Спасти Золотого Дракона - 2,3,4

Глава 16

Помещение, в котором очнулись валинкарцы, оказалось весьма просторным. Кроме того, недлы не потрудились обездвижить пленников или хотя бы как-то ограничить возможность их передвижения. Руки и ноги были свободны, и если бы не наливающиеся болью ушибы и решётка, преграждающая единственный выход, можно было подумать, что недлы просто выбросили валинкарцев. Но нет. Они были в плену.

Маг закрыл глаза, пытаясь справиться с головокружением и нудной болью в теле.

- Ты как? – заботливо спросил подошедший Феронд и дотронулся до плеча лежащего на спине брата.

- Жив, - ответил Лайгон, поскольку не знал, что ещё сказать, чтобы и не врать, но и не говорить, что ему плохо.

Гринор отчаянно цеплялся за решётку и изо всех сил тряс её, но прутья были прочны и совершенно не гибки.

К тому времени, как маг поднялся на ноги, Гринор уже сидел, прислонившись спиной к решётке, и испепелял Лайгона взглядом, словно это он был во всём виноват. Маг оглядел своих товарищей, благо тусклый свет, льющийся откуда-то сверху, позволял разглядеть их лица. Надменный злой Гринор и встревоженный не менее злой Феронд. Отличная компания для мага, который всё ещё надеялся понять, зачем их поймали, но выяснить это, казалось, хотел он один.

В камере валялись расколотые статуи, уничтоженные, забытые. На них явно выместили зло, поскольку лица были изуродованы так, что превратились в подобие неотёсанных участков камня.

- Это недлы, - сказал Лайгон, проводя ладонью по холодной вытесанной бороде, спускающейся с обезображенного лица и заканчивающейся сколом. – Они разрушили статуи своих предков…

- И заперли нас именно здесь, - заметил Феронд. – Они на что-то хотят намекнуть?

- Понятия не имею, - ответил Лайгон.

- Так думай, - буркнул ему Гринор. – Ты же не зря читал книжки. От твоих историй пока нет толку. Мы в пещере и за решёткой. Попробуй использовать свои знания с пользой!

Маг огляделся вокруг. Стены высокие, потолок тёмный, что и не разглядеть, где он вообще есть. Ореливиевые вставки были в стенах повсюду. И тусклый свет из щели где-то под потолком. Все трое пленников завороженно глядели на неё. Выход. Далёкий, плохо доступный, но всё же выход. Щель выглядела вполне подходящей для побега. Оставалось лишь добраться до неё.

- Помогите мне, - сказал Феронд, отыскивая взглядом самый небольшой осколок статуи. – Если удастся передвинуть его, и двое из нас встанут друг другу на плечи, то один сможет бежать!

- А оставшиеся двое? – спросил Лайгон.

Гринор с укором посмотрел на него:

- Если бы ты хоть иногда посещал состязания, то знал бы, что такое работа в команде. Если из троих удастся выбраться одному, он поможет оставшимся двум, а если не сможет помочь – то приведёт помощь. Ты привык быть один, Лайгон, но сейчас нужно объединиться, чтобы выиграть.

- Выиграть? – переспросил маг. – Это не игра, Гринор! Это жизнь, это реальность, это плен. Каждый хочет выбраться отсюда. Как мы решим, кто будет тем одним, который выберется первым?

Феронд вздохнул и положил ладонь на плечо мага:

- Гринор прав, Лайгон. Мы должны работать сообща. И, знаешь, я готов остаться здесь и подождать помощи. Пусть выбирается кто-то из вас.

- Я останусь с Ферондом, - заявил Гринор. – Мы с ним отличная команда… А ты иди, Лайгон. Ты же так не хочешь оставаться в этой пещере… А мы подождём.

Маг посмотрел на брата, ожидая его комментариев, но тот молчал. И Гринор продолжил:

- Только, знаешь, лично я не уверен, что ты сможешь нас вытащить. Помню, как ты ловко перемещаешься в горах. Не факт, что ты доберёшься до дворца, пока нас тут не убьют.

- Пусть идёт Феронд! – предложил маг, но брат отрицательно помотал головой, упрямо заявив:

- Нет. Я останусь здесь с одним из вас.

Лайгон посмотрел на него и подумал, что в чём-то этот мерзкий Гринор прав. Он может подвести пленников и не суметь вовремя высвободить их. Да к тому же маг почувствовал, что не сможет спокойно уйти, оставив брата здесь, в опасной неизвестности.

- Тогда я останусь с тобой, - решил он. - Потому что… потому что останусь с тобой… - он не стал вдаваться в подробности, посчитав, что они и не важны.

- Давайте сперва камень передвинем, - внёс деловое предложение Гринор, поскольку весь их спор мог оказаться совершенно бессмысленным, если осколок статуи слишком тяжёл и его не сдвинуть с места.

Феронд и Гринор навалились на камень. Лайгон, хоть и чувствовал свою помощь несколько несущественной, тоже присоединился к ним. Осколок оказался намного тяжелее, чем можно было подумать, и сдвинуть его было сложной задачей, хоть он и не был вросшим в пол. Общими усилиями, миллиметр за миллиметром, осколок был передвинут аккурат под просвет. Выдохшиеся и уставшие, валинкарцы уселись на пол и некоторое время сидели в молчании. Надежды на то, что можно приволочь ещё хотя бы один осколок, не было. Все остальные выглядели крупнее, и потому явно были тяжелее. Выход по-прежнему оставался лишь для одного.

- Ну что, Лайгон, - обратился к магу Гринор. – Последнее слово за тобой.

- Я уже сказал своё слово, если ты не забыл, - отозвался Лайгон.

- Хорошо, пойду я, - подытожил Гринор и, вздохнув, угрюмо добавил: – Как знать, что там ждёт нас…

Феронд, будучи самым сильным и крепким, встал на обломок. Ему на плечи взобрался маг, предварительно любезно сняв обувь, чтобы не давить подошвами на его слабо защищённую тонкой одеждой кожу. Приходилось цепляться руками за ореливиевые вставки, что весьма удачно выступали из стен, поскольку иначе маг бы точно потерял равновесие, когда Гринор взбирался по импровизированной лестнице.

Гринор достал до края каменной стены вполне удачно. Ему хватило роста и сил, чтобы, ухватившись за край и оттолкнувшись ногами от мага, вскарабкаться наверх, упираясь ступнями в стену. Вскоре он был на свободе.