Стальной Аид

Размер шрифта: - +

Глава 39

Зал виртуальной реальности начинался сразу за небольшим коридором — длинный ряд округлых капсул блестел начищенными боками в полумраке. Тварей здесь почти не было — всего несколько поблескивающих панцирем черных лент прыснуло в стороны от моего фонарика. Оставляя за собой кусками отваливающуюся от меня засохшую жижу, я подошел к первой же капсуле и открыл крышку. Бархатистая подушка умного геля поднялась мне навстречу. Я снял шлем, отдал его Тоби и залез в капсулу. Здешние капсулы были устроены почти так же, как и у меня дома, на Аиде. Я с нетерпением пролистнул создание нового персонажа и ткнул в появившееся передо мной сообщение «Начать игру».

Я был один среди пышно цветущего сада. Теплый ветер качал тяжелые головки цветов, разнося вокруг нежный аромат, с веток деревьев опадали, словно снег, белые лепестки, ложась на голубоватую от росы траву. Один лепесток, порхнув, упал на плечо моего комбинезона.

- Алиса!

Вся окружающая меня красота вдруг показалась мне надуманной и искусственной. Мой крик потонул в пышных цветущих закоулках сада. Лепестки продолжали падать в благоухающей тишине.

- Алиса! - еще раз крикнул я.

Я ринулся вперед, по узкой мощеной тропинке, ломая ветки и сбивая нежные тяжелые цветы. Нужно найти ее, скорей!

Она была возле пруда — маленькая хрупкая фигурка под плакучей ивой.

- Алиса!

Она вздрогнула и повернулась на мой окрик, на мгновенье застыла, а потом бросилась мне навстречу. Со всех ног я подбежал к ней и прижал к себе, и в ответ она обхватила меня и спрятала лицо у меня на груди. Я понимал, что держу в руках всего лишь фигуру, сформированную из умного геля в темноте вирутальной капсулы, что это еще не Алиса, и все еще далеко не закончено, и все же голова у меня шла кругом от одуряющего, громадного счастья — если она все еще в сети, значит, я успел! Она здесь, моя Алиса. Со мной. Я вдруг ощутил, что ее плечи вздрагивают. Алиса подняла ко мне лицо — по веснушчатым щекам катились слезы.

- Саймон, ты пришел...

Я стер слезу с ее щеки и наклонился к ее губам. Теперь, наконец-то, мне было плевать на человечество, плевать на Аид, плевать на все на свете. Весь смысл всегда был здесь, на Персефоне. Я запомнил ее немного другой, возможно, за эти десять дней путешествия, мои воспоминания исказились, и им всегда не хватало чего-то. Реальность была лучше любых воспоминаний. Оторвавшись от моих губ, она посмотрела на меня и провела кончиками пальцев по моей щеке.

- Где ты? Где мне тебя искать?

Она грустно улыбнулась, глядя мне в лицо.

- Ты как-то изменился...

- Пожалуйста, ответь.

- Знаешь, я, кажется, тебя люблю, - ее глаза заблестели от снова подступивших слез.

Я обхватил ее лицо ладонями.

- И я тебя люблю. Только скажи мне, где тебя искать!

Она прижалась к моей груди.

- Я знала, что ты обязательно придешь. Я знала.

Какое-то скребущее, тревожное чувство вдруг прорезалось сквозь мою эйфорию. Алиса подняла голову и снова посмотрела мне в лицо:

- Я тут, совсем рядом с тобой, в одной из капсул.

Я разомкнул объятья, уже собираясь выйти из игры, собираясь бежать сейчас же к ней настоящей, но Алиса прижалась всем телом ко мне, словно не хотела отпускать:

- Подожди!

- Что случилось?

- Помнишь, мы собирали дурацкие камни-воспоминания? - она невесело усмехнулась. - Я подобрала последний камень. Вспомнила.

Тревога сжала мне горло.

- Что? Что ты вспомнила?

Она помолчала секунду, глядя мне в глаза.

- Я умерла.

 

Я пинком выбил дверь капсулы и вывалился наружу, не видя ничего вокруг. Бросился к первой соседней капсуле, рывком распахнул дверь. Пусто. Следующая капсула. Пусто. Следующая. В голове, словно молот, оглушительно стучала кровь.

Тоби следовал зам ной по пятам, что-то спрашивая, окликая меня по имени, но я почти не слышал его, распахивая одну капсулу за другой. Дверь седьмой по счету капсулы была немного приоткрыта. С сердцем, колотящемся где-то в горле, я подошел к капсуле и взялся за ручку.

На бархатной подушке умного геля передо мной лежали высохшие останки в истлевшем станционном комбинезоне со споротой нашивкой. Из-за того, что я открыл дверь, подушка автоматически поднялась и кости заскользили мне в руки, комбинезон начал распадаться.

Невидящими глазами я смотрел на лежащие у меня на руках кости. Окружающий мир перестал существовать, время остановилось. Картинка в моей голове сложилась с неумолимой ясностью — все кусочки мозаики встали на свои места. Алиса была мертва. Она была уже мертва, когда я спешил к ней через серую пустошь. Она была уже мертва, когда мы встретились в игре. Она была уже мертва, когда я еще не появился на свет из прозрачного резервуара в отсеке 105 на станции Аид. Все эти клоны, все, чьи тела я нашел по дороге, и те, чьи тела я не нашел, и те, кто вернулся, потерпев поражение, - все они спешили именно к ней, к Алисе. Вот почему Сеймур сказал: «Спаси ее». Всегда, каждый раз встречаясь с ней, каждый Сеймур, Саймон, Стивен или черт знает, кто еще, неизбежно влюблялся в нее, потому, что все мы — по сути один и тот же человек. Просто разные загрузки одного и того же персонажа, обреченного выполнять невыполнимый квест. Что это — просто стечение обстоятельств, или так и должно было быть? Робот-разведчик, который веками катался по своему похожему на цветок маршруту, оказывался ровно между нашими станциями примерно раз в сто лет — тогда, когда на Аиде как раз был новый клон, достаточно молодой, достаточно сильный, достаточно безрассудный, чтобы отправиться в путешествие. Робот, передавая предварительные данные на Персефону сам становился антенной, транслирующей слепок личности Алисы, оставшийся в игре. Погибшей в капсуле много сотен лет назад. И сумасшедший старик Орфей, который все хотел найти своим детишкам новых друзей, вплетал Алису в свое повествование, и клоны, один за другим, уходили со станции, чтобы найти ее. Но все они терпели неудачу. Я был первым, кто добрался.



Сергей Соболев

Отредактировано: 29.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться