Соннасарнова. Дуат

Глава 19 (37). Одной ногой в гробу

Articulo mortis

Фира с громким криком подскочил с земли и обнаружил, что сидит в поле асфоделей, рядом спят мертвая девочка и Тейн. Он вскочил на ноги и прошел несколько шагов, пытаясь избавиться от наваждения. Сон все еще казался очень ярким, и вскоре он понял, почему: по шее, в которую впились клыки ошейника, все так же текла кровь. Кэйн ощутил свою полную беспомощность, на глаза против воли навернулись слезы. Он почувствовал, как они потекли по щекам.

Тейн, почувствовавший его пробуждение, лениво зевнул и, потянувшись, сел.

- Фира? – позвал он человека, стоящего к нему спиной. – Можешь идти дальше?

Фира быстрым движением смахнул слезы и обернулся к Тейну.

- Да, - произнес он. – Ты же видишь, как бегаю.

Взгляд повелителя теней оценивающе скользнул по лицу Фиры, ниже, и остановился на подтеках крови на шее, стекающих из-под блокиратора.

- Нам лучше поторопиться, - добавил он.

Про себя он отдельно отметил, что не стоило так быстро уходить из трактира, где оставалось слишком много недобитой дряни, причастной к происшедшему с Кэйном.

Фира молча посмотрел на него. Он был немного удивлен и благодарен, что Тейн не стал донимать его вопросами типа: «Фира, с тобой все нормально?», «Как ты себя чувствуешь?» и тому подобной ерундой. А возможно, он выглядел настолько откровенно «не очень», что все вопросы были излишни, ведь даже словоохотливая девочка молча уставилась на него, не произнося ни слова.

Не тратя время на дальнейшие разговоры, они двинулись к Дуату.

Они шли уже довольно долго. Равнинный пейзаж сменился холмами. Холмы поднимались все выше, становились все круче, пока наконец не превратились в скалы. Черные обсидиановые стены, перемежавшиеся острейшими пиками, окружили путников. На зеркально-черной поверхности тут и там сверкали россыпи сапфиров, чей синий огонь таинственно мерцал, словно манящие блуждающие огоньки. Непроницаемо-черное небо над ними, казалось, впитывало в себя все сияние огромной, почти в половину неба, луны.

Тейн шел быстрыми шагами впереди, то и дело оборачиваясь, чтобы убедиться, что Фира все так же следует за ним. Он торопился как можно быстрее достигнуть цели, и, в то же время, он опасался, хватит ли у Фиры сил – ведь человек и без того был измучен. Всю дорогу повелитель теней упорно отгонял от себя мысли: «А что, если?.. А что, если они не успеют? А что, если Фира не выдержит такой нагрузки? А что, если Тейн не сможет вытащить его из Дуата? А что, если снять ошейник не получится?». Алкайдэ изо всех сил старался не думать об этом, но чем сильнее он старался, тем настойчивее становились нежеланные мысли. На какой-то миг ему представилось лицо Фиры – парализованное, безжизненное. Маска. От одного этого видения у повелителя теней по спине пробежал холодок, а сердце словно сдавили чьи-то жесткие щупальца. Тейн только ускорил шаг и тревожно обернулся в очередной раз посмотреть, как там Фира.

Кэйн шел, низко склонив голову. Он уже давно «включил автопилот», передвигая ноги лишь на одной силе воли. Понимал, что не имеет права жаловаться. Только он был виноват в той ситуации, в которой они сейчас оказались. Если бы только он не был столь самонадеян, если бы вообще остался дома, а не поспешил в Навь со своей «превеликой помощью», все бы уже давно закончилось. Тейн бы давно вернулся в Явь, справившись со всеми недоброжелателями. Теперь же… Теперь же мало того, что Кэйн сам себя подвергает смертельной опасности и испытанию, которое, казалось, он уже скоро провалит, так из-за него и Тейн стоит на грани. Что будет, когда они достигнут Дуата? Что предпримет просчитавший все Агварес? Фира не чувствовал в себе ни малейших сил на сопротивление. Он устал и был измотан, и все, о чем он мог думать, – это сжимающаяся удавка на его шее.

Волна боли снова накрыла все его тело – прошел очередной час и блокиратор впился в шею. Кэйн вскрикнул и упал на колени, но тут же поднялся и, пошатываясь, пошел дальше. Перед глазами все расплылось в причудливую смесь реальности и видений. Алая долина запекшейся крови, багряный цветок на тонком стебле, покачивающиеся на ветру лепестки. Это было непонятное, но упрямое видение, не желающее оставить его в покое.

Когда Алкайдэ обернулся снова, Фира все так же шел позади. Он был совершенно измотан, и его немного пошатывало. Тейн уже почти решил наплевать на всю их конспирацию и воспользоваться тенями, как тропка обогнула очередную отвесно вздымавшуюся обсидиановую глыбу и его взору предстали очертания величественного замка, гордо вздымающего свои резные башни вверх, почти касаясь шпилями непомерно огромной луны.

Сомнений быть не могло – вдали красовался Дуат.

- Мы почти пришли, - Тейн обернулся к чуть отставшему человеку, чтобы приободрить его близостью цели.

Фира поднял на него взгляд. Он уловил его слова несколько отстраненно, и сил на внешнее проявление радости не нашел.

- Может, подождешь здесь моего возвращения?

- Нет. – Фира упрямо покачал головой.

Он не мог остаться в стороне. Зная, что ждет Тейна впереди, он не мог просто отпустить его одного, хоть и понимал, насколько мизерной может быть его помощь. Нет, не помощь. Он был и остается обузой, загнанной в капкан чувств. Он знает, что является обузой, но и исчезнуть не может. Ведь Тейн не смирится с тем фактом, что он исчез, хоть это для него было бы и лучше. Все слишком далеко зашло.