Соглашение

Суд

На суд явился чуть раньше назначенного (привычка – не люблю опаздывать). Со мной тут было все наше 'общежитие'.

Кроме нас тут было несколько человек, особенно в глаза бросалась одна компания, состоящая из двух девушек, на вид лет шестнадцати – восемнадцати, и мальчика лет семи. Выделялись они тем, что глаза их были заплаканными и от остальных они держались в стороне, смущаясь общества. Одна из них, видно набиралась смелости и постоянно поглядывала на меня. Наконец решившись, она подошла.

– Вы ведь Артур? – несмотря на заплаканные глаза, она не скрывала своего лица и смотрела мне прямо в глаза.

– Да, мы разве знакомы. – абсолютно равнодушно отозвался я.

–Я Лика, сестра убитого вами Руила и дочь графа де Ляера.

– Не думаю что нам есть о чем говорить. – как можно спокойнее ответил я.

–Сначала ваш брат пытался унизить меня и моих близких, затем ваш отец нанял людей убить опять же меня и моих друзей. Я уподобляться им не стану, так что унижать или оскорблять вас не буду, поэтому просто разойдемся и на этом закончим разговор.

–Пусть конкретно вы ничего и не сделали, но вам не кажется бестактным то, что вы к нам сейчас подошли? – вступила в беседу Абби.

–Я все понимаю, у вас есть право ненавидеть меня. Брат надо быть честной был еще той скотиной и возможно заслужил то, что получил, но не отец... Он прошел войну имел награды, всегда был честен, а то, что произошло, не его заслуга, он всего лишь пошел на поводу у барона Дэльского, который каждый день с момента гибели брата твердил, что нужно поступить по чести убив вас, что вы сжульничали на поединке и тому подобное. Не говорите ничего, просто выслушайте и подумайте, большего не прошу. Мать погибла четыре года назад, отец единственный из старших кто остался в нашем роду после войны, да он заслуживает наказания, но не смерти. А я вам клянусь, что мой род никогда не причинит вам вреда, и всегда будет помнить о том кому обязан за его существование. И еще раз простите.

После этих слов она поклонилась и ушла.

– Как вам ее слова? – обратился я к друзьям.

–Прощать такого нельзя, даже если то что она говорит правда. Хотя и немного жаль его семью, они не причем, а их бедующее весьма, теперь незавидное. Ты кстати, знал, что эта девочка студентка первого курса отделения земли? Думаю, ты видел, как относятся к безродным студентам, поверь мне к тем, кто теряет дворянство, относятся стократ хуже.

Рик даже поразил, достаточно взвешенной речью, имеющей глубокий смысл.

–Я если честно в замешательстве. – смущенно ответила Абби. Ее несколько обескуражила речь девушки.

Алина лишь смотрела на меня, своими красивыми глазками, ища во мне что–то, но при этом ничего не говорила.

–Казнить, наверно и впрямь нельзя, но так или иначе нужно, чтобы сам граф усвоил урок, как и остальные.

Подали сигнал о начале заседания и все собравшиеся люди начали заходить в большой зал для заседаний. Тут уже сидел в окружении дознавателей граф, коренастый с короткой стрижкой подтянутый человек лет сорока, на правой щеке идеально прямой шрам длиной около восьми сантиметров. Он посмотрел мне в глаза без призрения или ненависти и отвел взгляд в сторону.

Началось заседание, нас компанией усадили за кресла по правую сторону, напротив графа, по центру на 'трибунах' сидели пять так называемых судей. Зачитали обвинение графу, затем выслушали двоих дознавателей, один из которых как я понял, допрашивал графа, а второй – наемного убийцу. К нам, как ни странно обратились в конце всего слушания.

– Потерпевшая сторона, нам бы хотелось выслушать ваши обвинения и в адрес графа и наемных убийц. Можете высказаться все или кто–то один это сделает за всех?

– Я, выскажусь за всех. - решил я взять на себя ответственность, за то, что будет, как понял, друзья такому раскладу были только рады.

–Для начала нам бы хотелось услышать от графа, хоть что–то адресованное именно нам, так как лично мы не знакомы и тем более о его намерениях ничего не знали.

– Граф, вы слышали?

–Да секретарь суда я слышал.

Граф поднялся на ноги и глядя на нас начал не спеша говорить.

–Да мы не знакомы, я граф Орик де Ляер, отец Руила, которого вы убили после того как бросили вызов, на который, как догадываюсь, у вас были все основания. Я готов признать, что на воспитание старшего сына у меня не хватило времени, и он был опасен для окружающих. Но это я понимаю умом, а сердцем – он все–таки мой сын. Не буду говорить, что мне жаль, что я поторопился или сглупил, мои слова уже не будут ничего значить, думать мне нужно было раньше. Единственное о чем прошу, это простить не меня, а моих детей они здесь не причем.

Граф продолжал стоять и смотреть на нас, задумчивым и отстраненным взглядом.

–Уважаемый секретарь, я бы хотел уточнить, как проходит казнь после приговора? – решил устроить проверку графу, чтобы наверняка для себя все решить.

– Имеется два варианта – повешенье и сожжение на костре. Немного рассеяно отозвался секретарь. Пока он говорил я, смотрел на лицо графа, не один нерв или мускул на лице графа не дрогнул, видно что человек железной воли. А вот зато в зале раздался приглушенный плачь.

– Граф вы маг? – обратился я к Орику.

–Да, я маг огня пятой ступени. – не отводя взгляд ответил Орик.

– Думаю, мы готовы, объявить наш вердикт. Граф Орик де Ляер должен принести клятву об ограничении себя и своего рода от нанесения нам вреда физического или морально, а также пресекать попытки нанесения их третьими лицами, если о таковых ему станет известно. А также принести искренние извинения всем потерпевшим индивидуально. Двух наемников, приговорить к двадцати пяти годам колонии после чего изгнать из страны. Барона Дэльского, причастного к сговору на покушения лишить баронства и выгнать из страны. На этом у нас все.