Сон о принце (части 3 и 4)

Глава CI

На рекламное дело дети согласились с большим энтузиазмом, но только после одобрения парочки Журжа-Кужтуж. При этом оба парня не выказывали внешне восторга по поводу раскрашивания лиц, всячески демонстрируя, что идут на это только ради дела. Однако от чуйки им было не скрыться, и я с огромным удовлетворением отметила, что им очень понравились их маски. Внешне же наши отношения остались абсолютно деловыми, Я официально, то есть во всеуслышание, назначила их командующими, поручив следить, за другими детьми и первыми реагировать на любые проблемы.

 – Никакой ругани, криков плачей, – инструктировала я их, расписывая лица, – подходите и четко говорите: «Здравствуйте, меня зовут уважаемый Журжа. Я представитель рекламной фирмы «Кошкин дом». Наша компания приносит вам свои извинения за неудобства. Пожалуйста сообщите мне ваши претензии для улучшения качества нашего обслуживания». Помните, вы должны себя вести как достопочтенный Эшмас.

 – Лучше как достопочтенный Эса, – внес предложение Кужтуж, – из него так и прет достопочтенный.

 – Ты прав, что прет, – согласилась я, – но все же мы с тобой не достопочтенные, поэтому лучше, как Эшмас: вежливо, обязательно уважительно и с чувством собственного достоинства.

 – Да, Эшмас лучше, – подтвердил Журжа, воспользовавшись мгновением, когда моя кисточка оторвалась от его лица.

 – Если будут придираться к внешнему виду: отвечайте, что это просто костюм «бедного котенка». Если проблема не решается, то зовете меня. Или ведете проблемного человека к лавке Алижека поговорить со мной. Однако еще – еще раз повторите всем детям никакого воровства. Подарки брать можно, но только те, что хозяева дают сами. И не забывать благодарить. Кстати, сами не забывайте хвалить своих подопечных котят.

 – Мы поняли, леди Ланц, – сказал Кужтуж.

 – И не забывайте присылать гонцов к Кужтужу-старшему, он будет вести список, кто куда ходил, чтоб не бегать дважды по тем же адресам.

 – Хорошо, – сказал Журжа, рассматривая в зеркале результат моей работы.

 – Тогда быстро к леди Лазурь за шейными платками, а потом к Тузу на репетицию рекламной речи...

 – Там каждый берет свою команду, – подхватил Кужтуж.

 – И на работу, – закончил его товарищ.

 – Как приятно иметь дело с умными людьми, – искренне улыбнулась я им.

Мальчишки, сверкнув в ответ хитрыми кошачьими усмешками, убежали к Лазури.

Мне же предстояло вернуться к Алижеку и, засев в «Кошкином Доме», ожидать новостей. Обязанности Гермеса* возложили на Женечку: его улыбка лучше всяких слов говорила: «Все в порядке». Ну а с плохими новостями явился бы кто-нибудь другой.

И он явился. Причем под конец дня, когда я уже успокоила себя тем, что все прошло благополучно. Сидела себе на табуреточке, около развешенных для продажи ловцов снов, и ела сладкую булочку, с улыбкой, вспоминая в каких благодарностях рассыпался передо мной Алижек за задушевную беседу с его женой. Подробностей, естественно, не оглашалось, но он так благоухал предвкушением постельных утех, что не оставалось никаких сомнений в причинах его признательности. К тому же торговец решил не ограничиваться красивыми словами, а выразить свою благодарность в более материальной форме, заказав ужин на все мою ораву.  Правда, он оговорился, мол, блюда далеко не из дорогих, но и не из самых дешевых. А еще будет десерт. В результате у нас намечался вечером праздник, который я собиралась приурочить к открытию рекламного агентства «Кошкин Дом».

И вот по этому радостно расслабляющему предвкушению, черкнул резкий потный запах опасности, а следом за ним донеслось удовольствие от погони и удалью. Оглядевшись, я быстро обнаружила среди редких прохожих идущую по мою душу парочку. Чуть впереди, заметно прихрамывая шагал Журжа. Нос разбит. На лице кровь смешалась с краской. Одежда в грязи. Ворот его рубахи зажат в левой руке ухмыляющегося молодого парня, одетого во что-то серо-потертое. Впрочем, я не стала вглядываться в наряд «конвоира», поскольку возникло ощущение, что он мне знаком. Или мы совсем недавно сталкивались лицом к лицу. Они все ближе и ближе, а у меня никак не получается вспомнить, где я его видела.

Парочка остановилась в метре от меня.

«Конвоир» прошелся по мне показным оценивающе-липким взглядом от груди до ног и обратно.

 – У меня приятные для тебя новости, милашка, – сказал он, подняв уровень своего взгляда до моих глаз, – некто Сузтуж, известный также как Злюка Су, сегодня неудачно оступился на лестнице и, упав, скончался...

Сделав паузу, парень, видимо, ожидал какой-то реакции, но я молча положила последний кусочек булочки в рот и ему пришлось продолжить.

 – ... Так вот теперь ты можешь не бояться его мести. Однако за захваченную долю бизнеса надо платить. Большой Жук велел передать, что ждет от тебя лояльности. Послезавтра вечером придешь в дом Злюки Су обсудить размер мзды. И не рассчитывай обойтись перепихом. Шалав у Жука хватает. Впрочем, ласка и покладистость приветствуются и вознаграждаются...

Отправив остатки булочки по пищеводу в желудок, я произнесла:

 – Какой ты смелый!

Журжа одарил меня взглядом «Совсем спятила, баба?», однако от озвучивания своего мнения вслух воздержался. А вот его пленитель растерянно пробормотал:

 – А чего сразу «смелый»?

Не воспользоваться такой оговоркой было грешно:

 – Ой, извини пожалуйста, я не знала, что ты трус, и не хотела тебя обидеть, назвав смелым.

Журжа закусил губу удерживаясь от смеха, а чуйка уловила пару-тройку веселинок, показывающих, что где-то рядом есть еще мои «котята». Физиономию же «жучиного посланника» перекосило злобой от моих извинений, и я его узнала.