Ставка на любовь

Размер шрифта: - +

4.2

 

Двадцать минут ожидания я провела, бездумно наблюдая за кружащим по аквариуму Гектором. Когда секундная стрелка пошла на двадцать первый круг, я решительно встала и направилась к выходу. 

– Я на обед, – предупредила копошащегося в бумагах Фаню. Вдруг начальник, вернувшись с крыши, незамедлительно пожелает увидеть мою опечаленную физиономию. 

– Приятного аппетита, – дружелюбно пожелал Афанасий, не отрываясь от документов.

Господи, и как он тут целый год продержался? Если Ищенко придирался к нему так же, как ко мне, то терпению Фани можно было смело ставить памятник. 

Вот есть же люди, которых хлебом не корми, а дай самоутвердиться за чужой счет. Перед младшими коллегами строит из себя настоящего бога, упражняется в остроумии. Зато перед Родкиным лебезил так, что плюнуть хотелось. Двуличная скотина! Недавняя обида сменилась злостью и каким-то нездоровым азартом.

«Ничего, Тая. Ты ещё ему покажешь, как студентов обижать! Да он... он... извиняться при его характере он, конечно, не будет, но вот увольнения твоего ни за что не дождётся!»

Кофейня на первом этаже, расположенная прямо напротив входа, где всегда дежурила со шваброй тётя Люся, оказалась заполнена народом почти до отказа. Из полутора десятка столиков свободным остался только один, ближе всего находившийся к уборной. Хотя с моим сегодняшним везением чего ещё можно было ожидать?

Славы не было. Постояв с минуту глупым столбом, я, лишенная выбора, направилась к свободному столику – а то и его бы заняли. Следующие десять минут прошли за просмотром фото в инстаграмме. Довольные жизнью однокурсники то и дело выкладывали снимки со своих стажировок и просто отпусков, и везде их лица были сияющие и радостные. Я представила лицо Ищенко, предложи я ему сделать совместное фото, не удержалась и хихикнула. 

– Уже не грустишь? – раздался над головой голос Славы. Друг выглядел, как взмыленная лошадь, проскакавшая галопом не менее ста километров. – Фух, ну и духовка на улице, – пояснил Нечаев, вытирая платочком пот со лба. Он всегда был щеголем и тщательно следил за своим внешним видом, но летняя жара оказалась сильнее. – В этих костюмах свариться можно. Но что ни сделаешь, чтобы произвести благоприятное впечатление на начальство и клиентов... Вот моя Ольга тоже каждый день выглядит идеально. Не женщина, а богиня! – Упоминание о богах и начальстве мгновенно опустило меня с небес на землю. – Ну, Тайка, сейчас возьму по сэндвичу и кофейку, и ты мне подробно расскажешь, с чего такие рыдания. 

Осторожно, чтобы не испачкать и не порвать новенький и не дешёвый костюм, Слава протиснулся к кассе, а спустя пять минут начал всё так же аккуратно, но теперь с подносом в руках, проталкиваться обратно. 

Пока Нечаев с естественным для его возраста и комплекции аппетитом уплетал пухлую, щедро наполненную майонезом и горчицей, булку, я, время от времени прерываясь на всхлипывания, рассказывала о горестях, постигших меня на столь желанной работе. 

– Вот так, Слава, – печально вздохнула я, подводя под рассказом итог. – И я ума не приложу, как та презентация оказалась в шредере среди прочего. И что делать, тоже не знаю. 

– Ну и козел, – возмутился друг. – По-любому, это он тебе презу подсунул. Специально. Чтобы тебя так подставить. Я вчера с Олей разговаривал, рассказал ей, что ты попала к Ищенко. Она головой покачала и сказала, что тебе с ним будет непросто. Он женщин рядом с собой на работе вообще не терпит. 

– Зачем же он тогда меня к себе взял? 

Славка недоуменно пожал плечами. 

– А откуда твоя Оля про Ищенко и женщин знает? – не унималась я. 

– Они, вроде как, давно знакомы... Слушай, Почуева, а для кого та презентация была? Может, я смогу через Ольгу что-то пробить... Она ведь с теми же клиентами работает.

– Для Родкина. Тоже мне, большая шишка...

Слава присвистнул.

– Для Родкина?

– Угу. 

– Неужели, самого Тимофея Аркадьевича? 

– А что, есть ещё один Родкин? 

– Блин, Тайка, Родкин – это серьезно. Это же золотая жила, а не клиент. 

– Да с его миллионами всем брокерам по сделке достанется. Не будет же он только с одним «Эверестом» работать!

– Вот именно, Почуева! Только с одним «Эверестом» он и работает. И уже пять лет. 

Дело принимало совсем страшный оборот. 

– Думаешь, почему ваша компания обходит «Олимп» уже пятый год по прибыли? А почему твой Ищенко три раза подряд становился лучшим управляющим года? Всё из-за него, из-за Родкина. Завёл все свои сбережения в «Эверест», вот вы его и доите, как дойную корову. 

– Так уж и доим? Не стал бы он у нас столько денег держать, если бы мы ему прибыль не приносили. 

– Это верно, – Нечаев потер переносицу. – Но за Родкина любой трейдер на что угодно пойдёт. Не удивлюсь, если Оля перед ним разденется, чтобы переманить. Да только ему всё фиолетово. Он исключительно через твоего Ищенко торгует. Только ему доверяет. Интересно, что тот ему такого делает, что Родкин по сторонам совсем не смотрит? В бане, что ли, парит?



Лана Каминская, Fern Flore

Отредактировано: 24.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться на подписку