Старая эльфийская сказка

Размер шрифта: - +

Глава 15

Вольный Город, город, стоящий на холме, был пристанищем для многих, многих рас и народностей, и был он пестр и разнообразен. У путника, юного темного Эльфа, вступившего впервые в его приветливо распахнутые ворота, голова кругом пошла, и некоторое время, оказавшись в самом центре гомона, гвалта, он стоял неподвижно, не в силах справиться со своим изумлением.

Город, как уже упоминалось, стоял на холме. У самых стен, каменных, высоких (это тебе не деревянный частокол!) ограждающих город от лесного царства и ото всех, кто бродил по тайным тропам и задумывал недоброе, располагались дома людей и их лавки. Проходя мимо, новоприбывший с изумлением отмечал, что это все сплошь каменные темные дома, в основном кузни и оружейные лавки. Да, именно люди Вольного Города считались самыми талантливыми мастерами, не Эльфы и ни кто иной не смог с ними тягаться в искусстве переплавки руд в прекрасную прочную сталь и превращении ее потом в самые острые и прочные ножи и мечи.

Как попали они сюда, в город, выстроенный Эльфами? Да уж так вышло. В родных поселках не нашлось им места. Всяк их поносил и боялся за ту магию их ремесла, которая помогала им с легкостью делать твердое железо мягким и податливым. "Колдун! Нечисть!" — частенько слышали они вослед, а иногда их дома пылали, подожженные озверевшими односельчанами. И тогда приходилось им бежать прочь, без оглядки, и искать себе убежище в лесу, который пугал уже куда меньше, чем добрые люди. Тропинки его вели во все концы света, но чаще всего все они сходились у врат Вольного Города, да и завязывались там узлом.

Злоба людская не могла не оставить отметины на этих людях, и Ночной Терновник видел перед собой кузнецов черных, темных, суровых и неразговорчивых.

Дальше, верх по холму, в веселых рощицах, располагались светлые дома полукровок, таких же, как и Ночной Терновник. И уж совсем высоко, на вершине, в Священной Роще, были дома Высших Эльфов, Сияющие Чертоги.

И, конечно, как и во всяком любом городе, кроме людей и эльфов, были тут и проходимцы, и пройдохи, и плуты, каковых в этом мире было не мало.

То тут, то там, как поганки на пеньках, рядом с домами людей пристраивались маленькие домишки гоблинов и троллей и сами их хозяева торговали тут же всяческой всячиной, перекупленной черт знает у кого, или попросту стащенной с того самого места, где означенный товар плохо и не к месту лежал.

Для Ночного Терновника, выросшего в тишине и замкнутости человеческого общества, дико было такое пестрое разнообразие, и столько лиц и рож, не похожих на человеческие, поражали его воображение.

Вон зеленошкурый, весь в бородавках, что-то заливает полуэльфу, оперевшемуся о свой лук, а тот смотрит и слушает наглого вруна со снисходительной улыбкой, и даже пальцем не тронет противного и мерзкого тролля! Да за одни его бородавки его следовало б убить! А Эльф ничего, только улыбается...

Вон парочка гоблинов катит бочонок, препираясь и споря о чем-то визгливыми голосами. Ведь сперли же, стащили, подлецы!

Но никто за ними не бросается в погоню и даже вил не хватает, чтоб кольнуть противных тварей куда ниже спины.

Все это очень изумляло Ночного Терновника, и он, оторопевший, изумленный, замерший на одном месте, смотрелся куда более чужеродно, чем все эти прыгающие тролли и гоблины.

Наконец, полуэльфу надоело слушать враки тролля, и он, подняв свой лук, ушел прочь. Тролль остался один, и Ночной Терновник, набравшись смелости, подошел к торговцу.

— Товар возьмешь? — спросил он грубовато, выложив на прилавок туго набитый мешок. Троллик тотчас облапил мешок костлявыми ручонками, хихикая.

— Волк и лисица! — произнес он, вывалив содержимое мешка на прилавок. Это были просоленные шкуры недавно добытых животных. Тролль уткнулся в них своим длинным носом, ощупывая и обнюхивая. — Вот как. Не выделанные. С выделкой мне придется долго помаяться!

— Не ври, — грубовато ответил Ночной Терновник, — спорим, я твою бородавчатую шкуру быстро смогу выделать?

Троллик захихикал, снова потирая маленькие лапки.

— Юный господинчик большой шутник, — отметил он. — Так сколько юный господин хочет за свою добычу?

— Не юли, — грубо перебил его Терновник. — Говори, берешь или нет? Если берешь, то давай честную цену. Я не вчера родился, и знаю точно, сколько стоят меха.

— Злые, ах, какие злые слова твои, юный господинчик! — произнес тролль. — Как эти невыделанные шкуры. Как они обидели тебя, а? — и он указал на свежую ссадину на лице Терновника.

— Ничего, — ответил тот. — Им больше досталось. Ну так, берешь? Шкуры не выделанные потому, что не успел я. Еще вчера они бегали на своих ногах, а сегодня уже ехали на моей спине.

Троллик хотел было снова ввернуть шутку или сказать какую язвительную шутку по поводу неудачливости пораненного охотника, но, глянув в его яростные глаза, поутратил желание торговаться, да и шутить расхотелось. Всем известно, что Ночные Эльфы — народ крутого нрава, а те из них, которые побывали в передрягах, оставивших свой след на их телах и душах, и того суровее. Кто знает, что взбредет этому эльфу в его изуродованную голову?

— Как ты добыл их? — спросил троллик, уводя разговор в другую сторону, потому что ноздри Эльфа трепетали больно уж гневно. — Я не вижу на них отметин от капканов, а лука со стрелами у тебя нет.

— Я убил их своим ножом, — зло ответил эльф, и тролль, захлопнув свой болтливый рот, выложил поскорее денежки.

Получив причитающееся ему, Ночной Терновник вроде как стал добрее, и даже улыбнулся, подкинув на ладони монету.

— А что, — спросил он, — есть ли здесь какие-нибудь дома поприличнее, которые сдают комнаты? Мне неплохо бы добраться туда еще затемно, потому что днем мне положено спать. Да и хотелось бы, чтобы это было очень приличное заведение, с крепкими замками на дверях. У меня порой случается... это. Припадки. И тогда в ярости я крушу все, что попадается мне под руку, и всех, кто стоит на моем пути.



Константин Фрес

Отредактировано: 06.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться