Сон и потерянный мир

Глава 24

Часть 3

ГЛАВА 1

Фин предложил мне взять яйцо с собой. Он был такой добрый. Даже пытался шутить. Я часто улыбалась. Наверное, за все время пребывания в этом мире, эти моменты были самые теплые. 
— Не знал, что ты можешь быть такой…
— Какой?
— Женственной. Ты совсем изменилась. На самом деле, я показал тебе новорожденных драконов, только для того, чтобы посмотреть на твою реакцию, — Фин говорил это, с такой детской искренностью. Мне было приятно. 
— А расскажи мне про ваши отношения с сестрой? Просто ты всегда заканчиваешь разговор, не говоря чего-то главного. 
— Прости, я не привык говорить о ней. Я редко общаюсь с кем-то.
 Я улыбалась ему. Он сидел близко, поэтому я положила голову ему на плечо. Фин не ожидал такого поворота событий. Его дыхание участилось, сердце забилось очень громко, что аж я слышала его биение. Мне было приятна его реакция. Он не понимает понятия дружба. У него ее никогда не было с человеком. 
— Я понимаю. Фин, раз ты не привык говорить о ней, тогда расскажи мне про то, как ты стал отшельником? 
— Тебе, правда это интересно? — он держал на руке спящего дракончика. 
— Да. Мне интересно. Просто, я же должна знать, кто меня спас и с кем я живу в пещере, — я подняла голову и улыбнулась ему наглой улыбкой. Фин будто бы вытер мне нос. Я сморщилась. Он засмеялся. Больше всего мне нравилось, когда он смеется. Мне вдруг вспомнилась Ада, с ее очаровательной улыбкой. Деймон, с его не самым хорошим характером. Генри, и его забота. Агарваэн, и его ловкость, сила. Златогор, и его мудрость. И неожиданно, поняла, что все эти качества заключены в одном человеке. В Фине. Тогда я просто положила яйцо в корзину и обняла Фина. Крепко-крепко. Этого он тоже не ожидал. Когда мы вернулись в пещеру, Фин стал прежним занудой. 
— Я скоро вернусь. И не вздумай уходить куда-то. 
Таким он меня подбешивал. Я взяла в руки дневник и начала читать. Рассказ шел о том, как Кристина познакомилась, с попавшим из другого мира, Никитой. Сначала, они общались не самым лучшим образом, но уже через двадцать страниц они вместе спасали мир. Еще через две страницы, описывалось, признание в любви друг другу. Я просто поражалась красоте подчерка Дафны. Он был красив и разборчив. 
Я читала очень долго, но меня прервал Фин. Он вошел неожиданно. Я решила ничего не спрашивать, потому что он был не в духе. 
— Ну что? Как книга? Интересная? Что-то новое узнала? — для меня было неожиданно то, что он спросил меня о чем-то сам.
— Интересная. Пока что, тут только о жизни. Но это тоже очень интересно. 
— Понятно. Ты спрашивала, как я стал отшельником? А я не помню. Всю жизнь провел здесь. Родителей я не помню.
 Я не знала, что ему сказать. Теперь моя уверенность в том, что он сын Корина, была подтверждена еще одним фактом. 
— Потом в моей жизни появилась твоя сестра. Я нашел ее на побережье реки. В то время я жил в городе, но тоже один. Моя любовь вспыхнула. Жизнь заиграла яркими красками. Потом Катрин умерла. Погибла от рук ужасного человека. Я ничего не мог сделать. Все остальное время я искал тебя. Я проанализировал все твои действия. Ты все делала так искусно. Все твои преступления — для чего они?
 — Я не знаю. Наверное, чтобы прокормить себя и семью, — на самом деле, я просто не знала, для чего они были нужны. 
Мы молчали минут пять. 
— Фин, ты меня отпустишь? Я смогу вернуться домой? 
— Сможешь. Когда твои друзья придут за тобой. — Они идут сюда? — я была в недоумении. Вскочила на ноги. 
— Да. Но пока я не буду убежден в том, что ты в безопасности, я тебя не отпущу. 
— Но, Фин, зачем тебе это? 
— Все. Я так решил. Ты же все-таки, какая не какая, моя пленница, — он подошел близко ко мне. Я стояла в ступоре. Он улыбался мне его самой красивой улыбкой. Она была предназначена только для редких случаев. 
Мне кажется, пора описать странности Феникса. Главная странность — это запах. Точнее его не было вообще. 
Вторая — то, что он всегда носит капюшон. Третья — его настроение. Он то грустный, то веселый. То строгий и злой, то нежный и ласковый. Четвертая — его скрытность, недоверие. Я стараюсь его разговорить, но он молчит. Пятая — его оружие. Я не так давно заметила у него на ремне висящий нож. Он был похож на кошачий коготь, только раз в сто больше. Когда я думала об этом, еще и одновременно разглядывала его. Наверное, я была похожа на кролика с большими глазами. По крайней мере, мне так казалось, потому что когда Фин посмотрел на меня — засмеялся. Я засмущалась и расстроилась. Он это заметил. 
— Что с тобой? Ты расстроена? 
Я молчала. Мне просто захотелось обидеться. Он пришел ко мне. Сел рядом. И так аккуратно обнял меня. Я, наверное, покраснела. Он сам от себя не ожидал такого. 
— Хочешь, я покажу тебе самое красивое место здесь? Тебе понравиться. 
— Хочу. Только у меня есть просьба. Давай не будем тут ночевать. Я не хочу. 
Он улыбнулся. Встав с кровати, я решила взять с собой дневник. На всякий случай. Фин что-то собирал в сумку. Где он ее взял, я, конечно, не знаю. Он подошел ко мне.
 — Можно я кое-что сделаю? 
— Ну, смотря что.
 Он приблизился ко мне и поцеловал в лоб. Мое дыхание участилось. Сердце забилось бешено! Я не знаю почему, но мне вдруг захотелось плакать. Эмоции перемешались. Я не знала, что мне сделать. Поэтому, я взяла и сдернула с него капюшон. Я увидела ошарашенное мужское лицо. Глаза были желтого цвета, зрачки узкие как у кота. Нос и щеки покрыты темно-красной чешуей. Волосы будто седые, но этот человек не казался мне старым. 
Фин минуты три стоял с открытым ртом. Потом он закрыл глаза и отвернулся. Я считала себя предательницей. Я тихо, через слезы, прошептала: 
— Прости. Я не знаю почему, но я думала, что он испытывает ко мне самые страшные чувства.
Наверное, он меня теперь ненавидит. Почему он скрывал свое лицо? Он считал его страшным? Или не хотел, чтобы его видели? 
— Не плачь. Не люблю, когда ты плачешь. Ты становишься беспомощна. 
Я открыла глаза и посмотрела на него. Его слова на меня подействовали. Слезы перестали литься из моих глаз. 
— Прости меня, Фин. Я правда не хотела, чтобы так получилось. 
— Я не обижаюсь. Все хорошо. Это хоть и плохо, но… я хотя бы в своем лице буду с тобой искренен. 
Мои глаза похожи на собачьи. Когда собака провинилась, она начинает извиняться взглядом, потому что сказать не может ни слова. 
— Только ходить я все равно буду в капюшоне. 
После этих слов он накинул капюшон и продолжил сборы. Я себя чувствовала каким-то грязным бельем. 
Я не помню, как все происходило. Мы собрались, сели на дракона и полетели. Прилетев в место назначения, я смотрела не на красоту природы, а на свои ноги. Мне думалось: «Какая же ты все-таки дура!» 
— Франческа, я конечно понимаю, что ноги гораздо интереснее этого места, но отвлекись хотя бы на чуть-чуть. 
Я посмотрела сначала на него, а потом на всю красоту природы этих мест. Это был водопад. Его «молочные» и пенистые воды падали с высоты более чем двадцати метров. Мы стояли на темно-зеленой лужайке. Вокруг было много деревьев, но выделялось только одно. Наверное, это был дуб. Он был очень большой и толстый. Вокруг летали желтые мотыльки. 
— Ну как? 
Феникс был веселый. В ответ я сказала всего одно слово: 
— Красиво.