Сон о принце (части 3 и 4)

Размер шрифта: - +

Глава LXXX

Глава LXXX

Желающих заполучить кошачью мордочку оказалось вполне достаточно, чтоб подарок Эшмаса подошел к концу. На мое счастье, в ассортименте лавки Алижека нашлись и краски и макияж. Правда качеством похуже, чем я приобрела в аптеке. Да и разнообразие поскуднее, но и заметно дешевле, что было весьма существенно для раскрутки бизнеса. Впрочем, торговец, отдал мне две коробочки буквально за треть стоимости, с условием в обязательном порядке говорить клиентам заходить за красками в его магазинчик. На мое замечание, мол, тогда уж лучше написать, чтоб не забыть, в глазах Алижека зажглось не то озарение, не то вдохновение, озвученное многозначительным «О!», и вскорости стена украсилась большим объявлением с весьма дизайнерской стрелочкой.

***

Когда на клиентскую табуретку присела гражданочка далеко не самого тяжелого поведения, то я несколько растерялась. Мне как-то в голову не приходило, что буду востребована у подобной публики. С другой стороны по местным меркам торговля своим телом может и не шибко уважаемое, но вполне легальное занятие. И, по большому счету, оно не сильно отличается от охоты за богатым мужем. Даже в чем-то оно честнее. Однако после того, как довольная девица, заполучив кошачьи глазки, ускакала на свою «точку», мне захотелось встряхнуться. Тем более, что желающих попасть под кисточки не наблюдалось. Зато наблюдалась новая идея под названием Летка-Енка. Когда-то юристка-снегурочка обучала детдомовцев этому незамысловатому танцу, и сейчас, рисуя мордочки котят, я невольно вспомнила тот праздник...

Шоу «Кошка-Прыжка» раскрутилось не сразу... Сначала девчонки сбивали друг дружку, постоянно путая ноги, а потом мне никак не удавалось унюхать желающего присоединиться к нашему паровозику. Однако тут на выручку подоспел Алижек. На самом деле он принес партию кошачьих ушек, разумно предположив, что кое-кто из детишек, глядя на меня, тоже захочет «окошатиться». Однако, увидев нашу беду, торговец выхватил из толпы пожилую матрону и заскакал с ней под наши «Там-там-тарам-пам-пам». Поначалу его партнерша растерялась, но потом с неожиданно заливистым смехом включилась в танец. Дело сдвинулось с мертвой точки.

Я то прыгала-танцевала, то рисовала, то продавала ушки и краски. Туз показывал шоу с Сенечкой. Девчонки сменяли его, заводя «кошачий концерт»: тянули местные песенки, разбавляя их мяуканьями. Народу нравилось, и им щедро кидали мелкие монетки. Порой подруливали ребята, желавшие угулять меня в кроватку, но от их зазывов хорошо помогали намеки на ревнивого мужа. Так что дальше легкого флирта разговоры не заходили.

В какой-то момент около меня появился замеченный мной ранее малыш-оборвыш. На его лице красовались неровно нарисованные угольком кошачьи усики, а сам он буквально светился от пронзительного желания быть замеченным и оцененным. И в тоже время маленький оборвыш, как взведенная пружина, готов был в любое мгновение сорваться с места и исчезнуть в толпе. Я просто не могла не заговорить с ним... Но малыш молчал, не реагируя внешне на мои слова. За него говорили запахи его эмоций. Ориентируясь на них, я предложила ему «чуть-чуть поправить» раскраску. Помощь приняли благосклонно.

Мокрая тряпка прошлась по детскому личику, оттирая угольный макияж, и грязные разводы иного происхождения. Теперь можно приступать к творчеству...

 - А не боитесь разориться, занимаясь раскрашиванием за бесплатно? - спросил незнакомый баритон, слегка «обласкав» чуйку ментоловой холодностью снобизма. Впрочем, его было достаточно и в интонации говорившего, от чего малыш буквально окаменел на табуретке.

 - Помощь бедным котятам всегда окупается, хотя бывает, что не сразу, - ответила я, не отвлекаясь от раскрашивания.

 - Но если таких котят будет очень много... - продолжил мужчина, но был перебит

 - ... то, возможно, найдутся люди, готовые заплатить художнице за малыша, - я слегка скосила глаза в сторону говорившего и, заметив далеко небедную одежду, поинтересовалась, - вот вы, к примеру, не хотите ли помеценатствовать и заплатить за малыша?

 - Нет, не хочу. Я, милая девушка, принципиально не подаю денег.

 - А вы, заплатив мне, подадите бедному котенку сервис.

 - Интересный взгляд на предмет. Я подумаю над этим... Впрочем, нет, не заплачу, так как тогда ваше доброе дело превратиться в товар и потеряет свою значимость.

 - Интересный взгляд на предмет, - отзеркалила я фразочку, - но тогда без доброго дела останетесь вы. С другой стороны, заплатив мне, вы сделаете благое дело, потратив деньги на поддержание той, что творит добро.

 - Интересный взгляд на предмет, - с явным весельем повторил незнакомец, - после чего отойдя в сторону, оставил нас в покое.

Наш мини диалог заставил несколько разнервничаться малыша. Отмерев, он даже попытался улизнуть с табуретки, но мне удалось ухватить его коленку:

 - Ты куда дергаешься, разбойник? - с искренней улыбкой спросила я и, не дожидаясь ответа, шутливо упрекнула, - ты же чуть не испортил всю мою работу! Ты же не хочешь ее испортить, правда? И поэтому дашь мне ее довести до конца, ведь так?

Оборвыш, по-прежнему не говоря ни слова, насупился, однако его эмоции были открытой книгой.

 - Понятно, тебе не нравиться, когда тебе делают что-то из жалости... Но ведь это необязательно жалость. Я просто хочу, чтоб у тебя было хорошее настроение. Ведь сегодня праздник и надо веселиться. И не только веселиться, но и делиться весельем. Просто так... И не надо так недоверчиво смотреть. Я говорю чистую правду. Ведь тебе нравится, когда я тебе улыбаюсь, а мне нравится твоя улыбка. Честно-честно нравится. Поэтому я нарисую тебе мордочку, чтоб ты мне больше улыбался... Все еще есть сомнения? Ну, хорошо. Если хочешь, то можешь отработать... Будешь танцевать вместе с моими девочками, и помогать им зарабатывать... Вижу, что согласен.



Эсфирь Серебрянская

Отредактировано: 11.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться