Сон о принце (части 3 и 4)

Глава LXXVI

Глава LXXVI

Кухня встретила меня тихими сопениями и причмокиваниями, которыми спавшие вповалку вокруг котла дети озвучивали свои сновидения.

«В принципе Эшмас вполне мог подняться ко мне по собственной инициативе, - подумала я, разглядывая уморенных тяжелым днем подопечных, - пришел, оглядел находящееся в отключке трио и двинулся на поиски их «мамаши». Вполне реальный сценарий... - мой взгляд остановился на хитроватой мордочке Заро, - или не реальный?»

Гнев вяло шевельнулся в моей душе. Его мощи не хватало на «разбудить детушек, чтоб поставить на уши». Это в некотором смысле успокаивало, тем более... я, можно сказать, залюбовалась улыбкой дочурки... озорница вполне могла подстроить мне свидание из лучших побуждений в соответствии со своей культурой и воспитанием... Или все же Эшмас по собственной инициативе поднялся ко мне? Надо будет завтра с утра разобраться в этом вопросе, Ну и по обстоятельствам устроить небольшую промывку мозгов. Но завтра, а сегодня...

 - День отшумел, - шепотом констатировала я, припомнив свою подработку на детской даче, и, поправив служившую мне платьем простыню, вышла из кухни.

Как-то резко накатила усталость, из-за чего сравнительно небольшая лестница сравнилась по крутизне с Эверестом. Сразу захотелось растечься лужицей у ее основания и никуда не ходить. Но наверху ждала кровать, которая обладала мощной притягательностью, заставившей поставить ногу на первую ступеньку. Усиленный тишиной возмущенный скрип половицы резанул по уху. Ступенька номер два, прозвучав тише, все же обладала достаточной громкостью, чтоб задуматься, почему я не услышала идущего в гости Эшмаса. Следующий шаг вверх запустил фейерверк всевозможных сценариев моих приготовлений к встрече. Однако новая ступенька оборвала фантазию обреченно-саркастическим замечанием о «жизненности» сослагательного наклонения. Но стоило приподняться чуть выше, как все смылось воспоминанием о потоке восхищения... Однако с новым шагом пришел стыд... А чуть выше острое желание еще раз испытать испытанное... А на следующей ступеньке ждала вина перед Эсой... На предпоследней - философское понимание, что живу свою жизнь для себя, а не ради кого-то. И только на самом верху ко мне пришло осознание, что слишком мало я знаю и об Эсе и об Эшмасе, чтоб вообще о чем-то задумываться. Поэтому надо просто ложится спать, понадеявшись на сказочное «Утро вечера мудренее».

***

Ночь прошла муторно. Мне то слышались шаги на лестнице, то начинало казаться, что щеколда на двери не закрыта, то чудились щелчки непонятно какого замка, то постукивания в окно. Естественно каждый звук-стук вызывал настороженную подозрительность. Пару раз даже пришлось вставать и проверять все ли в порядке.

В результате тема личной безопасности так сильно пропитала мой мозг, что мне пришлось побеседовать об этом с Эшмасом. Разговор получился долгим, содержательным и нереальным, поскольку проходил на кухоньке в моей квартире, оставшейся далеко-далеко в другом мире.

Открыв глаза, я посмотрела на залитую утренним светом комнатенку и разочарованно решила уснуть повторно. Не получилось. Заботы нового дня, и в первую очередь наша неустроенность, заразили мысли, напрочь лишив спокойствия.

Пришлось вставать. Затем долго смотреть на принесенное гостеприимным хозяином платье. Надо признать несколько непривычный фасон: верх косая застежка на манер китайских платьев, но без воротника, низ же не прямой, а длинная юбка в сборку. Материал светло-зеленый, окантовка - темно-зеленая. Смотрится чинно и достойно. Как для судебного пристава или классную даму с замашками надсмотрщицы. Вот и гадай теперь, притащил это Эшмас по доброте душевной из того, что первое под руку попалось, или специально выбрал, с неведомым мне значением. Так и не придя к какому-то выводу, я отправилась на утренние умывания в простыне, решив пренебречь подарком.

Однако по возвращении моя непросохшая с вечера одежда, заставила пересмотреть взгляды на жизнь в целом, и на обновку в частности. Одни только шортики-трусики порадовали приемлемой сухостью. Во всем остальном оказалось слишком много H2O. Мне же после вчерашнего потопа ну просто абсолютно не хотелось ходить ни в мокром, ни во влажном. Так что пришлось «снизойти» до обновки... И тут меня поджидал совершенно неожиданный сюрприз: платье оказалось мало в груди. Причем мало до такой степени, что я элементарно не могла зацепить застежку. Видимо неведомый портной ориентировался даже не на нулевой, а какой-то минусовой размер. Впрочем, сильно комплексовать по этому поводу я не стала: просто отогнула несходящиеся края, сделав асимметричные лацканы а-ля апаш.

Встретивший за порогом махонький коридорчик в два шага привел меня к лестнице. Вчера скрип ее ступеней казался ужасающе громким. Сегодня, вслушиваясь в голоса, идущие с кухни, я почти его не заметила: уж больно интересное направление принял детский разговор.

 - ... Я верю, что мама красивая, - донеслось до меня категоричное заявление Заро, - ее фигурку даже эти страшные тряпки не спрячут!

 - Так она, может, прячет какой-нибудь шрам или ожог. А может у нее все тело в картинках? - возразила Зали, - я слышала, что есть такие дикари, которые разрисовывают себя картинками животных для привлечения удачи.

 - Не для удачи, а чтоб привлечь животную силу и ловкость, - тоном знатока произнес Туз, - и делают такое только мужчины. А женщины украшают себя цветами.

 - И какой у мамы цветок? - сразу полюбопытствовала младшая.

 - Да нет у нее никаких цветков, - с некой ленцой в голосе отозвался парень, - никаких картинок, никаких шрамов, ожогов, родинок... Ну, я имею в виду, крупных. Мелкие, конечно, присутствуют, но не больше чем у тебя.

«Это он предполагает или, наподглядовавшись за мной, говорит со знанием дела?» - озадачилась я, сходя с лестницы и застывая у входа кухни. А старшая девчонка не унималась: