Соль для вкуса

Глава 38



ПЕТЮНЯ.

Разбитость. Опустошение. Отключение мозга.

Вот, что я сейчас чувствую.

Смотрю на дверь, за которой исчезла моя малявка и дрожу от холода. Или от осознания, что она ушла… и я остался один. Совсем один. Никому не нужный. Только в её глазах я видел свою ценность. И только в ней самой я видел смысл.

Почему я всё ещё сижу? Почему не бегу за ней? Не прижимаю к себе?

Потому что боюсь. Боюсь сломать окончательно. Мы застыли над треснутой льдиной и лишний шаг может увеличить разлом, утопив нас под толстым слоем размолвок.

Нужно ждать и продумать следующие действия, чтобы спасти нас обоих.

Лиза не будет думать. Она не умеет «плавать». Вся надежда на меня.

Как под гипнозом начинаю бродить по комнате и собирать раскиданную одежду. Будто запрограммированный робот аккуратно складываю её обратно в шкаф, блокируя эмоции, которые жаждут вырваться из сердца, с каждым прикосновением к малявкиным вещам.

Слышу стук в дверь и бросаюсь к ней. Открываю в надежде, что моя девочка передумала, но меня накрывает огорчение. Передо мной стоит отец. Он задерживает свой оценивающий взгляд на моём лице и ничего не говоря, заходит в комнату. Бросает короткий взгляд на раскрытый шкаф, в котором на вешалках висят женские платья и блузки, хмурит брови и присаживается на кровать:

- Ну, что ж, сын, пришло время поговорить.

Закрываю дверь. Подкатываю компьютерное кресло поближе к мужчине и сажусь прямо перед ним.

- Карина беременна? – переходит к сути.

- Утверждает, что да.

- Что планируешь делать? – спрашивает отец, считывая каждое изменение на моём лице.

- ДНК тест.

- Не веришь ей?

- Я никому не верю. – стискиваю зубы. – Почти. – поправляю себя, вспомнив о девушке, которая оставила меня наедине с болью и со своим бессилием.

Отец вздыхает и в задумчивом жесте чешет щетину на подбородке.

- Дай ей время. – наконец произносит он.

Приподнимаю бровь, не понимая зачем я снова должен убивать своё время в пользу Карины. Она и так забрала у меня всё. Даже Лизу.

- Она импульсивная. Ей нужно сначала найти выход всем переживаниям, а уж потом она начнёт копаться в голове. – говорит отец, а я, в конце концов, уловив нить разговора, даже не стараюсь скрыть искреннее замешательство.

- Удивлён? – грустно усмехается Фролов-старший. – Эх, Пётр… на это и был расчёт.

- Поподробнее. – открыто настораживаюсь.

- Мы с Верой давно хотели вас свести. – грустно улыбается. – Когда встал вопрос с продажей наших квартир, у нас появился шанс и повод вас сблизить.

- И почему вы решили, что у вас получится?

- Противоположности притягиваются. Ты до ужаса… сдержанный и уравновешенный, Лиза же… - не сдерживает улыбки и тихого хриплого смеха. – В каждую дырку без мыла влезет…

На мгновение закрываю глаза и пытаюсь угомонить взбесившееся сердце. Силой мысли удерживаю ноги на месте, препятствуя желанию догнать и закинув на плечо, вернуть домой.

Открываю глаза и встречаюсь с непривычным для отца волнением, завладевшим им со всей откровенностью.

- Я не знаю… как далеко зашли ваши чувства… - прокашливается он. – Но могу сказать одно - если они сильны, то выдержат любые испытания.

Я не отвечаю. Просто не могу. Каждое слово отдаётся сильнейшим уколом в груди.

Мои чувства сильны, а её?...

- Я… кхм… не имею права… - запинается на слове отец. – Просить тебя о чём-либо… но не могу остаться в стороне…

Он нерешительно кладёт мне на плечо руку и заглядывает в глаза, пытаясь проникнуть прямо в моё сознание:

- Не бросай ребёнка. Случилось то, что случилось. И он в этом не виноват.

По телу пробегает крупная дрожь и я изо всех сил борюсь, чтобы не отвести глаза. Как это делал всегда… Пытаюсь не закрыться и пересилить знакомое скребущее чувство внутри. Сопротивляюсь болезненным воспоминаниям, где в моей жизни нет отца, а их большинство… Те крохи внимания, которые мне доставались от этого мужчины, в итоге лишь ещё сильнее обостряли переживания, вызванные нехваткой любви и отцовской заботы. Я больше не тот мальчик, но отголоски прошлого меня мучают и разрушают до сих пор.

- Не повторяй моих ошибок, сын… - продолжает Фролов-старший и я, чувствуя, что теряю душевное равновесие, откатываюсь на кресле в сторону. - Я был плохим отцом… да и сейчас им остаюсь… Я не участвовал в твоей жизни и в воспитании в полной мере… Я не уделял тебе должного внимания и являюсь твоим отцом только формально…

Мрачно сдвигаю брови и силюсь избавиться от дурацкого кома в горле. Мне не нравится этот разговор. Я не понимаю с чего он вдруг решил, что у меня есть желание выслушивать его откровения. Я не готов к такому. Я не знаю, что говорить в ответ. Я не уверен, что смогу принять всю правду и не убить себя окончательно. Особенно сейчас, когда сердце кровоточит от потери самого главного.

- Вера говорит, что никогда не поздно начать всё заново… - опускает глаза отец и я, следуя его взгляду, замечаю, как он нервно сжимает и разжимает кулаки у себя на коленях. – Я… - виновато мнётся. – Я просто хочу, чтобы ты поступил правильно и взял на себя полную ответственность за своего будущего ребёнка.

- Если он есть… - отвечаю я, поражаясь как ослабел мой голос.

- Лиза - умная девочка. Со временем она во всём разберётся. – заверяет мужчина и кидая на меня цепкий взгляд, мягко, но чётко задаёт свой основной вопрос. –Ты её любишь?



Марта Крон

Отредактировано: 10.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться