Сожженная тобой

3.8. Понять себя

Ассандр разъяренный ворвался в ее комнату на следующее утро после возвращения в загородный дом и чуть не сжег его дотла. С заплаканными глазами после тяжелой бессонной ночи Милана с трудом понимала, в чем он ее обвинял. Ответ был прост – на руке Ассандра исчезла вязь, оставленная огненным кольцом, и он сделал вывод, Милана изменила ему с драконом.

Принцесса с трудом могла поверить в то, что не ослышалась, но вязи на руке действительно не было, как и сил доказывать Ассандру, что все его выводы безосновательны. Милана упала на подушку и закрыла глаза руками. Все эти обвинения казались ей настолько нелепыми, но именно они подогревали его ревность, которая сейчас была просто смертельно опасной. Обвинения Ассандра отравляли все то хорошее, что было между ними, заставляя Милану оправдываться в очередной раз.

– Возможно, она исчезла из-за пожара или тогда, когда ты погиб в огне, или действительно дракон повлиял на нее. Я не знаю причины, почему на твоей руке она исчезла, а на моей - нет. Я не совершала ничего, в чем ты меня упрекаешь. Прошу тебя, умерь свой гнев – от него могут пострадать невинные люди.

Ассандр, хлопнув дверью, покинул ее комнату, но поверил ли? Милана не была уверена в этом. Ей сейчас до боли захотелось, чтобы хотя бы одно из обвинений Ассандра было правдой, возможно, тогда бы ее покинуло это давящее чувство, будто ее жизнь рухнула в пропасть.

– Девочка моя, – Энна прикоснулась к ее волосам, – попробуй его понять. Он просто сильно тебя любит, а ревнует еще больше. Наберись терпения.

Любит? Разве такой должна быть любовь? Режущей по живому, когда еще не все раны зажили?

Ревнует? Это точно, и ее пугает эта ревность, даже сам Ассандр пугает.

Понять? А кто поймет, как ей больно сейчас? Кто подарит это терпение, когда хочется выть от отчаяния и безнадежности?

Милана не знала ответов на эти вопросы. Ей до сих пор казалось, что она видит кровь на своих руках и то, как угасает жизнь в его золотых глазах. Дракон вернул ей то, что нечаянно забрал, но хотела ли она этого возвращения? Конечно, хотела! Но чем больше Милана думала об этом, тем острее понимала, что не смогла бы добровольно вычеркнуть дракона из своей жизни.

– Как ты думаешь, почему исчезла вязь на его руке? – Милана села на кровати и взяла Энну за руку.

– Милая, если все действительно так, как ты мне рассказала сегодня ночью, у меня может быть только одна догадка, только ты не волнуйся сильно, – Энна посмотрела на Милану, секунду колеблясь, говорить ей или не стоит. – Кольцо связало тебя не с Ассандром, а с драконом.

Милана в ужасе смотрела на свою няню, пытаясь понять, о чем она говорит.

– Ты же сама говорила мне, что Рорри загадала желание и отдала свои крылья, чтобы они с Иштаром встретились. Вот они, то есть вы, и встретились, травы, как смогли, исполнили ее волю. Кольцо – порождение огня. Как ты думаешь, кому оно больше подчинится: Ассандру или тысячелетнему огненному дракону? – Энна смотрела на Милану, а та, казалось, забыла, как дышать. – Только одним богам известно, на кого укажет их перст, но если судьбой было предначертано то, что дракон займет, хоть и на время, место Ассандра, не удивительно, что огненное кольцо признало тебя его парой. Вот и получилось, что Рорри и Иштар нашли друг друга через века, чтобы опять потерять. Так бывает, девочка моя. Не у каждой сказки счастливый конец. Отдыхай, а я посмотрю, чтобы Ассандр бед не натворил.

Милана легла на подушки, не отводя взгляда от рисунка на своей руке. Иштар же тогда в лесу ей все показал, а она не увидела, не желала видеть, и он ушел, думая, что так сделает ее счастливой. Дракон, не усомнившись, отдал свою жизнь только за то, чтобы она могла счастливо прожить так, как сама хочет, без вмешательства богов. Эта вязь на руке – свидетельство того, насколько можно быть слепой, не замечая самого важного, и единственное, что у нее осталось от дракона. Милана приложила ладонь к груди – это его последний подарок, чтобы она всегда могла вспомнить его. И она не забудет, такого как Иштар невозможно забыть. Крылья – самое малое, что могла отдать тогда Рорри за короткую встречу с ним.

 

***

 

Ассандр тренировался много и довольно успешно, он словно одержимый хотел как можно быстрее овладеть своей силой. Каждое утро они с Миланой выезжали далеко в лес, где он учился управлять огнем, а она – поддерживала его, но чаще всего удалялась на другую поляну и, в ожидании перерыва на обед, говорила с травами. Нет, спрашивала не о драконе, о нем Милане достаточно было подумать, как ком тут же подступал к горлу, и приходилось сдерживать слезы.

После произошедшего Ассандр изменился, стал более замкнут и молчалив. Милане даже казалось, что он все чаще смотрит на нее с упреком. Ей не хотелось оправдываться, возможно, должна была, но она не чувствовала за собой вины. Это был всего лишь один день ее жизни, а то, что и не Ассандр перед ней был тогда вовсе, она узнала лишь за несколько минут до смерти дракона.

Милана сейчас больше всего на свете хотела забыть Иштара, но именно он научил ее обращаться к травам за воспоминаниями о прошлом. Теперь, даже прикасаясь к цветам, она каждый раз думала о нем. Вот и сейчас, глядя на Ассандра из-за деревьев и ловя на себе его взгляд, она понимала, что постоянно ожидает, что вот-вот и увидит, как его глаза окрасятся золотом. Если бы у нее тогда было больше времени, она бы смогла отпустить дракона, по крайней мере, в это очень хотелось верить.

 

Милана сказала Ассандру, что желает покататься верхом, пока он занимается, и скоро вернется. Она оседлала коня и пустила его вперед по лесной тропинке, которая изгибалась между деревьями. В лесу воздух был освежающе прохладным, несмотря на стоящую полуденную жару. Здесь ей было хорошо и легко – шелест листьев успокаивал, шепот трав отвлекал от дурных мыслей, но ровно до тех пор, пока она не выехала на знакомую поляну.



Оксана Филоненко

Отредактировано: 10.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться