тетради.

В классе прозвучали обреченные вздохи, лишь пару человек молча выполнили приказ учитель. К этим людям относилась Арина. Она была довольно своей работой, так как выполнила все необходимые задания. Не сказать, что на отлично, но твердая четверка точно будет.

— Как думаешь, ты на сколько написал? — тихо спросила девушка своего соседа по парте.

— На твердую пятерку, — выплюнул он, вставая со своего места.

И так продолжалось все оставшиеся уроки — Арина пыталась с ним заговорить, он же просто молчал, или отвечал нехотя и даже грубовато. Было, конечно, обидно, но она понимала, что сама виновата, поэтому молчала и ждала звонка с последнего урока, словно он являлся ее спасением от всех бед.

— Леша, постой, — заметив удаляющуюся фигуру, Арина резко ускорила шаг, намереваясь перехватить своего друга в толпе учеников, грозящихся раздавить ее. — Ну, пожалуйста, подожди. Я хочу поговорить.

То ли тон ее был очень жалок, то ли она сама выглядела так, но Леша все-таки остановился: резко и неожиданно. Несколько учеников младших классов не успели вовремя затормозить и врезались в него, на что парень даже не обратил внимания, продолжая стоять ровно, словно проглотил швабру, и напряженно смотреть на приближающуюся к нему бледноватую девушку.

— Говори.

— Я… Понимаешь, у меня возникли в тот день кое-какие проблемы, поэтому я…

— Я это уже слышал.

И он сделал шаг вперед, намереваясь вновь продолжить свой путь, но Арина схватила его за дутый рукав темной куртки и сжала в своих тоненьких, дрожащих пальцах, стараясь сморгнуть не прошенные слезы. Обдумывать весь разговор в голове было гораздо легче, нежели говорить об этом в живую. И вот что и как она вообще должна была сказать?

— Мой отец напился и притащил домой своих друзей-собутыльников, один из которых попытался меня изнасиловать, — быстро выпалила она и опустила руку парня, стараясь не смотреть ему в глаза.

Молчание затянулась на непозволительно долгое время, лишь шум и гогот, издаваемый учениками, будто обволакивал их, поглощая две замершие фигуры.

— Почему ты мне не позвонила и не сказала об этом? — тихо, еле уловимо спросил он.

— Мне… Мне было стыдно.

— И где ты все это время была?

— Это неважно, — но, заметив прищуренный взгляд Леши, быстро добавила: — я тебе потом все расскажу, но только не сейчас, я не готова. Просто скажи, что ты не держишь на меня зла, — умоляюще попросила Арина, все так же разглядывая свои ботинки.

— Дурочка, конечно же нет!

И он обнял ее: крепко, нежно и так сильно. От него приятно пахло мандаринами и, кажется, яблоком, а теплые, сильные руки дарили покой и защиту. Было все равно, что они стоят по среди коридора, мимо них ходят ученики, смотрят на них и шепчутся – ничего не было важно кроме того, что происходило с ней в данную минуту, и что творилось у нее внутри. Хорошо, действительно очень хорошо и спокойно, и так не хотелось, чтобы это заканчивалось, но ничего вечного не бывает, поэтому спустя пару минут, он немного отстранил от себя Арину, продолжая держать ее руки в своих, и посмотрел на нее нежно, улыбаясь.

— Пойдем, горе ты мое, провожу тебя до дома, а заодно и познакомлюсь с твоим отцом, — подмигнул Леша и потащил ее в сторону выхода.

— Может не надо?

— Арина!

А она ведь даже не думала о том, куда пойдет после занятий, хотя была уверена, что директор вызовет ее к себе. Но, видимо, ему было не до нее, а сопротивляться напору друга было себе дороже, поэтому она и позволила вести себя за руку туда, куда возвращаться совсем не хотелось, даже не догадываясь о том, что свидетелем разворачивающейся картины были не только ученики, но и один преподаватель, глаза которого недобро блестели за линзами тоненькой оправы очков.



Линда Диабулус

Отредактировано: 07.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: