Сон о принце (части 3 и 4)

Размер шрифта: - +

Глава CVIII

Устало потянувшись, я с осуждением посмотрела на неказистую книжку, по которой училась читать. Она, конечно, не виновата в том, что местные пользуются весьма запутанной комбинацией фонетического и иероглифического письма, но иррациональности хотелось найти врага, и она его нашла. Во мне стало вызревать раздражение к серым грубым страницам дешевого издания, к безыскусным черно-белым картинкам. Безликой обложке... Эшмас, впрочем, предлагал приобрести специально для меня более достойный вариант местной азбуки. Но я посчитала некрасивым и даже в какой-то степени бесчестным учиться по более «привилегированным» учебникам чем те, которые собираюсь приобрести для обучения детей. Достопочтенный никаких высказываний по поводу моего решения не сделал, но при этом в его глазах мелькнули такие искринки, которых кроме как добринками и назвать нельзя... Однако все это вместе взятое совсем не означало, что книжка должна нравиться. Да еще и получается не шибко хорошо. Бьюсь уже дней десять, а по-прежнему через букву спотыкаюсь. Даже, кажется, английский с его идиотскими правилами чтения, точнее, с их отсутствием, легче шел.

В приступе раздражения я захлопнула книжку, но швырять ее в дальний угол не стала. Все же дни, когда книжки наказывались и ставились в угол, за непонятность, остались в далеком прошлом.

Воспоминания принесли невольную улыбку и чуточку успокоения. Мысли закружились в желании «повторить», но в своем поиске не ушли дальше устроенного нами праздника.

Собственно когда я рассказывала о своих идеях Эшмасу, то совсем не ожидала, что на следующий вечер он мне скажет: «Давай попробуем!» Причем не просто попробуем, а попробуем в ближайший выходной, до которого оставалось всего четыре дня.

Моя ребятня была очень даже не против такой поспешности, хотя несколько смущена слегка названием «Дружба детей и стражников». А вот уважаемый Оржара, которого Эшмас сагитировал подсобить с организационными вопросами, к названию отнесся весьма положительно, поскольку проникся идеей с помощью совместных игр построить мостик доверия между детьми и стражниками. В его отношении чувствовалось что-то личное, однако он этим не делился, а я в душу не лезла. Нам и так нашлось о чем поговорить. В итоге большой двор городской управы не только оказался официально зарезервирован под наше событие, но также очистившись от мусора украсился качелями.

Вторым ценным или лучше сказать бесценным помощником стал Алижек. Собственно я, обращаясь к нему за советом по поводу поиска спонсоров, вовсе не рассчитывала на его активное участие. Тем не менее торговец взял дело в свои руки и через день привел знакомых, стремившихся «помириться» со стражей. В детали стремления я решила не погружаться, удовлетворившись отсутствием жалоб на обеспечение напитками. На закуску были выставлены пироги от бабушки Туси. В принципе изначально хотели закупить их в трактирах, но наша кухарка воспротивилась, заявив, что не потерпит такого унижения. Закупив на выделенные средства продуктов, она собрала команду единомышленниц из жен стражников, и, как результат, столы ломились от выпечки. То есть набегавшаяся детвора, налетев на еду подобно стае саранчи, не смогла все уничтожить за один присест. За второй присест тоже не смогла. Это при том, что наравне с моими питомцами активно работали челюстями дети стражников и гостей. Впрочем, далеко не все из служивых доросли до статуса отца. Да еще нашлись такие, чьи чада проигнорировали праздник, посчитав себя слишком взрослыми для наших забав. В результате детей стражников набралось не больше пятнадцати человек. Гостевой же ребятни набралось меньше десятка, так как мы особо не распространялись о празднике. Собственно я изначально вообще не рассчитывала кого-то звать из посторонних, думая о том, что даже огромный двор городской управы будет слишком тесен для нашей толпы. Но накануне мне стало как-то неудобно перед «Старым Башмаком», а он в свою очередь «шепнул» паре-тройке знакомых. Причем таких, которым не в тягость заплатить за вход цену, сравнимую с обедом не в самом дешевом ресторане. Однако, несмотря на свой ненизкий статус, люди оказались весьма компанейскими. Они легко нашли точки соприкосновения с другими гостями и влились в общие разговоры.

Сам же «Башмак» оказался с сюрпризом. Хитрый старик принес мешочек конфет и давал их только тем детям, которые могли рассказать о ком-то, с кем познакомилось на празднике. Манящие сладости в ярких, по местным меркам, обертках заставляли ребятню ломать барьеры и идти на контакт. Вскорости детвора перемешались на столько, что с трудом можно было понять кто-где. Этому весьма поспособствовали мои дочки, взявшиеся рисовать желающим девочкам цветочки на щеках. Мальчики предпочитали нарисованные усы, подобные тем, что я нарисовала Эшмасу. Достопочтенный уж очень переживал о сохранении своего инкогнито, и успокоился только после того как узрел в зеркале в два кольца завитый ус длинною в полщеки, да еще украшенный цветами и бабочками. Я ему к тому же удлинила брови, посадив на кончики по птичке. Такой вид прекрасно объяснялся гитарой в руках мужчины. А когда он на пару с Лазурью исполнил несколько популярных песен, то вызвал горячее восхищение публики. Особенно женской части. У меня чуть даже приступ ревности не случился... Точнее, случился, но на его пестование элементарно не хватило времени, поскольку моя роль распорядителя-ведущего требовала находиться везде и всюду, причем одновременно. Без меня не организовывались ни «Третий лишний», ни «Музыкальные стулья», ни «перетягивание каната», ни эстафеты.

Нельзя сказать, что меня бросили. Скорей наоборот, все старались помочь в меру сил. Туз давал немного времени отдыха, выступая со своими пантомимами. Зали сподвигла детей на импровизационную постановку «Репки». Эшмас подхватывал проведение конкурсов. Кужтуж-старший следил за порядком среди детворы, а его тезка на пару с приятелем помогали самым младшим участвовать в празднике наравне со всеми. Лазурь же, в перерывах между своими музыкальными выступлениями, то катала детей на своем экспериментальном инвалидном кресле, то позволяла им катать себя.  Правда, за ней по пятам ходил мрачный конструктор-изобретатель данного чуда техники, следя за тем, чтоб ничего не сломалось и ничто не опрокинулась. Но его хмурое лицо никому не испортило праздника.



Эсфирь Серебрянская

Отредактировано: 11.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться