Spielzeugmann

Размер шрифта: - +

Глава 2

II

 

Пианист

 

Эрика и сестра Хуберт шли по коридору. Сопровождающей лет пятьдесят. У неё сухое иссечённое морщинами лицо, тусклые каштановые волосы, собранные в строгий узел, и накрахмаленная до хруста медицинская форма.

Стерильно-белые стены. Жужжащие лампы под потолком. Два ряда одинаковых дверей с крошечными оконцами. Старшая сестра остановилась возле одной из них.

- Проходите, госпожа Кунц.

В узкой тесной комнатке помещается железная кровать, пара стульев, тумбочка и лампа для чтения. Крючки для одежды прямо напротив входа. Налево – умывальник и мохнатое полотенце. Впрочем, нет, это не всё. На кровати спиной к вошедшим и лицом к забранному решёткой окну, неподвижно сидел человек, обитатель камеры.

— Вот ваш подопечный. Вы можете приступать к своим обязанностям прямо сейчас. Простите, но теперь я вас покину.

Дверь закрылась. Эрика осталась наедине со своим пациентом.

- Ээээ… доброе утро?

Никакой реакции.

- Извините?

Полная безучастность.

- Ээээ… простите…

Руки человека задвигались.

Что он делает?

Жесты повторяются. В них есть какой-то смысл, и Эрика вдруг поняла – какой: человек словно бы перебирает невидимые клавиши.

Голова, остриженная наголо, откинулась, и кисти задвигались быстрее.

- Простите…

Эрика обогнула кровать.

Его веки сомкнуты, а чувственный рот приоткрыт. Он дышит горячо и быстро. Он в экстазе.

Эрика накрыла его руки своими, останавливая это беззвучное представление. Кожа сухая и очень горячая. Боже, что у него с руками! Ногти местами обгрызены – чуть ли не до мяса – и под ними грязь. Должного ухода явно не было очень и очень давно.

Человек вздрогнул и замер. Глаза медленно открылись. Вместо радужки и зрачков – мутная белая плёнка.

Эрика отшатнулась. К горлу подступил липкий горячий комок.

Что с тобой случилось, незнакомец?

Чувственные губы приоткрылись, обнажая влажную полоску зубов.

- …Ты кто…?

Приятный голос и чёткая дикция.

- Э… Эрика.

- …Эрика…

Глоть.

 

И в моей каморке тоже он цветёт —
Тот цветок вереска.
На меня, стемнеет или рассветёт,
Смотрит, как Эрика,
А потом вдруг словно упрекнёт:
«Вспомни, что тебя невеста ждёт.
Там вдали она тоскует по тебе,
Слезы льёт Эрика».

 

- …Ты помнишь…?

Не голос – бархат.

- Ээээ…

- …Неважно…

Голова поворачивается вслед за её движениями, незрячие глаза, не мигая, смотрят на неё… сквозь неё…

- …Почему ты отодвинулась… Эрика…?

Рука поднялась и потянулась в её сторону.

- …Я пугаю тебя…?

Эрика не нашлась, что ответить.

- …Ты где… Эрика…?

Эрика прикоснулась к плечам пациента.

- …Хорошо…

Человек успокоился и снова безучастно уронил руки.

- А кто вы? Как мне к вам обращаться?

- …Кай…

Необычное имя. Эрика вспомнила сказку Андерсена. Всё то же самое. Только вместо роз и Снежной Королевы – ремни и Безумие.

Нужно с чего-то начинать.

- Давайте для начала немного приведём вас в порядок? Кай?

- …Делай… что хочешь…

В общей ванной никого. Эрика крутанула медные шишечки ручек. Зашумела вода.

- Снимайте ваши тряпки, Кай.

Пациент послушно поднял руки.

Шурх.

Чёткий рельеф мышц. До того, как попасть в эти застенки, он явно собой занимался.

- …Ты находишь меня привлекательным…?

- Ээээ…

- …Ответь… Эрика…

- Да… наверное…

Взгляд незрячих глаз смотрит в никуда. Руки поднялись и снова потянулись к Эрике.

- …А на тебя… я могу посмотреть…? Эрика?

- Ээээ… посмотреть?

Пальцы прикоснулись к её лицу, погладили его и волосы, ощупали плечи.

- …У тебя лицо горячее…

Глоть.

- …Ты красивая…

Шурх.

Рука схватилась за плечо Эрики, и он переступил из сброшенной на пол одежды.

- …Ты знаешь… почему я здесь…?

Незрячие глаза смотрят на неё… сквозь неё…

- Почему?

- …Потому что меня наказал Бог…

Глоть.

- …Я убил человека…

Кай замолчал.

Эрика тщательно обтёрла губкой всё его тело.

- …Хорошо…

Лицо больного приняло расслабленное выражение.

Он инстинктивно прикрывает глаза каждый раз, когда в них брызгает вода, или когда Эрика слишком близко проводит своей губкой. Глаза не видят – инстинкт остался.

В комнате Эрика осторожно усадила своего подопечного на кровать.

- …Спасибо…

Рука Кая дружески и благодарно сжала её пальцы.

Благородные ухоженные черты лица – это если отвлечься от мутных провалов на месте глаз - и совершенно безобразные ногти.

Нет, она, Эрика, не может на это спокойно смотреть! Она должна сейчас же исправить эти возмутительные разрушения!



Соня Унгерн

Отредактировано: 23.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться