Солнце в костюме человека

Font size: - +

Часть первая.

Она чуть щурится на солнце и пытается все-таки приклеить бант к пиджаку. Я смотрю в серые глаза и думаю, какая же она все-таки весенняя. Волосы медово-золотые - солнце, и глаза серо-голубы, близорукие, на свету с крапинками - капель в утренних лучах серебрится. Ангел. Аня, Аня, ангел. Имя катается по языку, но я его не выпускаю. Она снова смотрит не на меня, а на бант. Дергает за пиджак, чувствую, что злится.

- Джек! - а солнце такое ласковое сегодня, на улице птички поют, - Джек! Мне что, больше всех надо?!

Она смотрит на меня гневно и мнет в руках бант. Настолько похожа на разъяренного хомячка, что хочется улыбнуться. И солнце, солнце, солнце на растрепанных волосах.

- Конечно нет, Ричи. Я всей душой переживаю за судьбу этого банта, - сгребаю несчастное украшение вместе с ее маленькой рукой.

- Если тебе наплевать, можно было и не брать главную роль.

Я вздыхаю, отбираю у нее уже изрядно мятый бант и нагреваю зажигалкой клей-паутинку, пришлепываю к карману.

- Так нормально? - отдаю ей пиджак, и в ее глазах снова начинают плясать солнечные лучи, - Ричи, иди сюда.

Я прошу очень тихо, не похоже на мой обычный насмешливый голос. Она подходит, я обнимаю ее за плечи и закрываю глаза. Солнце, солнце, солнце.

 

Тогда тоже было солнечно. Август все же, солнце палит, как сумасшедшее. Волосы уже начали отрастать и шее жарко, да всему телу жарко, если уж на то пошло. Надо будет купить воды, а лучше мороженное. Меня окликают и активно машут рукой. Две. Одна повыше, с крашенными сухими волосами, и с ней мы, кажется, где-то пересекались. Помню ее. А вторая маленькая, хрупкая, в платье в цветочек, и какая же она все-таки весенняя. На дворе август, а она весенняя.

- Привет, - знакомая мельтешит, - Мы ведь виделись? Не в ДК, нет? Мы просто сейчас хотим сценку поставить, а нам людей не хватает. Ты по росту подходишь, кстати. Не хочешь выступить?

Киваю.

- Меня Аня зовут, - весенняя улыбается, - Мы в пятницу соберемся насчет костюмов решить, приходи.

Она улыбается и диктует адрес.

Аня, Аня, ангел.

 

В пятницу людно. Мы у ангела дома. Она предлагает всем чай и печенье. Мою знакомую здесь все называют Юми, и эта постановка ее идея. Она здесь похоже за главу, по крайней мере все заявки на участие пишет она и выпытывает у всех паспортные данные. Вокруг одни девушки, хотя, судя по всему, почти все роли мужские. Япью чай, и мне здесь хорошо. Слишком много людей, но они все как-то стали моими лучшими друзьями. Я ловлю себя на том, что рассказываю, как выбирать чай, и смеюсь над чьей-то шуткой, разговариваю на три стороны и смотрю, смотрю, смотрю. В комнате какой-то неуловимый запах. Не цветы, не сладости и не фрукты, но что-то приятное. Мне кажется, что я запомню этот запах навсегда.

Я тянусь за печеньем, попутно пытаясь узнать, какую музыку слушают ангелы. Она улыбается и перечисляет группы. Внезапно моя рука вместо печенья нашаривает лист бумаги. Распечатанный рисунок.

- Это я? - даже если сделать скидку на специфический японский стиль, сходства - ноль. Мне кивают. На рисунке улыбающийся молодой человек, блондин, судя по пропорциям высокий и накачаный. Сходства - ноль.

- Это Джек, один из главных героев, нам без него никуда.

Я сдавленно соглашаюсь и пью чай. С меня берут обещание, что я посмотрю про него сериал, хотя бы пару серий. Я снова пью чай, веселье продолжается. На самом деле, мне становится интересно. Это ведь почти вызов: смогу ли я сделать костюм, смогу ли сыграть, не испугаюсь ли зала. Я же все-таки не великий актер, да и со сценой на очень уважительное Вы: ни петь, ни танцевать не умею, выступать не доводилось.

 

На мониторе уже давно застыли три часа ночи, и только минуты неумолимо сменяли друг друга. Спать уже можно не ложиться, с утра разницы между бессонной ночью и трехчасовым сном все равно не заметить. Да и интересно ведь. За что люблю японцев, так это за сюжеты, до которых голливудским фильмам со штампованными сюжетами далеко. А нашему кино, с его вечными ментами, свадьбами и внезапными знакомствами, так вообще и не добраться, наверное, никогда.

На экране Джек и Ричард снова поругались. Забавный у японцев взгляд на англичан: светловолосые, серьезные и вспыльчивые. И простая вроде бы история. Два брата борются за наследство. Вот только один собирает огромного робота на паровом ходу в надежде и брата поймать, и девушку поразить, и королеву изобретением впечатлить. Ту самую, британскую, ведь, конечно, каждый, даже самый захудалый английский аристократ, периодически видится с королевой. А второй брат нашел старые фолианты и в магию ударился. Шаманит потихоньку, но с каждой серией все сильнее. А фоном разворачивается техническая революция: электричество, автомобили, кинематограф, - и таланты обоих никому не будут нужны. Вот такая вот битва на окраине жизни. Стоп-стоп-стоп, так это все им снится?! И они даже и не люди?! Как же я люблю японцев...

Подскакиваю от какого-то шума, будто по имени позвали.

По коридору слышатся тихие шаги. Ну что не так-то? Свет выключен, я в наушниках.

- Иди спать, опять своих узкоглазых смотришь? - отдельные аниме можно обвинить в больших глазах, но в узких...

Вздыхаю и тащусь к кровати. Я не прогуливаю, встаю вовремя, так почему же меня нельзя в свободное время оставить в покое. Мама стоит надо мной немым монументом вселенскому укору.

-Неужели днем нельзя посмотреть? - ага, когда вы всей семьей ходите и комментируете, - Не высыпаешься же, - в обед посплю, - Ну почему все дети как дети, а ты мультики по ночам смотришь, - а еще учусь на отлично и на олимпиады мотаюсь, - Ты пойми, мы же о твоем здоровье заботимся, - а о моем психическом здоровье, кто позаботится?

Молчу. Шаги удаляются. Пытаюсь спать. Изнутри, по закрытым векам, неугомонный мозг рисует весну.

 



Мария Еремина

#2913 at Young adult
#1611 at Teenage literature
#5833 at Prose
#3444 at Contemporary literature

Text includes: студенты, реализм

Edited: 12.04.2016

Add to Library


Complain




Books language: