Солнечные дни

Маньяк

Молодая девушка лет девятнадцати не красивая, но хорошенькая – маленькая, худенькая, изящная, с короткой стрижкой, в коротком цветастом халатике, подчеркивающем все её достоинства, полчаса крутилась перед зеркалом под песни с самого нового альбома популярной группы, демонстрируя то удивлённое лицо, то обиженно надутые губы, но соблазняющий взгляд, то походку «иди за мной».

Потом она несколько минут повалялась на диване тёмно-розового, почти малинового цвета, где были разбросаны женские журналы, достала синий пылесос отечественного производства и чистила коричневый ковёр с восточным орнаментом несколько минут. Девушку звали Антонина, но она стеснялась своего имени, считала его крайне немодным и ужасным, поэтому просила всех своих знакомых называть её Нинон или на худой конец Нина.

Вдруг она вскинула глаза, открыла рот, вскрикнула, неожиданно вспомнив что-то, и с трубой пылесоса в руках опрометью бросилась в прихожую к телефону, как будто это был вопрос жизни и смерти. У кнопочного светло-бежевого аппарата она вдруг вспомнила, что тащит за собой работающий пылесос, вернулась, отключила его, оставила трубу и вернулась в прихожую.

– Алё, Викуся? Это Нина. Слушай! Ты дома? Ты сегодня никуда не идёшь? Да так ничего, у нас типа сейшн намечается. У нас Оля и Игорь вчера поженились. Да ты чё, Оля Мухина из тринадцатого дома, из второго подъезда, на выкуп три машины приезжали. И все иномарки. У неё, да. Они у Оли живут.

Родители на даче. Да. Слушай! Я же тут Стасика встретила! Он опять с родителями живёт – с девушкой разошелся, оказывается, и уже месяца два. Я и не знала! Такой ничего, симпотный! Да, но ты знаешь, он же про тебя спрашивал! Я его сразу пригласила, а он сказал, что придёт, если ты придёшь. Так что приходи!

Но у меня, конечно, на него виды. Ты смотри, придёшь, и всё. Странный? Почему странный? Нормальный! Не знаю. Да ладно, хороший парень! Щас таких ещё поискать. У отца машина. Иностранная какая-то. Квартира трёхкомнатная. Ладно, мне тут ещё примарафетиться надо, пращевай, в шесть часов!

Саша Панкратов и его родной брат Максим сидели на диване в съёмной однокомнатной квартире Александра, приканчивая две первые пинты пива, когда раздался телефонный звонок. «Это Вика»,– радостно сообщил Саша брату и нажал кнопку с изображением зелёной трубочки.

От услышенного он переменился в лице. «Поехали!»– Крикнул он, дослушав до конца и нажав отбой. Максим удивлённо посмотрел на брата. «Вика в милиции. Заявление пишет. На неё напали. Пойдём!»– сказал Саша, беря куртку и ключи и выходя из комнаты. Максим молча последовал за ним.

– Ну, ты чего? Ничего не болит? Переломов нет? Теперь мы тебя одну никуда не отпустим,– сказал Саша, глядя на свою сестру.

– Да брось, всё хорошо. Только всё-таки надо выучить несколько приёмов каратэ или ещё чего-нибудь. Гёреш можно,– ответила Вика.

– Дайте мне этого козла, я его убью! – Воскликнул Макс.

– Он больной,– сказала Вика, с упрёком поглядывая на брата,– его всё равно экспертиза скорее всего признает невменяемым. Он почти ничего не успел сделать. Надеюсь, только его мамаша на меня встречное заявление не накатает.

– Пусть только попробует,– угрожающе прошипел Макс,– а мы где были? Ты молодец, Вика.

В молчании доехав до дома на маленькой зелёной машинке такси, похожей на кузнечика, они поднялись на восьмой этаж и вошли в квартиру.

– Ты чего хочешь?– Спросил Саша, глядя на сестру.

Вика села на диван, похожий на зебру, укрылась клетчатым пледом.

– Ну, ты молодец,– сказал Макс, наливая пиво в стакан, – меня там не было, так меня всего перетрясло, а ты как?

– Нормально, – сказала Вика, отхлёбывая заботливо принесённый Сашей свой любимый чай с бергамотом из белой кружки с ромашками,– лучше, конечно, в такие ситуации не попадать, а если попал, то лучше выбираться. Я уже всё пережила. Хотя, получилось так по-дурацки. Не надо было вообще идти. Хотя... Он бы меня всё равно нашёл в другом месте.

– Куда идти? – спросил Саша, садясь на диван.

Вика поставила чашку на столик, села на диване по-туркменски и начала рассказывать: «Мне же позвонила Нина. Наша соседка. Она всё рамсила про то, что у Оли Мухиной второй день свадьбы. Оля пригласила Нину. А Нина встретила Стасика, мы с ним до пятого класса вместе учились.

Она пригласила Стасика, а он сказал, что без меня не придёт. Помнит меня что ли? Мы с ним виделись последний раз лет десять назад. Странный мальчик. Он ещё тогда увлекался гробами, собирал информацию про них, мне показывал. Как я сразу не догадалась?».

– Гробами?– удивился Максим, подливая себе ещё пива.

– Не перебивай,– сказал Саша, – эмоции потом.

– Ну вот. С нами же Нина в одном классе училась. Её учительница всё Тоней называла, а она всё обижалась. Она, значит, неожиданно встретила этого Стасика, и он ей так понравился, что она решила его пригласить, типа глаз положила. А мне позвонила, чтобы я пришла и всё, а то он не придёт.

Я думала, приду и уйду. И пусть эта Нина с этим Стасиком чего хочет, то и делает. Он же ей эти гробы не показывал. Я пришла. Там кроме Оли с Игорем уже Нина была. Пришла Света Карасёва, подруга Оли и какой-то друг Игоря – Валера. Потом этот Стасик подтянулся. Осталось несколько бутылок шампанского, решили выпить за молодых. Всё-таки второй день свадьбы – такое хорошее событие. Нет, надо всё испортить.