Сожженная тобой

4.8. За гранью

Энна смотрела на Иштара, который третий день провел у кровати Миланы. Дракон осунулся, казалось, он уходит за грань вместе с принцессой. Ее травы не дали желаемого результата.

За все время в этой комнате побывало множество врачей и магов, и все они только разводили руками. Каждый вошедший старался быстрее удалиться, чтобы не навлекать на себя гнев Иштара. Энне даже с трудом верилось, что ее девочка всего несколько дней назад собиралась замуж, а сегодня весь дворец хранит молчание, будто уже провожают несостоявшуюся жену их бывшего короля.

И что толку от того, что Иштар как преданный пес сидит у ее кровати? Чего стоит его любовь, если он не сберег Милану? Не надо было им прилетать в этот дворец. Там, в их королевстве, Милана осталась бы жива, по крайней мере. Энна еще раз взглянула на дракона, свою принцессу и вышла из ее комнаты, столкнувшись в дверях с королем.

Тот выглядел не менее уставшим, чем его брат, будто это его невесту собирались хоронить. Иштар словно почувствовал приход Эйнара и оглянулся.

Под глазами дракона пролегли тени. Желваки на скулах играли, и весь он напрягся, готовый сразиться с целым миром. Только его пальцы поглаживали ладонь Миланы. Он боялся разорвать этот единственный контакт, будто тот позволял ему ощутить, что она еще рядом с ним.

– Что он сказал? – Иштар фактически прорычал вопрос, обращаясь к своему брату.

– Ранкорн говорит, что не причастен к отравлению принцессы. Я верю ему, брат.

– Чему ты веришь? Что он не предлагал нам напитки? Что с Миланой все хорошо или что она сама себя отравила на том балу? – дракон расправил крылья, заставляя занавески в комнате дымиться.

– Успокойся, брат, твой гнев ничего не изменит. Я применил свою силу подчинения, Ранкорн не лжет.

Иштар отвел взгляд. Если король использовал свою власть над советником, и тот ничего не сказал, значит, они зашли в тупик. Нет виновного, нет яда, нет противоядия.

– Она уходит за грань, – король смотрел на принцессу.

– Я знаю, – дракон издал глухой стон и вернулся к кровати. – Оставь меня.

Иштар посмотрел на рисунок дракона на своем запястье, который с каждой минутой становился все бледнее. Он понимал, что еще немного и сам уйдет вслед за своей парой. Тот, кто организовал это, выиграет в любом случае, но дракон уже не успеет никого наказать. Это было ужасно осознавать, что он вырвался из-за грани только для того, чтобы увести Милану за собой. Боль от бессилия разливалась по венам.

– Мы должны разорвать эту связь, – король коснулся плеча брата рукой.

Иштар, не понимая, смотрел на него, пока до него не дошел смысл сказанного Эйнаром.

– Ты хоть знаешь, о чем говоришь? – дракон зашипел на него, прижимая руку с рисунком к груди, будто тот хотел украсть у него саму жизнь. – Такую глупость может сказать только тот, у кого никогда не было пары.

Иштар замер и посмотрел на рисунок, а затем на короля, и на его губах появилась улыбка, которая заставила вздрогнуть Эйнара. Тому хватило секунды, чтобы понять, что задумал Иштар.

– Ты не сделаешь этого, я не позволю, – король отступал к двери, наблюдая, как его брат вновь раскрывает крылья, теперь уже в открытой угрозе.

– Это я не позволю ей уйти за грань, а тебе лучше найти ее убийцу, пока я не сделал этого сам, – он распахнул дверь и выставил брата в коридор. – Убью каждого, кто посмеет хотя бы подойти к этой двери.

Он захлопнул дверь, подперев ее тяжелым комодом. Тоже он сделал и с дверью, выходившей на террасу. Иштар не шутил, любой шорох, любой звук мог помешать тому, на что он решился сейчас. Почему он не вспомнил об этом раньше? Возможно, потому, что почти никто не прибегал к этому способу. Угроза короля разорвать их связь стала именно тем, что ему было необходимо, чтобы понять – еще есть на что надеяться. Дракон лег рядом с Миланой на кровать и взял за руку. Оставалось только верить, что она еще ждет его.

 

***

 

Иштар шел мимо деревьев по тропинке, которую очень хорошо знал. Там впереди была поляна, которую он не видел сотни лет. Дракон ускорил шаг и даже перешел на бег, боясь опоздать. Милана удивленно оглянулась в его сторону, когда он выскочил из зарослей.

– Иштар, – она вздохнула с облегчением, – я думала, в нашем лесу завелся дикий вепрь.

Она подбежала к нему, обняла за шею и поцеловала нежно и очень настойчиво. Он сходил с ума, не веря, что может держать ее в своих объятьях. Все, что было до этого, казалось кошмарным сном, от которого он только что проснулся. Ее губы сводили с ума, а его пальцы скользили по телу, каждый раз вырывая у нее сладкий стон.

Взгляд Миланы был затуманен желанием, такие родные глаза смотрели только на него, и в них он читал ее чувства и наслаждался ими. Иштар коснулся ее щеки, и она потянулась к его ладони, полностью отдаваясь его ласкам. Взгляд скользнул по ее ресницам, губам и остановился на собственном запястье, на котором еще можно было разглядеть рисунок дракона.

Сердце Иштара гулко забилось. Это все мираж, и если они не покинут это место, то станут частью его, затерявшись до нового рождения. Если бы он мог схватить ее и унести отсюда, то сделал бы это немедленно, но он не мог. Милана должна сама понять, где находится. Только так она сможет вернуться.

– Милана, открой глаза, – он легонько потряс ее за плечи, дождавшись, пока она посмотрит на него, – мы должны уходить отсюда, слышишь?

– Нет, нет и нет, – Милана улыбнулась ему и поманила за собой, – я с тобой еще не закончила, мой король.

Ее губы манили, а взгляд обещал многое, Иштар понимал, что опять теряется между вымыслом и реальностью. Он буквально заставлял смотреть себя на запястье, чтобы не забыть, чтобы помнить, зачем он здесь.



Оксана Филоненко

Отредактировано: 10.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться