Stalker. Дорога домой

Размер шрифта: - +

Глава 1: ИСТОРИЧЕСКАЯ РОДИНА

…За спиной хрустнула сухая ветка. Одна из тех, что путник притащил из подлеска для растопки. Угольки в костре все еще тлели, даруя немного тепла. Сидящий на бревнышке Михаил даже не обернулся. Он знал, кто подошел сзади — это был человек, который провел его через Периметр. Проводник Федор, любящий ввернуть к месту и не к месту крепкое словечко.

 

— Стреляй… — захрипел проводник, пытаясь увернуться от острых клыков. — Ну же! Михаил вытащил пистолет. Руки не слушались, сердце бешено колотилось в груди. Нападение дикого пса застало мужчину врасплох. — Ст… стреляй… сука…

 

Осознание того, что на родные земли ему пришлось проникать через военный кордон, вгоняло Михаила в тоску. Оно и понятно, каких-то двадцать шесть лет назад он мог спокойно пересекать границу, которой тогда и не было вовсе. Мог непринужденно рассекать на стареньком «Аисте» по деревням и селам. Да много чего он мог. Жаль только, что не мог обернуть время вспять.

Судьба — сука. Еще позавчера Михаил Анатольевич Мельников работал учителем истории в школе, был примерным гражданином и хорошим семьянином…

 

Сокрушенно покачав головой, Михаил отправил очередного неуча за парту и, прокашлявшись, объявил:

— На дом задаю восемнадцатый параграф. Читать и учить. Будет тест.

Прозвенел звонок. Ребята тут же повскакивали со своих мест, забросили рюкзаки за плечи и, даже не попрощавшись, ушли. …

 

И как все изменилось. Сегодня утром он, сидя на пассажирском кресле старенькой «Нивы», под градом пулеметных очередей, пробивался в Чернобыльскую зону. Было во всем этом что-то даже забавное. Но иначе поступить он не мог. Зона оставалась для него последней надеждой.

 

— Мне жаль. Больше ничем не можем помочь, — сказал главврач Центральной больницы и вздохнул. — То, что мы могли сделать, мы сделали.

— Я… я… — Михаил так и не нашелся что сказать.

— Мне жаль, — повторил доктор. Мельников опустился на холодный пол. Окна были открыты нараспашку.

 

— Ну, как ты? — Проводник положил руку на плечо Михаила.

— Живой, как видишь.

Вспомнилось, что сначала они договаривались о том, что Мельников не только выплатит названную сталкером сумму — весьма немаленькую, кстати, — но и побудет для проводника «отмычкой». Бывший учитель ознакомился с терминами в Интернете, на тематических сайтах. Говорили, что «отмычками» называют зеленых новичков. Тех самых неудачников, которые, по приказам матерых ветеранов, лезли в самые опасные аномальные поля и ценой своих жизней прокладывали новые маршруты для этих самых ветеранов. Навернется такой молодняк — ну и черт с ним. Тупоголовое пушечное мясо, что мечтает стать крутыми ходоками за счастьем и десятками ошивается на окраинах.

Конечно, Михаил не горел желанием быть скормленным одной из подлянок Зоны, но делать было нечего. Федор запросил за проход через КПП огромную сумму, так что на дорогу к Припяти, куда Мельников и держал путь, денег не оставалось. А как еще можно было подобраться ближе? Учитель решил, что пройдет с ним этот путь, поучится заодно сталкерскому ремеслу, а потом кинет проводника и слиняет.

— Эй, Миш. Я вот что сказать хотел. — Федор сел на корточки. — Етишкина жизнь… Ты уж не обессудь, но «отмычка» мне даром не нужна. Понимаешь? Хороший напарник нужен, вот что. — Он пытался говорить сдержанно и дружелюбно, но в его голосе явно проскакивали нотки неприязни. — А ты не такой. Хочешь откровенно? Такие люди, как ты, дружище, здесь долго не живут. Собаку убить не смог. А сможешь ли ты шмальнуть в человека? Едва ли. Пойми, тут нравы дикие. Да, кланы пытаются поддерживать порядок на своих владениях, но бандюганам насрать на «Удар» и их законы. Извини, но я откажусь от твоего предложения. За проход ты заплатил, и я тебя провел. Не хочу очередной грех на душу брать. И без того у меня уже ничего нет, кроме грехов. На твоем месте я бы свалил прямо сейчас. Чего ты вообще поперся сюда?

— Так было нужно, — безразлично ответил Михаил. — Я все понял. Прощай. Спасибо, что провел меня.

— «Прощай»? Типун тебе на язык. — Федор резко поднялся. — Запомни на будущее, Миш, здесь не прощаются. — Запомню. — Ну, даст Бог — свидимся. Доброй тебе Зоны, парень. — Сказав это, сталкер развернулся и ушел.

«Хреново это, мягко говоря, — с грустью подумал Михаил. — И что теперь? Пробираться самому? Ну, что же, возможно, оно и к лучшему, не будет лишней ответственности. Черт, а если посмотреть с другой стороны, то я совершенно не узнаю свою Родину. Смогу ли я выжить на этих знакомых, но таких чужих дорогах?»

 

— Миша, туда реально люди толпами прут. Прикинь? В Чернобыльскую зону. Я и сам мечтаю смотаться. Но, сука, патрули. Через них трудно пройти. Хотя мне подсказали тут номерок одного товарища. Могу и с тобой поделиться.

— Ты же знаешь, что я семейный. Из дома — ни ногой.

— А я напишу. Сейчас объясню, зачем. — Он положил перед собой тетрадный листок. — Мне напарник нужен на самом деле. Тот, кому я бы мог доверять. — Я тебе еще раз… — Да дослушай. Ты что, хочешь так всю жизнь? За нищенскую зарплату училки?

— Нет. Хочу лазить по радиоактивным подвалам.

— Аномалии — вот за каким чертом я хотел бы туда сходить. Точнее, за хреновинами, что в них появляются. Артефакты. Они таких денег стоят, сколько мы с тобой за всю жизнь не заработаем. Опасности там поджидают. Эти аномалии смертельны. А еще — вояки, бандиты. Но овчинка стоит выделки. За неделю-две при хорошем раскладе можно конкретно обогатиться. А можно и еще быстрее. Ходят слухи, что где-то в Припяти есть некая потайная комната. И в комнате той — штука, что может исполнить любое желание. Любое, прикинь!



Артём Помозов

Отредактировано: 26.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться