Солдаты Кайзера

Размер шрифта: - +

097

Евдоким с удовольствием кушал простой картофель дольками, что был сварен на воде на печи. В нём даже ощущался небольшой дымок дров. В картошке слегка улавливался вкус маска - из четырёх пачек по четверть кило Пётр распорядился в картошку забросить лишь пару ложет или примерно грамм пятьдесят. Но зато сверху было вдоволь посыпано зеленухой и особенно укропом. А в руке был сухарь из привезённого семикилограммового пакета.
- Воруете, ребят?! - В процессе медленного и аппетитного поедания картошки поинтересовался Евдоким.
- Ты не шуми, дядька! - Ответил Петя, который выпрямился так, словно собирался дать сдачи на сильный удар. - Обидеть можешь!
- Взаправду или для понта?
- Ты моего же батю знал?
- А то!
- Так вот он за такое погорел как раз! Нечего брать не своё! - Петя достал из котелка ещё пару четвертинок картошки, после чего подсыпал наверх немного травы из большой такой же общей тарелки. - Если бы воровали, тут не были бы!
Парень сидел сейчас на грубо сколоченном табурете. На него была накинута большая тряпка - обрывок какой-то мешковины или нечто похожего. Сама по себе она была чистой, однако при ближайшем рассмотрении в ней было немало кусков дерева, которые в противном случае могли бы залезть занозами. Ещё в самой большой комнате была скамейка. На ней расположились двое мальчишек, медленно и вальяжно потреблявшие руками горячую картошку из одной миски. Парвее располагались все остальные. Перед ними стоял котелок, в котором всё и было приготовлено. Сидели они на импровизированных кроватях.
Особенность кроватей состояла в их материале. Это были простые дрова. Скорее всего мальчишки откуда-то могли достать нормальные сухие чурки - довольно крепкие, после чего разкололи  ихх на отдельные поленья. И из них сложили кровать - примерно четыре метра в ширину и на два метра в длину. Скорее это даже было лежбище, которое возвышалось над полом примерно на полметра, отчего было несколько теплее. Хоть и куда немнее удобно, даже не смотря на то, что все поленья были аккуратно выложены и максимально подогнаны друг к другу.
Кровать шла вдоль стены с кухней, а потому граничила с задней стенкой печи, что существенно повышало комфорт проживания и просто нахождения здесь. Почти наверняка вся конструкция была возведена для того, чтобы все шестеро хозяев дома имели возможность вдоволь выспаться. И самое главное было не замёрзнуть. Вместе они грели друг друга, получая остатки тепла под утро и от печи. А комфорт являлся уже менее важным - в конце концов, к подобному можно было быстро привыкнуть и не ощущать ломоты в спине и теле. Тем более - таком молодом.
С тыльной стороны стены была ещё одна поленница. Только она не шла на всю стену. Здесь имелись два шкафа с книгами и тетрадками, а также один шкаф платяной и с полками, прибитыми сбоку. Вполне возмонжо, что здесь могла храниться вся одежда домовой мальчишеской республики. Из книг Евдоким успел отметить множество старых потрёпанных изданий приключенческой литературы, а также детективы и прочие интересные произведения. По виду обложек и страниц можно было сказать, что книги читались, а не лежали как источник бумаги. И были взяты из каких-то уличных книгообменов или просто из старой библиотеки, которую закрыли, а книги просто забыли увезти.
- А на что живёте? - Евдоким огляделся ещё раз по сторонам. - Конечно, не райские условия. Но живёте же. Поди картошки стали жрать только с этого урожая!
- Работаем! Вот вчера вагон разгрузили. Цельный вагон. На бывшей мебельной фабрике. Там сейчас пивом торгуют. И у них уже второй месяц не работает их погрузчик. Вот мы и перекидали всё. - Петька ухмыльнулся. - Прикинь, дядька! Они же думают, что мы за пиво работаем или ещё чего. Потом нам иной раз подкинут спайку полторашек. Они там могут быть не долиты. Или чего! Мол: пейте, детвора! А мы потом у алкоголиков на чего полезное сменяем! Вот вчера по пути на шапку выменяли! - Парень указал на крайнего мальчишку в четвёрке. - На Витьке теперь она! 
- Бабаклава! - радостно добавил Витя.
- Балаклава, скорее! - Ухмыльнулся Евдоким под общее оживление и смех. - Но на одном пиве так не протянуть!
- Так мы кто где! На рынке, то в торговом центре. То иногда чего подкинут. В гаражах вон Сашка заприметил неделю назад одеяла автомобильные. Все в масле. Те, что под капот кладут. Три штуки. Вот мы почистили, отмыли. Сушатся. Хотим на дрова как матрацы бросить.
- А я вчера зато десять рублей нашёл. - С набитым ртом произнёс тот, который был, кажется, Сенькой.
- Райончик у вас тут дикий! На отшибе! Алкашня да наркоманы одни! Может, шепнуть, чтобы к вам не лезли?
- Привыкли уже! Они знают, что мы тут теперь живём. - Петька посмотрел в котелок и встал, решив оставить остальное своим товарищам. - Не бузят! Мы, если чего, за себя тоже можем постоять! Зря в дестком доме что ли жили?
- Верю! - Евдоким только сейчас обратил внимание, что рядом с двумя поленьями, выполнявшими скорее всего роль подушек, лежали два топора; скорее не просто как инструмент для колки дров. - Верю!
- Они нам сами иногда чего полезное приносят. То одеяло, то сапоги старые. Нам такое очень заходит! Мы прибежали из колонии только в одних обносках сюда!
- Ну, это хорошо!  - Евдоким улыбнулся и покачал головой. - Спасибо за угощение. Отличная у вас картошка! Надеюсь, что у вас получится сохранить весь свой урожай в целости и сохранности на зиму. Но вы, если чего, поднимайте его наверх. Если в погребе уж слишком холодно станет. - Парень заметил, что его случает только Петька, который, видимо, был рад любому совету и потом довёл бы всё до своих сожителей-мальчишек. - А чего вы здесь обосновались? Больше негде?
- А где нам ещё быть?
- Наверняка, у твоих товарищей тоже нет родителей.
- У меня есть! - Вставил Витька.
- Да! Только он к ним не хочет. Их лишили прав. Бухали и наркоманили. - Кивнул Петька. - Может, уже окочурились, как и мои. Правда, у меня сначала один другого, а потом.
- И как вы так договорились, что смогли тут остаться? - Евдоким встал и начал медленно расхаживать по комнате, поскольку табуретка была далеко не самым удобным местом. И нижняя часть туловища уже просто-напросто стала уставать, особенно выделялась поясница, которая не могла привыкнуть к наполовину наклонной позе с неровностями.
- Сбежали! Чего мы ещё базарить будем? Просто взяли и удрали!
- И никто не искал?
- Искали и нашли! А мы опять сбежали! - Петька рассмеялся в кои-то веки. - Нам даже угрожали. Что в Юхтинскую колонию нас посадят! А мы чего? Мы не воруем и никого не грабили! Не за что нас! Вон и участковый тоже понимает всё. Он к нам поначалу ходил. На понт брал!
- Да как нас на понт взять? Ты вот дядька, бывал в детском доме? - Опомнился тот, которого звали Витька.
- Нет! Даже проездом. А внутри - и подавно!
- Вот и не езжай туда! Меня лично туда даже похлёбкой с мясом и курицей зажаренной не затянешь! Мне там хватило и больше я туде не хочу. Возьму сбегу. Даже если один куда убегу.
- Понятно!.. - Евдоким кивнул. - Я и не собираюсь вас туда утягивать обратно. Я просто приехал передать привет да посмотреть, как вы тут.
- Отлично! - Улыбнулся Петька. - Просто здорово! Вот мы сейчас поживём пару лет - мне восемнадцать исполнится. Тогда я хату на себя оформлю. Мы тут нашли батины документы!
- Тогда, например, тебе не дадут государственного жилья. - Евдоким остановился в дверях и посмотрел на соседнюю комнату, которая почти на две трети была забита дровами и всякими палками от валежника. - Там вроде как дают!
- Ну, и шиш с ней! Мне вон уже дали койку в непонятном детском доме. Если и квартира будет такой же, то не надо. Сам обойдусь! С друзьями всё сами сделаем! Молодые! За десять лет и дом построим, и все нормальные комнаты будем иметь!
- Это здорово!  - Кивнул молодой начальник - Это действительно здорово! - Он обернулся. - А чего у вас в доме везде дрова? Ладно вот тут, вы на них спите. Наверняка всё повытаскивали, пока дом бесхозный был. А в комнатах остальных чего так?
- Да потому что сарая нет. Чтоб не спёрли. Собака с нами спит. Мы её на ночь к себе, жалеем. Чтоб не мёрз. А соседи всё утащат. Вот сарай-пристройку с дверью в дом следующим летом будем рубить. Тогда там всё и будет у нас. Чтобы тут не было. Да и крыс вроде как меньше должно быть. Чего им сквозь пару метров брёвен лезть? Ветер опять же из той комнаты. Но мы подлатаем! В этом году половину дома уже отсобачили.
Евдоким походил по комнате небольшими кругами - развернуться внутри на тесном пятачке, свободном от дров, было очень сложно. Потому он, словно решив осмотреться и размять свои ноги, как бы между делом вышел в коридор. Мальчишки, которые буквально не сводили глаз до этого и слушали подчас, открыв рот и ловя каждое слово, остались внутри комнаты и не последовали за парнем. Не было слышно даже шебуршания или каких-то шепотков.
- Ну, я рад, что у вас есть хоть что-то! - Евдоким вернулся опять к двери. - И пожрать что-то да хвататет. Смотрю, не сидите на одном сале и бананах. Но с голоду не пухнете!
- А то как же! - Кивнул Петька и подмигнул.
- Телефон мой запишете. Я могу чего в следующий раз подкинуть, как в ваш Вольный поеду! Вдруг чем ещё пригожусь! Для детишек своего дружка-то многострадального! - Евдоким собирался рассмеяться, однако заметил, что парни не поняли слова как шутку. - Курей бы вам тут завести! Или свинью. - Вот тут парень с трудом смог сдержать улыбку, однако его рассказ повеселил и самих мальчишек, которые лихо рассмеялись с попытки некого "Губы" вырастить свинью в металлическом ящике. - Думаю, что вы бы смогли получше распорядиться всем этим братством.
- А мы так и хотим! Вон туда сарай продолжим!
- И комнат себе понастроим! Чтобы у всех было!.. - Вдруг подпрыгнул мальчишка, который ближе всхе находился к Петьке. - Вот мы потом ещё дальше продолжим! Вот так по границе. А потом ещё до угла. И потом вдоль той стороны участка. И всё вот так вот! - Он яростно махал руками, словно было недостаточно и непонятно ничего из одних его слов. - И вот так вот продолжим. И у нас в конце концов будет один дом вокруг всего участка. А внутри двор и парк. И мы будем внутри ходить. И будут много для кур и овец, а ещё у каждого дом. И потом мы начнём вверх строить!.. Чтобы у каждого были дети, семья. И всем бы места хватило!



greenand

Отредактировано: 24.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться