Соприкосновение

Размер шрифта: - +

6

— У вас всё в порядке, Антон? — созвучно Кате, едва увидев меня, поинтересовалась она. Я кивнул и тут же замер, увидев в стекле отражение взъерошенного мужчины в мятом костюме

— Мы пойдём с чёрного хода, а потому заезжайте во двор, — не в силах унять дрожащие от волнения руки, указал я на проход между зданиями. Она заколебалась, но лишь на мгновение, а когда я сообщил, что у нас осталось всего четверть часа, её глаза удивленно расширились.

Когда мы зашли, скрывшись от начинавшегося ливня, в мой до неузнаваемости захламлённый внутренностями шкафа кабинет, зрачки Тиамат расширились ещё раз, вот только очнувшийся телефон не оставил времени на оправдания:

— Да, Маша, то есть, Мария Видова, — ответил я, почувствовав, что Тиамат вздрогнула за моей спиной. — Вы уже здесь? Отлично, я сейчас встречу. — И уже Елене: — Она звонила мне утром, договорилась о встрече, предложила сделку. Нужно, чтобы вы сами все увидели и услышали, иначе не поверите. Так что, пожалуйста, поскорее, — я подтолкнул её к шкафу и, раскрыв дверцу, предложил занять место на заготовленном троне. Она возмутилась, в самом деле, за кого я ее принимаю, в ответ я усилил напор, подталкивая Тиамат внутрь.

— Иначе вы никогда не узнаете правды, садитесь, прошу, потом будете решать: казнить меня или миловать. — Тиамат растерянно огляделась, а потом всё же сделала робкий шаг вперёд. — Только не выдавайте себя раньше времени. — Я приложил указательный палец к губам, захлопнул дверцу и поспешил наружу.

Проливной дождь холодом обдал разгорячённое лицо. Прибывшая раньше времени Маша, подбирая подол длинной, цветастой, точно у цыганки юбки, уже поднималась по ступенькам крыльца. Из-под тонкой косынки, причудливо завязанной на голове, выбивались длинные смоляные локоны. Безжалостно набеленное лицо с мелкими чертами под бронёй тяжелого макияжа, серьги кольцами, с нанизанными на них монетами, позвякивали у тонкой шеи; картину дополнял серый деловой пиджак в талию и палево-оранжевый шелковый шарф, небрежно наброшенный на узкие плечи. Папка на молнии цепко зажата под локотком:

— Вы Антон? — деловито поинтересовалась Маша, внимательно разглядывая меня, не замечая протянутую для приветствия руку. И что Лена в нём нашла, чистый ботаник, — бегущей строкой пронеслось в её глазах. — У вас найдется уголок, где можно поговорить без свидетелей?

— Да, конечно. А я вас сразу узнал, проходите. Только не пугайтесь, у нас тут бардак, сами понимаете, переезжаем.

Едва мы зашли в коридор аромат пряных духов настырно защекотал ноздри.

Я довёл гостью до таблички с моим именем и остановился, боясь толкнуть дверь: если Тиамат вышла из укрытия, всё будет кончено прямо сейчас… Ох, никого…

— Вот, Маша, это мой кабинет, проходите, присаживайтесь, здесь нам никто не помешает, — нарочито громко я пригласил замешкавшуюся на входе, будто и впрямь почуявшую засаду, гостью. — Признаюсь, времени у меня совсем немного, а потому давайте сразу перейдём к сути вопроса.

Она кивнула, но не стала садиться сразу, еще некоторое время изучала обстановку в кабинете, затем подошла к окну и только после этого, будто окончательно решившись, опустилась на предложенный стул, нарочно повёрнутый к шкафу спиной. И тотчас, как я и просил, перешла к делу, с такой скоростью, что я даже не сразу ее понял:

— Полагаю, сорок процентов вас устроит?

— Вы решили меня ограбить? — заметив, как едва заметно подвинулась занавеска на дверце, я сделал страдальческую гримасу. — Вы ведь только уговаривать Елену будете, а бегать по лабораториям, исполняя роль донора, придётся мне.

— Если она вас не выберет, вам вообще никуда не придется бегать.

— Это понятно, но хотя бы половину суммы, а то обидно, честное слово, — мы встретились глазами, я поежился, её цепкий взгляд, точно мощный сканер, против моей воли проникал внутрь черепной коробки, выискивал потаенные мыслишки и тотчас подвергал тщательному анализу. Я выдерживал его несколько длинных секунд, пока она не кивнула.

— Хорошо, пусть будет половина, вот договор, — выуживая из папки отпечатанный лист бумаги, уже снабжённый печатью нотариуса (когда успела?), улыбнулась Маша. — Сумму проставьте сами, подпишете здесь и здесь. После чего согласие Лены я вам гарантирую.

— Лена говорила, — делая вид, что углубился в изучение договора, невинным тоном добавил я, — будто вы обещали ей, что ребёнок будет от её погибшего мужа. Неужели магия дошла до подобных высот? Нет, я серьёзно спрашиваю. Я же генетик, скажите, вы действительно в силах изменить ДНК зародыша?

Снова тишина. Тот же взгляд, колкий, недоверчивый. На сей раз я надежно отгородился от него листом «нулевки», не видя текста, замечая только, как потеют пальцы, оставляя следы на плотной бумаге.

— Нет, конечно, — коротко ответила Маша и продолжила деловитым тоном. — Мы ведь с вами теперь партнёры. Согласитесь, ни вам, ни мне совершенно не важно, чей ребёнок родится на самом деле. Главное то, во что верит клиент, Елена, в данном случае.

— А если ребёнок будет слишком похож на меня, она не усомнится?

— Человек видит только то, что хочет видеть, надеюсь, спорить с этим вы не станете. Даже будь он вашей точной копией, Лена всё равно найдёт у него Мишины глаза, губы или неважно, что еще, сама найдёт, без подсказок. Главное, все будут довольны. Кстати, вы, как учёный, можете со своей стороны поспособствовать. Скажите, например: случаи подобного изменения ДНК имели место быть, наука до сих пор не разобралась, как такое происходит, а потому факты не просачивались в печать. Если мы с вами будем работать сообща, от этого выиграют все: вы, я и наша клиентка.



Анна Райнова, Кирилл Берендеев

Отредактировано: 08.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться