Старый новый мир

Глава 3. Спасайся бегством

Не смотря на события вчерашнего дня и вечера, ночь была на удивление тихой. Свечи медленно горели, Блюм мирно спал, а девочка и Альфред сидели на полу, распивая травяной чай, заваренный по его специальному рецепту.
Это был лучший чай в её жизни, а эта комната, не смотря на все сквозняки и щели, была очень уютной. Ей было интересно, почему здесь так приятно находиться? Постоянное место проживания это как минимум странно – зачем ограничивать себя стенами, если в твоём распоряжении столько домов и подворотен? Но попав в это место, девочка задумалась, что может, все неправы, говоря, что не должно быть ничего своего, что вещи сковывают и обременяют. Ничем не обладать, ничем не дорожить – так проще выжить в этом мире, и когда наступит твой час, тебе не будет жаль расставаться с жизнью, ведь в ней ничего не было. Ты приходишь в мир ни с чем, и уходишь из него таким же.
Каждый сам по себе, но, в то же время, все держались кучей. Все эти уличные истины, были полны несуразиц и во многом противоречили сами себе, но люди были слишком ленивы, чтобы думать об этом и принимали как должное все эти правила. Те же, кто вдумывались – становились отшельниками, над которыми все издевались, или превращались в таких как Страж, что ещё хуже… Но Лекарь не похож ни на тех, ни на других. Обустроил себе дом, помогает людям, не прося ничего взамен, живёт согласно своим убеждениям, ни на кого не обращая внимания. Девочка прекрасно знала, что сначала и его прозвали отшельником. Он подвергался нападкам, как и любой, кто мыслит иначе, но его сила воли и вера в людей взяла верх над глупостью и жестокостью.
Девочке не хотелось нарушать тишину, но ей было так интересно, что же за человек перед ней. Лекарь был окутан тайной своего решения бескорыстно помогать людям и магией знаний, которыми обладал. Природа не наградила его красотой и здоровьем, но дала нечто большее, что девочка не могла увидеть, но ясно ощущала.
Хотелось как можно больше времени провести с ним и Блюмом, но она решила уйти перед самым рассветом, когда будет темнее всего. До этого момента оставалось каких-то пару часов, а затем она покинет этот дом и больше никогда не вернётся.
Хотелось впитать в себя все запахи этого помещения, насладиться каждой секундой, отпечатать в памяти каждую деталь. Это место волшебно, а эти люди удивительны. То, что она их встретила – само по себе чудо.
– Странно, – голос Лекаря был сонным и мягким. – У меня плохо циркулирует кровь, и я всегда мёрзну, особенно пальцы рук, но сейчас мне очень тепло. Я даже не вспомню, когда у меня в последний раз руки не были ледяными.
Девочка взглянула на спящего Блюма. Этот солнечный человек и правда, мог бы истончать еле заметное тепло. По крайней мере, их первое знакомство оставило такое впечатление.
Со свечи сбегал горячий воск. Лекарь сделал ещё пару глотков чая и поставил чашку.
– Не уходи.
– Что? – девочка очень удивилась этим словам.
– Не уходи на поиски брата, ты пропадёшь. Он свою жизнь не ценит, так хотя бы ты не рискуй своей зря.
В его голосе не было жалости или сочувствия, он просто здраво рассуждал.
– Мы всегда держались вместе, и все трудности тоже преодолевали вместе. Для меня нет особой разницы между его жизнью и моей. Если он погибнет, я даже не знаю, что будет со мной… Я должна была увидеть, понять, что он собирается делать, ведь он мой родной брат! У меня кроме него никого нет…
– Ты так привязана к нему?
– Угу… – еле слышно ответила она.
Лекарю было трудно понять, что должно быть в голове у человека, чтобы так к кому-то привязаться. Да, он её родной брат, но у него тоже полно родных братьев и сестёр, вот только он их не знает. Возможно, ему даже довелось лечить кого-то из них, но он постоянно один и такая связь между людьми для него в новинку. Этот феномен он изучал в книгах, читал и о целой науке, изучающей человеческие взаимоотношения, но все люди в его жизни – это пациенты, а они приходят и уходят. Близких у него нет.
С самого детства он понимал, что рождён не таким, как все. Ему часто говорили: «Молись богам и духам, чтобы выжить», но Альфред не молился и всё равно выжил. И тогда-то он и задумался, возможно, есть причина его существования. Должно быть, мир чего-то от него хочет и его силах что-то сделать или попытаться изменить. Обучившись читать, он начал интересоваться забытой всеми наукой медициной и решил помогать всем без разбору. Хороший человек, плохой человек, будь он отшельником, или стражем, да хоть самим чёртом – для него это не важно. Если он может что-то сделать, чтобы помочь справиться с недугом – его долг это сделать.
Но в этот раз всё было по-другому. Именно духовная связь заинтересовала его. Блюм пошел на верную гибель, лишь бы помочь ей, а она готова ослушаться Стража, чтобы спасти брата. Что руководит этими двумя?
– Слушай… – голос девочки звучал нерешительно. – Можешь не отвечать, но… почему Страж ничего тебе не сделал?..
Лекарь, не задумываясь, ответил:
– В своё время я ему очень помог. Как раз незадолго после его возвращения с Парка он свалился откуда-то. Сломал ногу в колене, да так что кость торчала. Он бы умер без моей помощи. Провалялся у меня чёрт знает сколько, я тогда жил не здесь, а в районе отшельников. Потом когда поправился, вдруг стал зваться Стражем и наводить порядки, а мне как плату дал одно желание. Символично, согласись.
– Да уж… – подтвердила девочка мрачным тоном.
– И я попал в точку, когда попросил, чтобы ни он и ни одна его шавка меня не смели и пальцем тронуть. Но на мою тумбочку с настойками это видимо не распространяется… К тому же такие травмы бесследно не проходят, я всё ещё ему нужен.
– А тебе правда не страшно, что в какой-то момент Страж нарушит своё слово?
Лекарь шумно выдохнул.
– Нет. Чего мне бояться? За свою жизнь? Ну, умру и что? Мне нечего терять.
– Не говори так… – практически шепотом сказала девочка. – Блюм сказал мне, что жизнь не случайна, и, встретив сегодня тебя, я начала верить, что он прав.
– Я тоже думаю, что мы приходим в мир не без причины, но суть от этого не поменялась – меня в этом мире ничего не держит, да и сам мир особо не потеряет от моего исчезновения.
Ей стало очень грустно после его слов.
– Ну а ты?
– Что я?
– Ты-то почему Стражу нагрубила сегодня днём? Решила, что девочку не тронет?
Она пододвинула ноги ближе к себе и обняла свои колени. Немного помолчав, она начала:
– Меня вдохновил Блюм. Он знает меня второй день, а моего брата видел один раз в жизни, и всё равно он пошел со мной, чтобы помочь. Ещё и принял на себя столько ударов… – она помедлила, – а я в свою очередь решила, что могу помочь всем в этом городе, если заставлю его стаю сомневаться в нём. Не знаю, что на меня нашло. Я, конечно, бываю грубой, но чтоб вот так, да самому Стражу…
Лекарь долго смотрел на неё своим рентгеновским взглядом и что он высматривал, было известно только ему. Девочка же изо всех сил старалась не покраснеть от такого пристального внимания. Она опустила голову ниже, и волосы скрыли почти всё лицо, оставив снаружи только грязный нос.
– Ты смелая, – Лекарь сонно потёр глаза. – Есть что-то притягательное в тебе и в твоём друге.
Девочка ничего не ответила. Она подумала, что Лекарь говорит больше о Блюме, чем о ней, ведь в ней нет ничего особенного или хотя бы интересного. Она не славилась фантазией, как Фантаст, и не была живой легендой, как Лекарь. Просто себе девочка, потерявшая брата.
– А, правда?.. – её голос был еле слышен. Очень хотелось узнать ответ, но и спросить было стыдно. – Ну... то, что ты никого из здоровых здесь не оставляешься, это правда? То, что ты сказал Стражу?..
Девочка сразу же пожалела о своём вопросе. Это же сам Лекарь. Сейчас ещё подумает, что она мнит из себя невесть что.
– Ну, не проходной двор конечно, но было пару раз, прятал людей. А что?
– Да нет, ничего. Я просто спросила, любопытно стало, – протараторив эти слова, она попыталась ему улыбнуться, а затем снова спряталась за волосами, чтобы не было видно, как она смутилась.
Теперь она точно знала, что в ней нет ничего такого, а Лекарь просто хороший человек, который помогает всем без разбору, вот и всё. Помыслив немного в этом направлении, она снова пришла к выводу, что её жизнь сама по себе не представляет ценности, и всё, что в ней ценно – сейчас на пути к Парку.
Время шло, свечи медленно горели, их свет завораживал и вводил в сонный транс. Нужно было говорить, чтобы не уснуть.
– Я представляла себе Стража другим, – сказала девочка.
– М? Каким же?
– Более рассудительным наверно. Он так легко вышел из себя. Это не похоже на человека, который управляет такой большой стаей.
– Да, тут ты права. Раньше он таким и был. Он был строгим, но внушал уважение и действительно пытался сделать мегаполис лучше. Но потом он сильно изменился. Ну, знаешь, после той осени… которую прозвали кровавой.
Девочке сделалось не по себе. Она вдруг ясно осознала, что могла умереть сегодня, ведь руки Стража в крови. Он отнимал жизни, и отнять ещё пару – не составило бы труда.
– Так что вам ещё повезло отделаться ушибами. Хорошо, что я встретил Занозу.
– Кого?
– Изгой по имени Заноза. Я встретил его, когда обходил город. Он и сказал мне, что двое детей пошли на смерть к Стражу.
– У тебя есть знакомые среди изгоев?.. – не то, чтобы девочка сильно удивилась, но в то же время с изгоями было не принято общаться.
– Я не одобряю их жизненный уклад, но, как я уже говорил, я помогаю всем без исключений. Не все выносят такую жизнь. Иногда проглотить пару просроченных таблеток кажется им хорошим решением. Я не могу их винить или осуждать – каждый справляется с такой жизнью по-своему. Среди них есть много хороших ребят как, например Заноза. Если бы не он, мне бы и в голову не пришло пойти на ту прокля́тую площадь.
Девочка не стала ничего отвечать и потупила взгляд. Вдруг сзади послышался шорох. Блюм попытался перевернуться, но видимо боль в грудной клетке остановила его и он сонно начал бормотать:
– Да… я буду осторошнее… не нащинай… – пробормотал Блюм.
– Это нормально. Это обезболивающее.
Лекарь и девочка заулыбались. Блюм затих, и в комнате снова воцарилось молчание.
– А ты сам веришь в Парк? В желание?.. – спросила она.
– Верю, – без колебаний ответил Альфред. – Возможно не до такой степени, как все, но мы живём в странном мире, и многим вещам я не могу найти объяснения. Вполне вероятно, что там есть что-то необычное, хотя я думаю, что легенды сильно приукрашены. Мой первый учитель часто рассказывал мне легенды о Парке после занятий. Я слушал их с большим удовольствием и признаюсь, мысленно даже отправлялся туда, но видимо не судьба, – Лекарь постукал себя по левой ноге и улыбнулся.
Девочка не знала, что ответить на эти слова. Она покосилась на ноги Лекаря – в штанах они выглядели обычно. На первый взгляд и не скажешь, что он чем-то болен. Единственное, что сейчас выдавало его недуг – странная обувь. Подошва на левом ботинке была намного толще другой. Ей было горько, ведь она ничем не могла ему помочь, но всё же было кое-что, что она могла, пускай и не такое масштабное, как исцеление Лекаря.
Девочка принялась активно рыться в своём рюкзаке и вскоре она протянула удивлённому врачевателю две жестяные банки без этикеток. Он сразу понял, что это.
– Вы и в бункер наведаться успели. Вы вообще отчаянные, я смотрю.
– Да, мы сегодня дров наломали на жизнь вперёд, – она легонько улыбнулась.
– Забирай обратно. Тебе нужнее в дороге.
– Мне одной этого много. Я оставила себе одну, – она осторожно поставила их на пол.
Лекарь взял самую большую банку и запихнул обратно ей в рюкзак.
– Давай я оставлю себе одну, – тепло произнёс он.
Девочка почувствовала, что Лекарь улыбнулся, но она так и не осмелилась посмотреть ему в глаза.
– Спасибо тебе, Альфред… за всё.
– На здоровье. А как вы вообще решились пойти в бункер? После того, как его прибрали к рукам стражи, там стало просто невозможно, – ничего лучше сонный Альфред не придумал для поддержания разговора.
– Ну, идти в такой дальний путь без еды было бы глупо…
– Это да, это да… – Альфред руками помог себе пододвинуть ноги ближе к себе.
– Странное местечко этот бункер, – неловко подметила девочка после небольшой паузы.
Ей нравилось разговаривать с Лекарем. Его приятный голос и необычные знания восхищали её. Ей не хотелось молчать рядом с ним, но в тоже время она боялась сказать что-то глупое.
– Эмм… – Лекарь немного отодвинул чёлку, закрывающую глаза. В этот момент девочка позволила себе мельком посмотреть на него, но тут же отвела взгляд. – Бункер изначально задумывался, как просто стальная конструкция, которая будет надёжно держать мегаполис над Нижним городом, – Лекарь начал иллюстрировать рассказ своими палкоподобными руками, – но если верить старому учебнику по истории, который я как-то нашел, правда, там половины страниц нет, а другая половина частично размыта водой, но не суть. В последний момент в конструкцию внесли изменения и сделали бункер на случай ядерной войны… Хотя странно, вроде бы в мире тогда велось массовое разоружение. Отсюда и предание, что всё оружие уничтожили.
Девочка внимательно слушала Лекаря. Она давно догадывалась, что бункер строили не только, чтобы напихать его матрасами и консервами.
– И что? Она была?
– Кто? – не сразу понял вопрос Ал.
– Война.
– Ну… – Альфред скрестил руки на груди, – я думаю, да. Раз мы живём так…
– Я не знаю другой жизни, но мне кажется, раньше жили лучше.
– Да, я тоже так думаю.
– Я даже слышала, что у каждого был свой дом, и жили семьями.
– Да, жили… – ответы Альфреда становились всё тише.
– Это было в той книге по истории?
– Не то чтобы… Почему-то во всех учебниках по истории, которые мне попадались, писали только о войнах и конфликтах.
– При нашей первой встрече Блюм сказал, что такое уже случалось. Неужели вся наша история это сплошные войны и разрушения? Неужели не было ничего хорошего?
– Конечно, было. Было и есть, – Лекарь попытался ободрить девочку. – Я полагаю, всё зависит от нас.
– Ты изменишь этот мир, Альфред. Я уверена в этом.
Дальше наступило молчание. Лекарь понимал, какие слова сейчас скажет девочка. Он дал ей столько времени, сколько ей требовалось, чтобы произнести их.
– Пожалуй, мне пора…
Вихрь мыслей пронесся у неё в голове. Это место было таким тёплым, а люди замечательными – ей так не хотелось уходить. Душа всеми силами билась и кричала изнутри, отговаривая девочку от этого решения, но сразу же успокаивалась, как только перед глазами ставал образ её родного брата. Она встала с пола, надела на плечи рюкзак и напоследок оглядела комнату. Вот теперь точно всё. Теперь она, как земля после многолетней засухи, впитала в себя всё в этом помещении. Девочка знала, что всё в жизни нужно делать резко и без сомнений, иначе можно так ни на что и не решиться. Она упорно шла к выходу, хотя каждый новый шаг к двери давался ей всё труднее. Решив напоследок попрощаться с Лекарем, она резко развернулась и не ожидала, что очутится прямо в паре сантиметров от него. Девочка сразу же отступила назад, неловко опустив глаза вниз.
– Спасибо тебе большое, Лекарь. То есть, Альфред…
Она должна. Она больше никогда не увидит этого человека. Ведь даже если им удастся выжить в Парке, в мегаполис вернуться вряд ли получится – Страж ни за что не простит их. Поэтому она должна перебороть себя. И она смогла.
Девочка подняла голову и посмотрела в глаза Альфреду. Она уже смотрела на его лицо украдкой, но вот так прямо ни разу. И вот она стоит зачарованная ими, и не может оторваться от них. Глаза, которые неоднократно прожигали её сегодня, теперь прожигались ею. Она смотрела-смотрела и наконец-то увидела то, о чём говорил Блюм – путь к душе человека. Ей казалось, что в этих серых бездонных глазах, она правда видит его великую душу. Девочка поняла, что если она скоро умрёт, даже в следующей жизни ей будут видеться эти глаза, смотрящие на неё сверху вниз. Во снах и лицах она будет искать именно этот взгляд, который приведёт её к этой бессмертной душе.
Лекарь не понимал, что происходит. Почему она так пристально смотрит на него и о чём сейчас думает. Ему в глаза смотрели очень редко, и он не знал, как себя вести. Он не выдержал её напора и первым отвёл взгляд.
Девочка тут же начала поспешно снимать с руки браслет, сплетённый причудливыми узелками из красной бечёвки, и протянула его Лекарю.
– Тебе не обязательно его носить, просто оставь у себя. Выживу или нет – я не вернусь. И я знаю, что много прошу, но если в твоём доме будет что-то от меня, возможно, мне удастся переродиться травой, которую ты однажды сорвёшь, чтобы спасти чью-то жизнь…
Он стоял растерянный и не знал, что ответить. Так и не подобрав слова, он протянул руку, чтобы взять браслет.
– Спасибо за всё…
И открыв щеколду, она покинула его дом, оставив на пороге с браслетом в руках.
Лекарь положил браслет на тумбочку и стал прокручивать в голове её слова. Что же не так? Пациент – такой же, как и все, и она, пришедшая с пациентом, такая же, как и все. Но что же тогда так скребёт внутри? Подобное чувство возникает, когда не можешь решить, как именно лечить человека. Думаешь, как лучше поступить, боишься ошибиться и подобрать не то лечение. Но сейчас какой выбор стоит перед ним? Нет никакого выбора. Он помог Блюму, а она ушла на поиски брата. Своё дело он сделал. Тогда в чём же причина?.. Странное неуютное чувство внутри. Будто что-то не так.
– Чего ты от меня хочешь?.. – спросил он свою душу.
Лекарь оперся спиной о стену, закинул голову и погрузился в размышления, при чём, сам не понимал в какие. В голове был образ девочки, просто девочки без имени и чёткой судьбы, без великих заслуг и талантов. Просто себе очередной человек, которого он был вынужден встретить на своём пути.
– Ты знаешь про выбор души? – послышался голос Блюма из угла комнаты. Лекарь повернул голову на звук, но ничего не ответил. – Душа, перед тем как переродиться, решает какой опыт хочет получить в новой жизни, но когда она снова приходит в мир, совершенно не помнит, чего так страстно желала. В отличие от разума. Он-то всегда хочет, чтобы ты был в безопасности. Может разумнее остаться дома и жить, как и жил, но вот только этого ли хочет твоя душа? Что говорит твой внутренний голос, Альфред?
– Блюм, я ужасно устал, чего ты хочешь? – Альфред, слушал Фантаста через слово, ему не хотелось вдумываться.
– Я хочу, чтобы тот, кто годами спасал других, наконец-то спас себя.
– Меня не нужно спасать.
После этих слов Альфред поковылял к рабочему столу и принялся там убирать. Не самое подходящее занятие перед рассветом, но ему нужно было что-то делать, чтобы не думать.
– Иди за ней. У вас с ней один путь. Сам ведь признался, что хотел отправиться в Парк.
– Так ты всё слышал? – как можно безразличнее сказал Альфред, не прекращая убирать.
Блюм ничего не ответил. Он только молча наблюдал за Лекарем, который суетливо наводил порядок на рабочем столе. Что-то он засовывал в ящики стола, что-то относил на полки. Какие вещи с полок наоборот прятал в тумбочки. Так же он не забыл попереставлять вещи местами на стеллажах. Затем снова открыл дверцу тумбочки и хотел взять что-то оттуда, но замер. Тогда он не выдержал:
– Ну что ж, Блюм, давай серьёзно посмотрим на ситуацию. Я калека, помимо больных ног, у меня искривлён позвоночник, бывают приступы мышечной боли, судороги, хватает сердце, не редко кружится голова, зрение не ахти, а ещё у меня в принципе мышцы ни к чёрту! Мало ли чего я хочу, важнее то, что я могу. Я могу помочь горожанам. И продолжу это делать!
Всё-таки Лекарь схватил пару бутылочек с настоями с той тумбочки и понёс их зачем-то на полку, хотя только что принёс их оттуда. После, он принялся переставлять вёдра и швабры, которые стояли в углу – Альфреду показалось, что они стояли не на своих местах. Дальше с ещё большим энтузиазмом он принялся завешивать ширму, которую оборвал Страж.
Блюм продолжал наблюдать за этим всем с заботливой улыбкой. Такой рассудительный и спокойный Лекарь, насупивши брови, носился по своему дому и переставлял зачем-то по несколько раз одни и те же вещи.
В какой-то момент он остановился и посмотрел на то, что держал в своих руках.
– И зачем я схватил чайник и казан?
– Наверное, хотел положить их в походный рюкзак.
Лекарь перевёл взгляд на Блюма, лицо которого выражало полное спокойствие и безмятежность.
– Только казанок оставь, – начал Блюм, – у меня есть. Ты лучше бери побольше настоев и бинтов. Дорога будет не из лёгких.
Альфред так и стоял с чайником и казанком посреди комнаты.
– О, призрак Бредди Бура! Да чёрт с тобой!
Лекарь выдвинул из-под своей кровати ящик с вещами и достал оттуда походный рюкзак, который принялся незамедлительно собирать.
Он ковылял от полки к полке, от тумбочки к тумбочке, набивая свой рюкзак разными баночками, коробочками, свёртками и инструментами, в общем, всякими полезностями, которые могли бы спасти жизнь человеку в пути.
Его рюкзак не выбивался из общей картины его стиля одежды, он тоже был серый и неприметный. По габаритам чуть меньше, чем у Блюма, но внутри была куча отсеков, а снаружи много карманов, так что Лекарю было, где разгуляться. Пока Альфред бегал из угла в угол, Блюм потихоньку привстал и сел на краю кровати. Он закрыл глаза и собирался с мыслями.
Грудная клетка болела, голова кружилась, в глазах всё двоилось, но он знал, что это скоро пройдёт. Не в первый раз ему доставалось. Хотя в этот раз состояние было очень странным – его не сильно беспокоила боль, скорее слабость в теле.
– Ты можешь оставаться здесь, сколько понадобится. Когда кто-то придёт, скажешь, что я покинул город и скоро они перестанут сюда ходить. Если хочешь, можешь остаться здесь до моего возвращения, – Альфред замолчал. – Ну, я конечно оптимист… «если я вернусь» нужно было сказать.
– Ты обязательно вернёшься. Я лично прослежу за этим, – Блюм улыбнулся довольно вымученной улыбкой.
– Эй, а ты куда встал? – опешил Альфред.
– Я иду с вами.
Альфред приостановил сборы.
– Ты не выдержишь такую длинную дорогу в этом состоянии. Боль будет преследовать тебя ещё очень долго, вплоть до потери созна…
– Альфред, мы же теперь товарищи, верь в меня.
Магические золотые глаза Блюма были как будто две звезды, раскалённые жаждой этого человека жить, а сам он был полон решимости.
– Альфред, у меня к тебе огромная просьба, ты не мог бы дать мне какую-нибудь футболку? Моя порвана.
Лекарь ещё испытывал некие сомнения на этот счёт, но тело само понесло его к коробке с вещами, и он дал Блюму одну их своих старых футболок. Чёрную и помятую, но зато немного меньше по размеру, чем те, которые он носил сейчас. Фантаст тут же принялся её одевать, но как только поднял руку, чтобы просунуть в рукав, тут же одёрнул её вниз.
Альфред помог ему одеться, но он был обеспокоен состоянием своего пациента.
– Не переживай ты так. Мне станет намного легче, как только утренний ветер коснётся моего лица. К тому же, мне не привыкать. Это не самый тяжелый случай.
– Почему тебя вообще трогают? Ты не дурак, не искалечен, не уродлив на лицо. Или людям вообще не нужен повод для издевательств?
– Меня не просто так прозвали Фантастом. Я рассказываю правду об этом мире, и некоторых она пугает.
Альфред возобновил свои сборы.
– Не думал перестать рассказывать? Ну, чтобы не били?
– Даже не подумаю! – голос Блюма стал крепче. – Я же не выдумал всё это.
– Расскажешь мне парочку?
– Ну, раз уж нас ждёт смертельно опасное путешествие, я просто обязан выговориться!
Они улыбнулись друг другу. Лекарь закинул на плечи свой рюкзак и протянул руку Блюму, чтобы помочь встать с кровати. Блюм без колебаний принял помощь и через минуту они уже были в шаге от самого безумного решения в их жизни.
Лекарь обернулся, чтобы осмотреться перед выходом. Он не был сильно сентиментальным человеком, но это место много для него значило. Он жил здесь уже достаточно долго и называл его своим домом. Ни у кого нет дома в этом городе, а у него есть, и только потому, что Альфред сам сделал его таковым. Очень многие вещи сделаны собственноручно или принесены благодарными пациентами, и теперь они останутся без своего хозяина. К тому же здесь столько плодов его труда: записи, наработки, насушенные травы, настои, выжимки.
Блюм чувствовал его тоску, но он знал, что привязанности к вещам очень быстро проходят, ведь они иллюзорны.
Фантаст, держась рукой за больной бок, подошел к столу, на котором горели свечи, и задул их. В ту же минуту перед глазами Лекаря всё померкло. Весь его дом погрузился во мрак, а вместе с тем и в его сердце забрались сомнения.
Что он делает? Неужели он правда собирается покинуть свой дом и отправиться в путешествие ради того самого заветного желания? Неужели возможно он исполнит его? А может и погибнет… Это всё было ужасно странно, но ещё более странным было то, что всем своим нутром он чувствовал, что должен пойти на это. Он должен был сделать этот шаг навстречу неизвестному.
Хотя страх и сомнения одолевали его, но в качестве противовеса здесь был Блюм.
– Не грусти, ты скоро сюда вернёшься.
– Как ты можешь быть в этом уверен?
– Просто верь мне.
– Но как же горожане?.. – Альфред чувствовал вину за то, что собирается покинуть этих людей.
– Я же сказал, ты уходишь не навсегда. К тому же ты можешь помогать людям в пути. Сомнения крадут наши мечты.
Всё равно было страшно, но страх – неотъемлемая часть человеческой природы. Лекарь открыл дверь и в дом ворвался свет.
На удивление шаг за порог дома дался ему очень легко. Альфред удивился той гармонии и безмятежности, которая царила вокруг. Это утро было волшебным. Горожане ещё спали, спрятавшись в домах – на улице было ни души.
Альфред поднял глаза к небу. Прекрасный розово-золотистый рассветный купол раскинулся над головами юных искателей приключений. Для Альфреда это был не просто рассвет, это был рассвет его души. Да, можно жить в страхе или в печали, можно сидеть на месте и жалеть себя всю жизнь. Тебе решать – провести всё отведённое время, виня кого-то в том, что случилось или попытаться всё изменить. Можно один раз поднять глаза вверх и понять, насколько непостижимо огромен мир, и насколько иногда велики́ наши мечты.
Альфред подумал, что уже очень давно ему не было так легко дышать.
– Пошли, – с улыбкой произнёс Фантаст.
Альфред сделал пару шагов, как вдруг вспомнил кое-что.
– Постой, я забыл кое-что, – он на мгновение зашел обратно в дом и тут же вышел из него.
Блюм был рад видеть Альфреда таким. Все его страхи и тревоги превратились в надежду. Он совершенно не знает, куда приведёт его этот путь, но в этом и всё веселье. Одна из самых волнующих вещей в этом мире – неизвестность. До чего же прекрасно не знать, что таит за собой новый поворот. И даже если выбранный тобой путь не оправдает надежд, всё равно это будет иметь смысл, ведь ты прошел его, а значит твои ноги стали крепче, дух сильнее, а душа мудрее.

Альфред ковылял, опираясь, то на костыль, то на трость и выглядело это довольно мрачно. Обычно он стеснялся ходить с кем-то рядом и старался избегать прогулок в людных местах, потому как не любил, когда его рассматривали, но с Блюмом он чувствовал себя спокойно и совершенно не стеснялся. И дело было даже не в том, что он спас ему жизнь, и не в тех словах, которые они друг другу говорили, дело было в самом Блюме.
Он был лёгким и светлым – очень приятный человек. Он полон надежд, не испорчен завистью или высокомерием, бескорыстен в своих поступках и не по годам мудр. Лекарь почему-то чувствовал, что Блюм способен его понять. Конечно не в полной мере, ведь многие вещи нужно пережить самому, чтобы осознать, но даже так, он ощущал неподдельную доброту и искренность этого мальчика.
– Куда же она могла пойти?.. – вслух размышлял Блюм.
Альфред вдруг вспомнил, что они вышли не на прогулку и что сначала ещё нужно отыскать девочку, ведь у неё была приличная фора, пока они собирались. Но он и Блюм могли идти спокойно, ведь за их головами не охотились Стражи, а вот девочка должна была соблюдать осторожность, чтобы не попасться. Это усложняло её поиски в разы.
Они бродили по городу, и за каждым новым поворотом никого не было. Лекарь не понимал, по какому принципу Блюм выбирает маршрут, но почему-то решил полностью довериться ему. Он в любом случае не знал, куда идти, а Фантаст выглядел довольно уверенно. Так или иначе, двигались они в направлении выхода из мегаполиса, а значит, они на верном пути.
Вдруг они услышали шорох и шум идущих ног.
– Наверное, это она. Нужно её позвать, – предложил Лекарь.
Но не успел он набрать воздух в лёгкие, чтобы окликнуть её, как Блюм резко прижал Альфреда к стене дома за мусорным баком и прикрыл ладонью рот.
Шаги прошли, и по звуку Лекарь понял, что идущих пар ног было две, а значит это точно не девочка. По шарканью и звону цепей ребята определили, что это были стражи. Вот только шли они почему-то в противоположном направлении.
– Может Страж и жестокий человек, но не глупый. За твоим домом могли следить. Пошли за ними, – прошептал Блюм.
Теперь ребятам нужно было идти осторожно и тихо, а значит, способ передвижения Лекаря мог стать проблемой.
– Блюм, помоги мне, – шепотом обратился к нему Альфред.
Фантаст только сейчас обратил внимание, что костыль Лекаря был механическим. Альфред без проблем сложил его пополам при помощи несложного механизма. Блюм посмотрел на это, как на чудо.
– Наши предки были не дураки, – с улыбкой произнёс Альфред. Он протянул ему свой укороченный костыль вместе с тростью и повернулся спиной. – Там есть завязки, привяжи, пожалуйста.
К рюкзаку было прочно пришито несколько верёвочек, которыми можно было надёжно прикрепить костыль и трость, чтобы не нести в руках.
Теперь всё было готово для бесшумного передвижения. Блюм и Лекарь следовали за стражами, старясь оставаться незамеченными.
– Куда идти-то сказали? – спросил один из них, попутно высморкавшись на землю.
– Вроде к району отшельников.
– К тем чокнутым? Там жуть, как воняет.
– Везде воняет. Её там видели. Приказы Стража не обсуждаются.
– Что за муха укусила Стража? Сдалась ему та мелочь.
– Ну, вот пойди к нему и спроси.
– Ага, щас… Ты видел, как он вчера в бункере отыгрался? Говорят, те трое ещё долго ходить не смогут…
– Тц! Трынди поменьше, да пошевеливайся!
Блюм и Альфред всё прекрасно слышали. Только Фантаст остановил Лекаря и потянул его совсем в другом направлении.
– Ты чего? – тихонечко спросил тот.
– Район отшельников? Разве это не в другую сторону от нужного нам выхода? Нам же в сторону заката.
– И то верно.
– Что в том районе находится? Что-то приметное или особенное.
– Да ничего. Кроме самих отшельников, конечно.
– Зачем ей уходить вглубь мегаполиса?.. – Блюм насупил брови.
Снова послышались шаги – ещё какие-то Стражи шли в том же направлении. Сомнений не было, девочка там, и если её поймают – ей не поздоровится.
Блюм и Лекарь ушли немного в сторону от стражей и ускорили шаг, насколько могли. Блюм знал, он чувствовал, что она где-то там. Нужно было полностью довериться своей интуиции. Они шли, петляя между домов, и Лекарь никак не мог взять в голову, что руководит Блюмом при выборе направления. Он просто следовал за самым загадочным пациентом в его жизни и старался не думать ни о чём плохом.
Вдруг они увидели сидящую за мусорным баком девочку, напуганную до чёртиков, с какой-то ржавой острой железкой в руках, которой она, по-видимому, была готова отстаивать своё право на жизнь до самого конца.
Блюм и Лекарь, осмотревшись вокруг и убедившись, что поблизости нет стражей, пошли прямо к ней.
Увидев, что кто-то приближается, девочка встрепенулась и была уже готова бежать, но вместо этого застыла от удивления и даже выронила своё подручное оружие.
– Блюм, Ал… – прошептала она и с её глаз ручьём полились слёзы. – Мне страшно, Блюм. Как только я вышла из дома, за мной сразу погнались стражи! Я еле унесла ноги, а потом они снова нашли меня, и я ушла в эту сторону, я не знаю, что мне делать!
– Для начала успокойся, – заботливо сказал Блюм и положил руку ей на макушку. – Мы не дадим тебя в обиду.
В отличие от Блюма, Альфред не был так уверен.
– Что делать то будем? – обеспокоено спросил он.
– Видишь эти решетки? – спросил Блюм, указывая на огромные железные вставки в земле. – В центральной части таких нет. Знаете, что это означает?
– Что это окраина мегаполиса, – неуверенно ответила девочка.
– А ещё? – задорно спросил Блюм.
– Что под нами нет бункера. К чему ты клонишь, Блюм? – недоумевал Лекарь.
По выражению лица Фантаста было понятно, что в его голове зреет какой-то план. Только судя по направлению мысли, план будет не из лёгких. И тут Альфред всё понял.
– Нет. Даже не думай об этом. Блюм, я в жизни не спущусь туда.
– У тебя есть идеи получше?
– О чём вы? – испуганно просила девочка.
– Блюм, природа малость не подумала, что я однажды захочу лезть по пожарной лестнице вниз на десятки метров…
Блюм серьёзным взглядом окинул Лекаря, – тому и вправду будет сложно спускаться. Альфред продолжил:
– Ноги то ходят, но периодически не слушаются, а там одно неверное движение – и я погиб… – нависла тишина, пока Блюм обдумывал свой план. – Наверно здесь моя погоня за мечтой и закончится… Это изначально было глупой идеей.
– Альфред… – Блюм пока не знал, что делать, но он был уверен, что судьбы их теперь навечно связаны, ведь просто так люди не встречаются. Они должны были найти друг друга, должны были поговорить и отправиться в погоню за мечтой. Здесь всё не закончится – обязан быть выход. Он ждал знак.
– Да и на что я рассчитывал. Туда идти невесть сколько! Я дольше пары часов обычно по городу не хожу, а тут соседний мегаполис. Ладно, пожалуй, мне…
– Пошли.
– Блюм, я же говорю, я не спущусь.
– Есть идея. Пошли.
– Да о чём вы, чёрт возьми?! – прокричала шепотом девочка.
– Мы спустимся в Нижний город, – серьёзно ответил Блюм.
– Чего?! Как мы туда спустимся? Я там никогда не была, Алу будет тяжело, а тебя вообще вчера избили!
Лекарь только сейчас вспомнил, как буквально несколько часов назад менял компресс на его жуткой гематоме. Ещё совсем недавно Блюм еле дышал, а теперь по виду и не скажешь, что он был избит до полусмерти.
– Тебе не стоит беспокоиться об этом. Альфред мастер своего дела, я уже здоров.
Девочка была озадачена. Одно дело Блюм, он действительно молод и силён духом, но Лекарь, хоть и силён духом, как никто другой, но до опытного лазутчика ему далеко. Выдержит ли он этот путь?
– А где сам вход? – спросила девочка.
– Вон там, – Альфред указал пальцем на чернеющую дыру в земле неподалёку от решетки.
– Это и есть вход?.. – девочка знала, что в районе отшельников находится один из спусков в Нижний город, но она никогда бы не подумала, что он выглядит так. Просто зияющая дыра.
– Да, центральный вход поприветливее выглядит… – заметил Альфред. Хоть он никогда и не спускался туда, но частенько ходил возле центрального входа, который находился за старой лечебницей. Там хотя бы ограждение какое-то было, а здесь только мрак, просачивающийся сквозь эту дыру. Если по неосторожности туда свалиться – можно прощаться с жизнью.
Блюм обратился к девочке:
– У тебя в рюкзаке была верёвка. Когда ты доставала блок сигарет Стражу, я заметил верёвку. Она ещё есть?
– Да, – ответила она.
– Отлично. Давай её.
– Это и есть твой план? – опешил Лекарь.
– Да, – Блюм уже держал верёвку в руках и обматывал себя ею. Крепко-накрепко завязав её каким-то замысловатым узлом, он начал обвязывать Лекаря, затем девочку. – Ты полезешь первой, Альфред будет вторым, а я замкну цепочку, и если вдруг кто-то из вас сорвётся, я буду вас держать.
– А если сорвешься ты?.. – тревожно спросила девочка.
– У меня нет выбора, я удержусь любой ценой.
Они украдкой подбежали к входу.
– Ну что, ты готова? – посмотрел Блюм на девочку. – Осторожно ставь ногу на первую ступеньку.
Девочке было ужасно страшно, но стражи пугали её сильнее. Она развернулась спиной к входу и посмотрела на лица двоих парней, стоящих перед ней. Золотая пара глаз смотрела на неё решительно, как бы подбадривая и давая понять, что всё будет хорошо. Вторые же глаза тоже были напуганы. Этот страх на лице Лекаря помог ей собраться. Этот человек спас Блюма, её и помог практически каждому в этом городе, и теперь он нуждается в помощи. Теперь он напуган и растерян. Не время бояться.
Девочка чудом нашла первую ступеньку и осторожно полезла вниз, намертво цепляясь руками в железные поручни, затем Блюм помог Альфреду и был уже готов спускаться сам, как вдруг:
– Вот они! – ребята содрогнулись. Они были замечены каким-то стражем. – Все сюда, скорее!
И хотя голос преследователя звучал отдалённо, но медлить было нельзя – каждая секунда сомнений могла стоить им жизни. Когда замыкающий цепочку Блюм полностью спрятался в глубинах туннеля, он напоследок поднял глаза к небу и прошептал:
– Помоги нам…
И всё исчезло. Всё, кроме страха перед беспросветной тьмой и неизвестностью. По ступенькам какое-то время нужно было спускаться в полном мраке, по ужасно узкому бетонному туннелю. Если отодвинуться на вытянутые руки назад, то спиной можно прикоснуться к влажной стене.
– Мне страшно… – послышался голос девочки.
Она дрожащими руками жадно впивалась в ржавые мокрые поручни, изо всех сил стараясь не сорваться.
– Это ненадолго! – крикнул Блюм.
Его голос съели плотные бетонные стены, замыкающие их в кольцо. Узкое пространство душило и давило, заставляло сердце биться в несколько раз быстрее, а руки неистово дрожать. Глаза были открыты, как можно шире, в попытке поймать хоть какой-то свет, но это было безуспешно.       Лекарь даже не догадывался, что его рассудительный хладнокровный ум способен поддаться такой убийственной панике. Как бы он не старался, ноги всё равно путались и время от времени соскальзывали, но благодаря намертво вцепившимся рукам он как-то держался и не давал себе сорваться с губительной высоты. Тем более от этого зависели жизни его товарищей. Блюм не сможет удержать двоих падающих человек.
Вдруг по спине девочки прошел холодок. Она глянула вниз и увидела еле заметный свет. Ей очень хотелось прокричать эту благую весть, но она воздержалась, ведь стражи были уже в пути, и это выдало бы их местонахождение.
И вот наконец-то этот проклятый туннель закончился. Никто из ребят никогда сюда не спускался, поэтому они не знали, что такое Нижний город и как он выглядит. Вместе с долгожданной свободой от бетонного могильника, им открылся вид настолько невообразимый и прекрасный, что в ту же секунду, как они увидели Нижний город, у них перехватило дух.
Панорама Нижнего была настолько фантастической, что слабо верилось в реальность увиденного. Целый город был спрятан под их мегаполисом всё это время, и всё что отделяло эти два параллельных мира – железная конструкция и массивные колоны, подпирающие её.
Громадные высотные дома лежали друг на друге как напоминание о том, что ничто не вечно. Руины прошлого, освещённые рассеянными лучами дневного света из решеток Верхнего города, простилались на многие сотни километров вдаль. Город был практически полностью разрушен, и лишь малая часть уцелела, но и на этих участках архитектура была необратимо повреждена.
Ребята спускались как раз над уцелевшей частью, но с той высоты, на которой они находились, было прекрасно видно, что целый мегаполис прошлого буквально скатился в яр. Лавинообразно руины сползали вниз, как будто в здоровенный овраг, которому не было видно конца, а дальняя часть Нижнего попросту была затоплена. Завалы ушли под воду, и было чудо, что вода не поглотила и эту часть города.
Эмоции от увиденного были настолько сильны, что казалось, будто грудную клетку зажало в тиски, но каждая секунда восхищения могла стоить им свободы. Стражи были на подходе, и лестница содрогалась под их массивными руками.
– Ай!
Нога Альфреда соскочила, но он удержал себя руками и не сорвался, но тут появилась другая проблема, о которой Альфред даже не подозревал, ведь он никогда не бывал на такой высоте.
– Воооот, чёрт, как высоко! Как же высоко! Я не могу! Нет! Дальше нет!
– Ал, не смотри вниз! Смотри на поручни! Ты сможешь! – прокричал Блюм.
– Не смогу! – Альфред вцепился руками в решетки с такой силой, что пальцы побелели.
– Ползи!
– Я не могу!!
– Просто ползи! Мы не сорвёмся, мы не умрём здесь, Ал! Я даю тебе слово!
Стиснув зубы, Лекарь снова возобновил схождение по этой парящей в невесомости железной лестнице, впиваясь в поручни дрожащими руками.
Альфред чувствовал, как он тормозит скорость девочки и Блюма. Будучи между ними он не мог отвязаться, чтобы они продолжили движение без него. Пот стекал по лицу, руки судорожно сжимали ржавые поручни, разум был затуманен страхом. Никто из ребят не осмеливался поднять глаза наверх, чтобы понять, где находятся стражи – проще было ползти в неведении.
Каким-то чудом они спускались вниз, а стражи всё не могли догнать их, но расслабляться было рано.
Блюм посмотрел вниз, – первые крыши были уже совсем скоро. Лестница заканчивалась на одном из самых высоких зданий здесь. Чудом уцелевший дом был мостом между этими двумя схожими, но в тоже время, совершенно разными, мирами.
Вдруг, как гром средь ясного неба, послышался рёв какого-то стража:
– Попались!
Внушительная рука, потянулась к голове Фантаста, чтобы схватить его за кудрявые волосы, но в этот самый момент из-за резкого движения, страж потерял равновесие. Вторая рука, которой он должен был крепко держаться за поручень, соскользнула, и неминуемая гибель настигла бы парня, если бы не Блюм. Он схватил стража за руку и с криком боли попытался остановить его падение, но удержать взрослого человека на весу не смог. Их руки разомкнулись, но этого мгновения хватило, чтобы незнакомец снова схватился за поручень.
Ошарашенные ребята и напуганный страж, замерли в оцепенении.
– Зачем ты… меня спас… я же…
– Чего стоим, ползём дальше! Там ещё идут сверху!
Громкий голос Блюма вернул всех в реальность и спуск продолжился. Вот только страж не стал снова гнаться за ними. Он не мог совладать с чувствами, нахлынувшими на него. Он чуть было не погиб. Если бы не тот мальчик, он бы точно не сумел снова схватиться за поручень. Но зачем он ему помог, ведь он их преследователь?..
– Чего встал?! Ползи дальше, ленивый пень!
Двое других стражей доползли до того бедолаги, но это было уже не важно – ребята достигли крыши.
Когда девочка ступила на ровную поверхность, ноги подкосились, и она упала. Альфред тоже не сумел совладать с собой и рухнул следом за девочкой.
– Вставайте быстрее!
С помощью Блюма Альфред кое-как продолжил идти. Мысли в его голове бегали и спотыкались друг о друга, не давая сконцентрироваться. Он был поглощён паникой и полностью доверил свою жизнь Блюму.
Фантаст повёл ребят к краю крыши.
– Разве нам не туда? – девочка указала на открытый люк.
– Нет, там ничего не видно. Можно запросто сорваться, а свеча нас выдаст.
А ведь и правда, не смотря на то, что в мегаполисе был день и светило солнце, здесь был полумрак и свет от немногочисленных решеток доходил не дальше первых крыш.
– Вот! Здесь пожарная лестница сбоку здания!
Поскольку ребята всё ещё были связаны одной верёвкой, все без возражений последовали за Блюмом. Ползти по этой лестнице было не менее трудно. Усложнял схождение ещё и тот факт, что света становилось всё меньше с каждым новым шагом, а поручни были ещё более ржавыми и скользкими.
– Чёрт, они по боковой лестнице полезли!
– Мы за ними, а вы на перехват через здание!
Эти слова издалека донеслись до ребят. Они уже благополучно спустились на землю и были бы готовы продолжить путь, если бы видели куда идти.
– Нам нужен свет, – сказала девочка, отвязываясь от ребят вслепую.
– Нет. Это выдаст наше местоположение.
– Но как же мы будем идти? Здесь нет света!
– Есть, просто его здесь мало. Потерпи, скоро глаза привыкнут. Я пойду первым, – сказал Блюм, запихивая верёвку к себе в рюкзак, и предусмотрительно спрятал свою набедренную цепь в карман, чтобы лишний раз не шуметь.
Стражи, которые отправились за ними в Нижний город спонтанно, тоже были лишены источника света, но их присутствие было легко обнаружить благодаря отборной ругани и чертыханью всякий раз, когда они врезались во что-то.
Блюм был прав, глаза действительно привыкли к темноте. Тьма укрыла их от опасности, хоть и сама по себе таила немало бед. На более широких улицах было немного светлее, на узких улочках между домами было практически ничего не видно. Поворот за поворотом, ребята бесшумно двигались по заброшенным улицам Нижнего города.
К огромному удивлению девочки, старый мегаполис был практически такой же, как и Верхний, только более мрачный и практически весь разрушен. Ничего такого, что рисовала её фантазия после рассказов старших, которые здесь были. Она в какой-то степени была даже разочарована, ведь местные легенды об этом месте были самыми интересными. И вот она стоит на этих самых улицах и ничего не происходит: на них не набросились духи, стены не стали с ними говорить, и крыс размером с человека нет. Крыс вообще нет – все они перебрались в Верхний город.
Лабиринты старого города серые, однотонные, трухлые и опасные. Много суеверий окутывает это место, но всех так и тянет сюда, будто магнитом, ведь опасность и желание испытать судьбу всегда искушают юные сердца.
Здесь время идёт другим чередом. Кажется, что его здесь и вовсе нет. Время застыло для этого места в тот самый момент, когда люди ушли из него. Здесь ничего нет, здесь не осталось жизни – только руины прошлого. История, которую никто уже не помнит...
Ребята единогласно решили отдохнуть пару минут. Какое-то время они стояли каждый в своих мыслях, переводя дух и приходя в себя. Они живы и им удалось уйти от стражей, но каждый боялся заговорить об этом, чтобы не спугнуть удачу.
– Нужно идти, – шепотом сказал Блюм.
– Согласна… – ответила девочка.
Звук собственного голоса показался ей странным. Она так долго кричала у себя в голове, что теперь говорить таким тихим и размеренным голосом было не привычно.
Ещё несколько секунд все стояли неподвижно, а затем двинулись. Лекарь иной раз постеснялся бы идти при ком-то, так сильно ковыляя, но не в этот раз. Сейчас его мир перевернулся. Он и предположить не мог, что когда-то окажется в Нижнем городе. Он всегда думал, что его жизнь будет состоять только из лечения больных да сбора трав, но судьба преподнесла ему сюрприз и неизвестно, сколько ещё преподнесёт.
Каждый новый шаг сопровождался болью. Альфред чувствовал ужасную усталость после такого эмоционального всплеска. Поясница тоже ныла, а руки были стёрты до крови о ржавое железо.
Вдруг послышался топот и ругань стражей. Ребята переглянулись и моментально ускорили ход.
Они наткнулись на пугающий вход, который вёл куда-то под землю. Что это и для чего было нужно, никто из ребят даже не представлял, но все знали, что спуститься в подземелье Нижнего города плохая примета – быть беде. Но что если беда уже настигла тебя? Пожалуй, в таком случае примета отменяется. Ребятам показалось, что скрыться в таком месте не плохая идея, и они украдкой подобрались к входу.
Осторожно спускаясь по ступенькам один за другим, они плавно теряли остатки видимости и в скором времени шли вслепую. Всех вёл Блюм. Он шел очень осторожно, прощупывая каждую новую ступеньку, прежде чем поставить ногу, но в какой-то момент нога Блюма оказалась по щиколотку в воде.
– Дальше идти нельзя, – Блюм сказал это шепотом, но даже так, его голос эхом разнёсся с чудовищной громкостью.
Вдруг послышались голоса сверху и ребята замерли.
– Сам туда иди! Это подземелье Нижнего!
– Я спускался в подвал того дома, так что теперь твоя очередь!
Пока стражи ругались, у Блюма в голове родилась идея. Он очень осторожно потянул друзей за рукав, как бы намекая, чтобы они беззвучно ползли на середину ступенек. Лекарь сразу понял, чего хочет Блюм. Все, кто сюда спускаются, идут вдоль стены, держась за поручень, ведь здесь такая темнота, что хоть глаз выколи.
И Блюм оказался прав. Бедолага, отправленный в подземелье Нижнего, прошел мимо ребят, и очень громко выругался, когда вступил в воду.
– Чёрт бы побрал Стража с его вечными приказами! – выругался голос из темноты. – Гвоздь, здесь их нет! Здесь полно воды и воняет как изо рта Мелкого!
И без того звонкое эхо было в разы увеличено страхом. Казалось, будто этот звук может порвать барабанные перепонки.
Страж уже в более быстром темпе пошел наверх, всё так же придерживаясь стенки.
– Нет их там!
– Черт… Черт! Что мы скажем Стражу? Он нас поубивает, если мы не приведём этих малявок!
– Что скажем? Скажем, чтоб сам шел их искать, раз ему больше всех надо.
– Да. Вот так ему и скажешь, смельчак ты наш!
– Чёрт, я же только что был в подземелье Старого города. Не к добру это… – оба стража дважды хлопнули в ладоши.
Их голоса доносились издалека, но из-за гула в ушах казалось, будто они говорят с другой планеты.
– Пошли дальше искать…
Звук шагов со временем исчез, и ребята наконец-то смогли расслабиться. Их жизни спасены на неопределенный срок.



Анна Катруша

Отредактировано: 29.07.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться