Стать Варши. Рекрут

3.4

Широкие залы зиккурата соединяли перекрученные артерии винтовых лестниц, выбитых из цельного камня, тесных, с резкими поворотами, от которых кружилась голова.   На много метров уходили они вверх, и заканчивалась неприметным узкими порталами в углу третьего яруса – именно туда выводила высокая прямая лестница с улицы.  Связующие проёмы скрадывали в своих поворотах специфический запах и рупором разносили шаги, словно рог Иерихона благую весть. Благодаря этой особенности служащие в мертвятне заблаговременно узнавали о приходе незваных гостей, обычно избегающих спускаться вниз. Поэтому, услышав первые шаги и неясный, но достаточно громкий гул голосов могильник замер. Специалисты по смертям ретировались из зала, скрывшись в туннеле, ведущем к чёрному ходу, никого не предупредив и ничего не сказав. Организованное бегство поразило и пятерых варши, деловито перебирающих тела. Они нерешительно замерли рядом с грудой тряпья и оставленной посреди залы тележке с расчлененкой, переводя растерянные взгляды с меня и Фаба на пустующую винтовую лестницу.

Когда же гости, наконец, соизволили себя показать, их ждала, прямо скажем, неожиданная картина: большой каменный зал с заполненными алтарями, пять топчущихся в уголке варши, поспешно выкладывающих прикарманенные кошельки на пустой пандус и девушка, старательно удерживающая за край передника пытающегося убежать эксперта.

- Вот так встреча! – в напряжённой тишине раздался запоминающийся голос со столичным акцентом. – Фабиус Марло - д’Яго. Скажите на милость, кто же допустил тебя до трупов?

Пока приезжий сыщик выступал перед малой публикой, театрально развернувшись к эксперту полу-боком, одной ногой оставаясь на ступенях, словно неожиданная встреча была для него столь омерзительной, что он хотел развернуться и уйти, а руки уперев в бока, как набычившийся торговец, за его спиной собиралась немалая толпа.  Ис’карер-Рион д’Эр не замечал неуверенного роптания замерших людей, не решающихся обойти имперца.

- Рион? – тихо выдохнул Фабиус, затравлено всматриваясь в лицо гостя.

- Вы знакомы? – подала я голос, удивлённо обратившись к прячущемуся за моей спиной приятелю – для этого мне пришлось до хруста повернуть шею, ибо Фаб пресекал мои попытки обернуться полностью, тонкими пальцами до боли впившись в мои плечи.

- Не сомневайтесь, л’эрис, - с непередаваемой интонацией ответил за эксперта варши. – И судя по тому, что вы защищаете этого осквернителя трупов, я знаю его гораздо лучше, чем вы.

- Это, с каких это пор работа патологоанатома стала осквернением? – скривилась я.

- С тех, моя дорогая, когда эксперты стали всовывать в трупы не только инструменты, - наконец-то сойдя со ступеней, ответил мне Ис’карер-Рион.

Я недоумённо заморгала, обернувшись к Фабиусу. Тот уже отпустил мои плечи и тихо постанывая-похныкивая согнулся на полу, спрятав голову в ладонях.

Так… ни черта не понимаю!

- Он некрофил, моя л’эрис, - варши подкрался тихо и незаметно и теперь стоял за моей спиной, отчего мои распущенные волосы едва не вставали дыбом от волнения.

- Серьёзное обвинение! – отвернулась я от Фабиуса, заслоняя его спиной и пряча за широкой юбкой.  Эксперт, в каком-то нездоровом припадке согнувшийся на полу, поднял голову с недоверием следя за словестной баталией между мной и столичным грубияном. Свита варши, как ей и положено, расположилась полукругом за его спиной.

- Л’эрис Натал’и, ваша альтруистическая жалостливость смешна. Поверите мне, сколь бы сильным не было ваше женское стремление пригреть на своей груди любую плачущую тварь - сопротивляйтесь. – Варши говорил с пренебрежительной насмешкой. Оскорбительно и покровительственно, словно проповедник, расплачивающийся со шлюхой и по привычке читая ей проповедь.

- Кого и когда греть на груди я решу сама. Вам же, впредь я советую держать свой ядовитый язык за зубами, иначе ваше смрадное дыхание, не подкреплённое доказательствами, в конечном итоге приведёт вас к плахе. Или насадит на перо в подворотне – смотря в чью сторону, вы по неосторожности дыхнёте.

За спиной варши гневно зароптали. Опер группа по делу «рекрута» в полном составе сроила мне страшные рожи и грозила кулаками. Варши же вежливо улыбался. Было видно, что мои слова несколько его не задели, как, впрочем, и не веселили. Скорее для него, привычного к более колким и резким выпадам в гадючном обществе дворцовых интриганов, моя речь не вызвала никаких эмоций. Посчитав продолжение беседы бесцельной потерей времени, варши осмотрелся по сторонам, и вновь, без особой радости обратился к Фабиусу:

- Раз уж кроме Л’эра Марло - д’Яго других экспертов я не наблюдаю, то, как бы ни было противно, мне приодеться привлечь его к работе. Марло вы готовы послужить справедливости?

Пафосный вопрос остался без ответа, отчасти из-за его риторичности – сколько не обижайся, работа есть работа, отчасти из-за приступа заикания у Фабиуса – такой недуг посещал моего приятеля во время нервных потрясений.  Помочь ему я ничем не могла: как только Фаб поднялся с каменного пола и нерешительно подвёл опер группу к лежащему на алтаре трупу, меня грубо оттащили в сторону, сдавив предплечье до хруста, и гневно прошипев в ухо:

- Что ты себе позволяешь, сука?

- Л’эр Манакен, мои личные отношения с л’эром Рионом…

- Мне плевать под кем ты извиваешься, мерзкая тварь!  - шёпот главного писаря источал ненависть как клыки гадюки - яд. – Не смей грубить высокому гостю!

- Под кем извиваюсь? – вспылила я в ответ, - Не судите по себе, л’эр. Если ваш член служит канатом для взбирания по служебной лестнице – это сугубо ваше дело. Не стоит грести всех под одну гребёнку!

- Мерзкая выскочка!



Натали Christmas

Отредактировано: 02.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться