Стеклянное Рождество. Часть 1. Затянувшийся Сочельник

Размер шрифта: - +

Глава шестая

в которой проводится несколько исследований с неожиданными результатами, а также происходит разговор о безумии, смерти и любви.

 

Санкт-Петербург. Примерно за год до драки в баре «Великое Древо». Центральный офис Агентства «Альтаир». Тридцать седьмой уровень. Архивы.

По всем писаным и неписаным законам здесь должна была наличествовать пыль. Много пыли. Хотя бы потому, что картонные папки, книги, манускрипты и свитки пергамента от века собирают оную на себя в жутком количестве.

Тем не менее пыли не было, и Птаха могла даже понять, почему: сложнейшая структура заклятий, защищавшая архивные помещения Агентства, использовала пыль как частичный источник питания. Систему эту ставили, совершенствовали и поддерживали поколениями, она не замыкалась ни на одного из её авторов и была практически полностью автономна. Птахе пришлось разобраться во всём этом: так или иначе, она отвечала за циркуляцию информации в стенах Агентства, а посему — и за её безопасность. Лихим вывертом бюрократической логики из вышесказанного следовало, что и сами Архивы находятся в сфере ведения старшего системного оператора.

— Ведения, а не управления, Птаха, — с лёгкой улыбкой на устах произнёс Александр Евгениевич, когда на четвёртый год службы та явилась к нему поинтересоваться, почему удовлетворяются далеко не все её запросы. — Сие означает, что некоторая информация засекречена, в том числе и для тебя. Впрочем, после того оригинального танца шпаги и пистолета, что мы устроили на Исаакиевской площади, я, пожалуй, готов предоставить тебе некоторые права, выходящие за обычные рамки.

— Доверяешь? — с усмешкой спросила Птаха.

— Доверяю, — спокойно кивнул Светлов. — Теперь доверяю.

И только тогда женщина поняла, что три прошедших года были для неё не более чем испытательным сроком. Разглядев в глубине её глаз это осознание, специалист по связям с общественностью кивнул и выписал новый пропуск уровня старшего оперативника Третьего отдела по особым операциям.

В своё время старшему системному оператору не пришлось задавать вопрос, почему Архивы хранятся в столь неприглядном и старомодном виде при наличии самой современной компьютерной базы. Ответ лежал на поверхности, и она осознала его, стоило ей заглянуть в первую из интересовавших её папок.

«В этом мире полно доморощенных хакеров. Никто не застрахован от того, что среди них найдётся некто, обладающий силой. Один взлом подобного хранилища, и на просторы всемирной сети хлынет такая информация, что миру станет жарко. Нет уж, право наше начальство: на бумажках да под заклятьями оно будет вернее».

Под обложками из плотного картона, на желтоватых листках, лежала истинная история и структура Агентства. Разумеется, документы о временах основания этой организации требовали для просмотра не пропуска, а особой должности, но Птахе хватало и того, до чего она могла добраться. Только бумага и картон, только переписанные и перепечатанные на машинках и принтерах хроники: раздел с инкунабулами и свитками выделанной кожи пока что оставался недоступен для любознательной сотрудницы. Краткие досье на нынешних и некоторых прежних начальников отделов входили в список доступных документов, и сисопу потребовалась недюжинная сила духа, чтобы не вцепиться в них сразу же.

«Я должна понять, в чём же на самом деле работаю», — твёрдо сказала она себе и уселась за «Исторические документы». Факты и неподтвержденные данные многосотлетней давности оживали перед её глазами, складываясь из рукописных и отпечатанных строчек.

День за днём Птаха поднималась на тридцать седьмой этаж, проходила по длинному, запутанному пути и входила в помещение без окон, в стенах которого пульсировали охранные чары. Предъявление пропуска, рутинные фразы о погоде и здоровье, адресованные Архивариусу, не старому ещё мужчине с глубоко посаженными чёрными глазами и щедро побитой сединой буйной шевелюрой. Номер папки, неяркая лампа и подчёркнуто сухой текст.

— Будь проклят тот, кто придумал канцелярит, — вполголоса ругалась Птаха, осторожно переворачивая ломкие страницы. — Надо же таким ужасным языком писать о столь интересных вещах.

За своей конторкой согласно вздыхал Архивариус.

Спокойствие продолжалось до того дня, когда Птаха добралась до событий стапятидесятилетней давности. Во всех папках из списков руководителей отделов было вымарано одно и то же имя, и системный оператор со всевозможным тщанием исследовала текст и данные, стремясь понять, кто же начальствует над Четвёртым отделом, «сиречь, отделом внутренней безопасности и контроля». Привычка Агентства не раскрывать некоторую информацию, а предоставлять сотрудникам самостоятельно выискивать оную, одновременно бесила и вызывала жгучий интерес исследователя.

— Собрание номер двадцать пять семьдесят девять, — по старой привычке Птаха бормотала себе под нос одними губами, — число… председатель… понятно, кто. Так.

Очередной открытый лист был зачернён почти полностью, лишь некоторые строчки оставались читаемыми. Женщина хмыкнула.

— Интересно. Повестка… вымарано. Протокол заседания…



Корин Холод

Отредактировано: 22.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться