Сон о принце (части 3 и 4)

Размер шрифта: - +

Глава CXXIII

Полноценно окунуться в проблемы дня не получалось. Мысли как почтовые голуби упорно возвращались к Эшмасу. Иногда ради разнообразия к Эсе, но только в контексте поиска «выкупа» за возможность от него уйти. Однако все варианты стабильно утыкались в реакцию любимого на Черное Солнце. Осознание, что он вполне может поставить интересы Сердца Мира выше личных, наполняло меня гордостью и печалью. А еще раздражением, поскольку мне начинало казаться, никакого выхода из замкнутого круга не будет. Именно в этот момент хозяин книжной лавки решил втюхать «дурной дикарке» какой-то справочник вместо учебника по математике... В итоге городской фольклор обогатился историей о богине разбивающей головы обманщикам. А я всего-то запустила этим справочником поседевшему от страха торгашу в физиономию.

 Правда, задержавшийся после математики Журжа, пересказывая мне новости, пояснил, что к концу дня эта книжная лавка обрела бешенную популярность, поскольку табуны любопытствующих захотели поглазеть на место явления богини. Тем более, что там продавцы стали очень-очень вежливы и выставляют весьма скромные цены. Видимо поэтому богиню видели еще в трех магазинах, куда тоже повалил народ.

 – Каждый верит, во что хочет, – прокомментировала я новости.

 – И идет своей дорогой, – добавил Журжа.

Произнесенный слова подобно легкому ветерку унеслись в глубины памяти, где скользнули вдоль неведомого колокольчика, родив не звук, а скорее отзвук.

 – Это какая-то известная фраза? – поинтересовалась я.

 – Это цитата из песни...

 – Которую написал Потерянный?

 – Потерявший

 – А откуда ты о нем знаешь?

Журжа пожал плечами:

 – Да все о нем знают. В открытых кафе часто записи крутят для привлечения народа. И музыканты уличные любят его песни исполнять. Те же магазины музыкальные включают погромче...

 – Понятно все. И не хочешь, а узнаешь, – резюмировала я.

 – Ну почему «не хочешь»? – почти обиделся парнишка.

 – Да это фраза такая: даже если не пытаешься узнать, то все равно узнаешь, – и тут же постаралась вернуться к изначальной теме, отвлекаясь от Эшмаса, – так какие еще новости?

 – Мы с ребятами посчитали, что богине не очень понравится, если каждый второй торговец будет трепать ее имя для увеличения прибылей и поэтому сгоняли до этих мест и честно предупредили о реальной возможности познакомиться с недовольной богиней.

 – И что вас послушались?

 – Нет, конечно. Но задумались, когда узнали, что провинившийся торговец сейчас сидит в кресле и тупо накачивается сердечными каплями. Однако для прочищения мозгов неверующих весьма желательно если б кто-нибудь из них испытал на себе гнев...

Я хмыкнула:

 – Журжа, а не слишком ли это жирно для какого-то мелкого лавочника, чтоб богиня ходила к нему лично?

Вопрос попал в благодатную почву, породив тяжелый вздох с последующим признанием:

 – Жирновато будет.

 – Значит, молиться богини с просьбой, побегать по лавкам, нам ненужно, – резюмировала я, вызвав скептически неодобрительный взгляд. Мол, какие моления, если и так всем хорошо известно, кто подвизается в роли Черного Солнца. Однако вслух мальчишка заговорил не об этом:

 – И все же не наказывать неправильно. Подумают, что сошло с рук, так рот еще больше раззявят.

 – В принципе ты, конечно, прав, – согласилась я, – и этих товарищей стоило стукнуть по больному месту.

 – По какому больному? – озадачено спросил Журжа, – они что, все больные?

Я невольно усмехнулась:

 – У меня на родине «больным местом» нередко называется что-то к чему человек очень-очень чувствителен. Так вот они все торговцы, поэтому весьма чувствительны...

 – К деньгам! – воодушевленно воскликнул паренек, и тут же добавил, – правда я к ним тоже весьма чувствителен.

Вы по-разному чувствительны, – я оперлась спиной на спинку стула, словно выбрала опору для объяснения, – когда ты говоришь о себе, то думаешь о наличии денег в кармане. При разговоре о торговце речь идет о заработке на продаже товара. То есть о прибыли.

 – И в чем разница? Мы же оба думаем, чтоб стать богаче.

 – Разница в том, что ты хочешь больше денег для жизни, а он для нового оборота капитала. Для него главное – разница между сколько вложил и сколько получил.

 – Чтоб увеличить деньги для новой закупки, – продемонстрировал Журжи свое понимание.

 – Не только. Для многих торговля – это своего рода игра, в которой деньги выполняют роль приза. Один купец купил горшков на десять монет, а после продажи получил пятнадцать, другой на закупки тарелок потратил пятнадцать, а продал их за двадцать. Кто лучший? Второй в итоге на руках имеет больше монет, но каждая из его монеток заработала только треть монетки, а у первого монеток меньше, но зато каждая его монетка принесла по полмонете. Понимаешь?

 – Нет, – честно признался Журжа, – я не понимаю, как вы так быстро насчитали заработанные кусочки на каждую монетку.

 – Э-э... – вынужденно притормозила я с объяснениями, а затем ушла от ответа, – знаешь мы на уроке скоро это будем проходить. Сейчас важно другое понять: это своего рода игра: сначала за дешево найти интересный товар, а потом продать. Ведь у многих доход уже достаточен для весьма безбедной жизни. Но важен процесс. Получаемые же в итоге деньги – для многих это скорей очки для определения победителя.



Эсфирь Серебрянская

Отредактировано: 11.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться