Сон о принце (части 3 и 4)

Глава XLII

Глава XLII 

Сначала все бегали и орали. Потом стали скапливаться и орать. Затем очнулась «подстилка». Грубо спихнув меня на пол, он поднялся на ноги, увидел кровавое пятно ниже пояса и, выдав нечто супер эмоционально громкое, поспешно задрал килт. Народ развеселился. Однако нашлись те, кому шоу не понравилось. Особенно когда этот герой потянул к себе настольную лампу для улучшения качества осмотра. Я же лежала практически под столом и тихо обалдевала от того, что понимаю бороздящие воздух переругивания...

Конечно, многое проходило мимо и «синхронный перевод» частенько скакал с пятого на десятое. Но понималось! Словно постучал кто-то волшебной палочкой по темени и вбил знания. Вчера еще ни бэ, ни мэ, ни кукареку, а сегодня связная речь. Просто фантастика какая-то. Чудо! И невольно проскакивала мысль: « Эх, если б мне в школьные годы такое!» Ведь как мучилась с «the English», вспоминать тошно. А так бы...

Мечта в сослагательном наклонении поманила меня, отодвинув шум толпы на второй план. Переругивания «ласкали» слух, но перед глазами разворачивались иные далекие от реальности действия.

«Почти как в астрале», - мелькнула невольная ассоциация, и хрупкая утопия осыпалась осколками, оставив весьма правдоподобное объяснение. Взять, к примеру, «подслушанный» в морге разговор. Я хоть и лежала неподвижно, но слух работал. Звуки фиксировал. А сознание в спец астральном режиме их смысл понимало. Прям, погружение в среду получилось. Соответственно чем больше вокруг меня говорили... А наверняка говорили много, поскольку многократно оживающие девицы должны стать гвоздем сезона для скучающих больных. Да и любопытствующих врачей наверно немало приходило. И абсолютно посторонние наверно приходили поглазеть на диковинку. И все эти посетители разговоры разговаривали, а я в них погружалась как огурец в рассол. Тут, хочешь - не хочешь, а языком просолишься.

Звучит, конечно, невероятно, но с другой стороны мало чего невероятного случается в мире. Ни Мессинга, ни Вангу наука объяснить не смогла. А ведь помимо них еще ходило куча неопровергнутых историй о паранормальных происшествиях. Я сама Валерке в больницу таскала журналы, в которых печатали истории из серии очевидное-невероятное. Особой популярностью там пользовались сюжеты, связанные с клинической смертью...

«Опять ее сюда приволокли?» - удивленно-возмущенно воскликнул смотритель морга.

Я оттерла со лба внезапно выступивший холодный пот.

Получается... Я... уме...

Не выговорилось. Мозг от внезапного испуга так опустел, что не выговорилось. Только задышалось тяжело. И виски сдавило... А потом яркой вспышкой: «Бред! Определенно бред!»

И опять пустота, только по барабанным перепонкам бьет неистовая ругань собравшихся.

Но мне не до нее. В голове рассуждения на тему смерти пускаются в новое кружение. Я старюсь отстраниться от их хоровода, но они не отпускают и цепляют, цепляют. А мне не верится. Не верится. Не воспринимается. И ищу защиту в рациональности. Ведь если состояние «астрала» случалось у меня на регулярной основе, причем рядом «тусовались» как бы врачующие личности, то почему ни какой суматохи типа «Мы ее теряем!» ни разу не наблюдалось. Значит, не умирала... Или врачи хреновые. Сдохнешь, и не заметят. Скорей все же второе: направляли же они мою тушку в морг, не замечая, что живая... Или наоборот направляли, потому что действительно умерла?..

Но если умерла, то тогда не понятно с чего вдруг ожила? Не могло же оно все просто так вернуться на круги своя. Иначе какой-то «вспомнил, как дышать и дальше пошел» получается. Не бывает так. Определенно не бывает. Всему должна быть причина. Что-то случилось или кто-то...

ВАЛЕРКА!

Мой попугайчик-Валерка, не дававший ускользнуть из тела. Мой рыцарь в стальном оперении, защищавший от болезни и смерти. Мой паладин, уже жертвовавший собой в подземном зале. Мой друг...

До думать не получилось: реальность в виде четырех здоровых башмаков мгновенно отвлекла от возвышенности. Парочка ругающихся, став парочкой дерущихся, невзирая на мебель, чуть было не растоптали валяющуюся меня. Не растоптали, но запнулись. Сцепившиеся бугаи налетели на стол, который сделал попытку от них сбежать. Внезапно оказавшись между молотом и наковальней, я на крыльях впрыснутого испугом адреналина на четвереньках рванула следом за своим укрытием. Однако не успела - на меня наступили. Взвизгнув, выдернула свою, конечность, стараясь забраться «поглубже» под стол. Двухтушная башня покачнулась и обрушилась на многострадальную мебель. Стол «крякнул», но выдержал, а рядом со мной, исключением из закона бутерброда, упала тарелка с тортиком. Судьба вновь свела нас вместе. Желудок радостно согласился.

***

К появлению на сцене, местной полиции, лично я отнеслась совершенно равнодушно. Мне слишком сильно хотелось пить и спать, чтоб обращать на что-то еще. Кстати, спать хотелось сильнее. Наверно поэтому я пыталась пристроить чисто вылизанную тарелку под голову и свернуться эмбриончиком. Не дали. Да еще из-под стола вытащили. Не сумев поставить на ноги, усадили на стул, снабдили водой, пытаясь что-то выяснить... Но здоровый сон был привлекательнее и я отключилась.

***

Туман осел на лицо водяной пылью, полностью лишив сон комфортабельности. Я открыла глаза и уставилась в зависшую надо мной мрачную физиономию. Мужик лет сорока буравил меня своими блекло-серыми глазами.

 - Проснулась? - не то констатировал, не то спросил он, пахнув кислым раздражением, и, не дожидаясь ответа, обрушил на меня злобно журчащий словопад, демонстрируя несовершенство моего языкознания.

 - Э-э? - срезюмировала я свое понимание.

 - Ты чур-жур дикарская по-человечески жур-жур? Понимаешь?