Спаси меня

Размер шрифта: - +

Глава 29

Кругом был песок. Черный, подвижный песок. Он темными волнами ударялся о пороги и фундаменты порушенных зданий, гадкими щупальцами полз по стенам, цеплялся за трещины и сколы, точно гигантский спрут за корабль. Высокие кирпичные дома жалобно скрипели, а скверна их медленно пожирала.

Клумбы с цветами темнели от соприкосновения со тьмой, будто их сжигало невидимое пламя. Деревья гнулись под тяжестью черных пут, что плетью увивали ветви и отравляли зелень листвы. Весь город рыдал, стонал, молил о помощи, пока скверна, точно чумной червь, стремительно его пожирала.

Я шла по зыбкому черному океану. Медлить нельзя. Если остановлюсь хоть на секунду, то непременно погибну, как и все здесь живое. Стоило лишь на мгновение замедлиться, как ноги мгновенно вязли в песке, и тот щупальцами полз по штанинам, надеясь и меня пожрать вместе с городом.

Но куда я иду? Зачем? И как тут оказалась?

С тихим шорохом, отдаленно похожим на морской прибой, волна песка в очередной раз накрыла мои ступни. Я поморщилась, когда еще больше черных нитей обвило ступни, но смогла оторвать ногу и сделать шаг. Скорее бы найти безопасное место и немного передохнуть, борьба со скверной слишком выматывает. Только вокруг сплошь чернота, и куда ни глянь – обломки, разруха, гниение и песок.

 «Алиса, – услышала тихий женский голос. – Сюда!»

Я обернулась, но никого не увидела. Город по-прежнему пуст и почти мертв, так что мне наверняка показалось. Но я все равно с трудом подняла ногу и сделала шаг туда, откуда якобы послышался этот голос.

- «Поспеши! – будто в награду за мое упрямство повторила женщина. – Иди сюда!»

Я поторопилась, а песок пуще прежнего начал за меня цепляться. Идти стало намного тяжелее, так еще сон совсем не казался сном, а жуткой реальностью. Страх оказаться навсегда погребенной под толщей проклятого океана клокотал в груди.

Впереди жалобно застонало дерево. Беспощадные щупальца совсем его согнули, а нижние ветки намертво пригвоздило к земле. Но вдруг одна ветвь все же оторвалась и точно катапульта швырнула в меня пригоршню песка, который, словно змей, начал извиваться в складках одежды.

- Нет! – завизжала я и попыталась стряхнуть песок.

Почуяв живую плоть, он обвился вокруг пальцев. Черные черви поползли по ладони, запястью и впились в синюю дорожку вены, пролив мою кровь. И пока эта дрянь не заползла под кожу, я быстро стянула парку, вытерла об нее руки и кинула на землю. Она мгновенно потонула в черных волнах смерти. А я дернулась, чтобы побежать и поняла, что не могу.

Шаг! Нужно сделать всего один шаг… Хотя бы один шаг, но не получается.

Ноги сдавили крепкие путы. Они доползли до колен. Сжали икры. Пытались пробраться сквозь ткань штанов. Тянули к земле и ползли выше.

Я почувствовала себя одной из плененных деревьев, кроны которых склонились под тягой черного песка. Но я не сдамся. Ни за что не сдамся! В отличие от них я могу двигаться и буду сопротивляться прожорливой тьме.

- Помогите!

Я обхватила руками ногу и дернула ее, пытаясь высвободиться из песочной трясины.

Еще раз.

Потом еще.

И еще!

Но ничего не получалось. С каждым рывком силы меня покидали, и на их место приходила слабость.

– Кто-нибудь! – прокричала я. - Помогите!

 

 

 

 

 

Веревки песка добрались до пояса и сдавили живот. Появилась тошнота. Дышать стало тяжелее, а кровь из вены горячила ладонь и капала в пасть монстра под ногами, что мгновенно ее проглатывал и шевелился в ожидании, когда же ему достанется еще.

Черные щупальца нетерпеливо ерзали в складках одежды, как дева гладит пальчиками бордовое яблоко прежде, чем откусить от него кусочек. Ноги подогнулись. Предательская дрожь бессилия пробежалась по телу, когда тяга «черного спрута» стала невыносимой, и я сдалась – упала на колени.

Плечи, грудь, руки, запястья – все мгновенно опутали проклятые плети и распяли меня перед ликом самой тьмы. Песчинки забирались под одежду, сдавливали, царапали, впивались в плоть и шевелились под кожей. Мешали вдохнуть. А когда я попыталась закричать, скверна скользнула по шее и наполнила мой рот.

Холод. Мертвым потоком он струился по горлу, забирался в легкие, желудок и медленно замораживал сердце с кровью. Лишь слезы оставались горячими и напоминали мне, что я все еще жива.

Свет померк. И отныне в моей жизни остались только тьма, боль да шорох, что походил на шуршание морских волн о песчаный берег. Но вдруг…

- Пошли прочь!

Яростный крик женщины разорвал монотонный шорох песка, но я побоялась открыть глаза и взглянуть на нее, потому что песок сразу их ранит.

- Я сказала... Прочь!

Вспышка. Она ослепила даже сквозь закрытые веки. Холодные щупальца прекратили меня стягивать, и скверна ринулась прочь, очертив ровный круг.

Кашель обжег мое раненое горло, пока выплевывала остатки песка и скверны. На языке смешался солоноватый привкус с горечью, а руки, живот и шея саднили от мелких ранок – красных точек, откуда струились тоненькие ручейки черно-алой крови.

По телу забегали волны жара и холода. Дрожь, боль и страх скрючивали конечности, а пальцы судорожно сжимали сухую, похожую на пыль, землю. Агония меня уничтожала, и под ее гнетом я боялась посмотреть на источник света, который мерцал совсем близко. Только протянуть руку… Но вдруг моей щеки коснулись.

Теплые, нежные пальцы осторожно погладили израненную кожу, и я робко подняла затуманенный слезами взор. Яркий белый свет мерцал и обрисовысал стройный силуэт женщины. Лица я не видела, а она осторожно прижала меня к себе, согревая и очищая от тьмы. Остатки скверны покидали меня вместе с надрывным кашлем, тошнотой, что подкатывала к горлу, и я выплевывала, выплевывала и выплевывала ех, чувствуя, как горький песок скрипит на зубах.



Рона Аск

Отредактировано: 14.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться