Солнце и кровь. Сборник рассказов

Размер шрифта: - +

Разносчики чумы

Город назывался Мельком Регис. Порт, открытый морским ветрам, населенный рыбаками и торговцами. Больше Лабарту ничего о нем не знал. Он очень давно не был на этом острове.

В первый миг, сойдя на берег, Лабарту решил, что бегство закончено. Ветер был наполнен вкусом соли, паруса хлопали на ветру, а над крышами домов показались первые лучи солнца. Так легко было поверить, что этот город чист. Но стоило отойти от пристани, и Лабарту понял, что и сюда добрался черный ветер.

Едва заметный запах, прогорклый воздух... Тень страха. Еще немного, и черный ветер наполнит улицы, – Мельком Регис станет таким же, как города Европы. Лабарту помнил Париж: зараженный, умирающий, гниющий. Отравленная кровь, смерть в воздухе и воде. Лабарту бежал оттуда, как прежде бежал из Венгрии, и пересек море, надеясь найти чистую землю.

Но чума добралась и до Англии. Лучше покинуть этот город сегодня же.

Никто даже не взглянул на него, пока он шел сквозь сквозь шумную толпу прибрежного рынка. Крики, резкие запахи, живая рыба, бьющаяся в корзинах, зазывающие торговцы... Никто не обратил внимания на темноволосого чужестранца. Один из многих, не более того.

Лабарту знал, куда идет.

Когда он миновал базар и свернул на улицу, где не смогли бы разъехаться две повозки, его окликнули. Голос за спиной и торопливые шаги, – он не мог не узнать их.

Грохот сражения, шум пламени и ветра, тяжелые облака над головой.

И вкус крови.

– Лабарту!

Эдвин не изменился. Да и мог ли? Навсегда двадцать лет. Уже тогда, давным-давно в свои двадцать лет он уже был высоким и широкоплечим, взрослым мужчиной, надеждой и опорой большой семьи. Но надежда так призрачна... Теперь Эдвин отрастил бороду и выглядел, пожалуй, еще старше. Штаны заправлены в стоптанные сапоги, заплаты на рукавах рубахи, – дела его явно шли плоховато. И вид у него был усталый.

Но по глазам было видно – не голоден. Просто устал.

– Эдвин, – сказал Лабарту и улыбнулся.

– Почему ты здесь? – спросил Эдвин, нахмурившись.

Неплохое начало. Лабарту улыбнулся еще шире, собираясь ответить, но Эдвин опередил его:

– Я думал, ты меня уже не помнишь! Хотел тебя искать, но не знал, где! А ты появился, как будто услышал, как я тебя позвал. Мне нужна твоя помощь.

Помощь? Их пути разошлись уже давно. К чему взывать о помощи теперь?

– Я бегу от чумы, – объяснил Лабарту. – Подальше от моря.

– У нас нет чумы, – возразил Эдвин. – Это далеко, во Франции...

– Через неделю здесь будет ад, – отозвался Лабарту и кивнул в сторону галдящего рынка.
Сотни людей. Сотни будущих трупов. Скоро они станут корчится в горячечном берду, черные нарывы будут лопаться, выпуская гной, а потом от людей останутся лишь тела в чумных ямах.

– Раз ты так говоришь... – В голосе Эдвина сквозила неуверенность. И ничего удивительного, Эдвин всегда с трудом принимал нечто новое. Лабарту хорошо его помнил. Он помнил их всех. – Но ты ведь можешь зайти ко мне? Это не займет много времени. Мне надо с тобой поговорить.

Лабарту взглянул на небо. Солнце пряталось где-то за крышами, до полудня было еще далеко.

– Хорошо, – согласился он.

Эдвин вел его по узким улицам, по булыжной мостовой, мимо сточных канав. Прохожие кивали Эдвину и с ленивым любопытством косились на Лабарту. Тот старался думать лишь о предстоящей дороге, но с каждым шагом это давалось все сложнее.

Эдвин выбрал хороший город. Лабарту хотел бы жить в таком. Море, сильные люди и постоянный поток чужаков. Здесь было бы удобно и легко. И Эдвин бы не возражал, если бы он решил остаться.

– Чем ты занимаешься? – спросил Лабарту, чтобы отвлечься.

– Работаю на верфи, – отозвался Эдвин. – А ты... – Он запнулся, но все же продолжил: – Почему бежишь от чумы? Ведь мы же... не можем заболеть?

– Не встречал никого, кто бы заболел, – кивнул Лабарту. – Но у больных плохая кровь. Очень плохая. Не пей. – Его передернуло от воспоминаний.

– Но... – Эдвин искоса взглянул на него. – Ты ведь всегда говорил, что можно долго продержаться на крови животных. Здесь много...

Свиньи, роющиеся среди сваленных на землю трупов... Дохлые собаки на улицах... Деревня, где ни осталось ни одной живой души... Лабарту зажмурился, отгоняя память.

– Животные тоже умирают от чумы, – сказал он. – Жить среди чумы... отвратительно. Нужно уходить отсюда, сегодня же.

Эдвин остановился. На улице было пустынно – лишь одинокий старик брел в сторону рынка, опираясь на клюку. Издалека доносился скрип колес, женщина в доме напротив выкрикивала ругательства, ее голос срывался на визг.

– Подожди до ночи. – Голос Эдвина звучал приглушенно, словно ему было трудно говорить. – Отправимся в путь, когда стемнеет.

Лабарту не ответил. Ему стало любопытно, что Эдвин скажет дальше.

– Ты голоден, – продолжил тот после секундной заминки. Это было забавно. Высокий и широкоплечий Эдвин стоял понурившись, словно провинившийся подросток. – Я вижу.

– Я могу продержаться еще пару дней, – улыбнулся Лабарту. Он едва чувствовал голод – смутное беспокойство, на которое он привык не обращать внимания. – Не хочу связываться с этим городом.

– Тебе нужна кровь, – повторил Эдвин. – Если боишься чумы, возьми мою кровь. Только подожди до вечера. Это совсем недолго.

Разумнее всего было развернуться и уйти. Но он знал, что не сумеет. И раньше любопытство часто заставляло забыть об опасности, а сейчас еще есть время... Да и как я могу оставить моего Эдвина в такой тяжелый час? Он улыбнулся еще шире.



Влада Медведникова

Отредактировано: 24.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться