Страсти в казённом доме

Глава 4

Список всех проживающих в Доме престарелых получить оказалось очень просто, но лишь для сотрудника. Когда Катя передала мне ключ от конторки вместе с огромным журналом регистрации посетителей, я лишний раз убедилась, что план Анны был превосходен. Журнал и список запирались на ключ, поэтому постороннему человеку, чтобы добраться до списка, пришлось бы взламывать ящик или пользоваться отмычками, что было крайне нежелательно. Мы не хотели вызывать каких бы то ни было подозрений, ни у администрации, ни у самого Ивана, если он действительно находился здесь.

Я чувствовала себя шпионкой, когда тайком копировала список. Мне помогло то обстоятельство, что стойка администратора была устроена очень удобно. Верхняя поверхность стойки скрывала некое подобие стола, на котором я делала нужные записи. Была пятница, и посетителей пришло довольно много или мне так показалось с непривычки. Факт тот, что меня постоянно отрывали от копирования, и поэтому работа растянулась. Самое интересное, что в списке оказалось всего пятнадцать человек, а мужчин из них только пятеро. Это, конечно, здорово облегчало нашу задачу.

Ровно в пять часов к крыльцу подкатил нарядный новенький ПАЗ и забрал Ангелину Леопольдовну, двух дамочек из бухгалтерии и бравого стража ворот. Кто его сменил на посту, я пока не видела, но очень хотелось посмотреть, на кого оставляют заведение ночью.

Ангелина Леопольдовна, проходя к двери, доброжелательно мне улыбнулась и окинула быстрым взглядом мое новое платье из натурального шелка. По тому, как прищурились ее глаза, я поняла, что с одеждой не прогадала.

К Анне я смогла попасть только после окончания смены. Она с нетерпением ждала моего появления и порывисто схватила список, доставивший мне с непривычки столько хлопот. Пробежав его глазами, она разочарованно вздохнула и опустилась в кресло.

- Только не говорите мне, что вы ожидали увидеть здесь настоящую фамилию Ивана с полным адресом, – укоризненно сказала я, усаживаясь в соседнее кресло.

- Ты не поверишь, Олечка, но была такая глупая надежда. Не обращай внимания, просто я устала от бесплодных попыток.

- Рановато вы загрустили, мы же еще даже не приступали к поискам. Смотрите, всего пять мужчин, это уже добрый знак, – сказала я, доставая из сумочки листок бумаги.

- Что это? – встрепенулась Анна.

- Это уже мой список. Мы его составили вместе с Владом. Понимаете, вы уже давно занимаетесь поисками, а нам нужны подробности. Вот тут вопросы, на которые я попрошу вас ответить.

- Пожалуйста, я должна была сама догадаться, что вам не хватает информации.

- Итак, полное имя и фамилия преступника нам известно – Иван Павлович Васильков. Кстати, очень романтическая фамилия, – улыбнулась я.

- Да, особенно для беглого преступника, – горько усмехнулась Анна.

- Ваша правда, – сказала я. – Идем дальше. Возраст?

- Пятьдесят восемь лет. Он был намного старше наших мужей.

- Внешние данные?

- Ну… - Анна ненадолго задумалась. – Я могу описать только с чужих слов, сами-то мы его никогда не видели. Высокий, примерно, метр восемьдесят, блондин. Хотя, что я говорю, теперь он должен быть седой. Но не это главное. У него есть особая примета.

Я сделала стойку. Ситуация начинала приобретать явные черты детектива. Анна, тем временем, продолжала.

- На правой руке у него не хватает одной фаланги на безымянном пальце.

Я на время лишилась дара речи.

- Что ты так смотришь, Оленька? – участливо спросила меня Анна.

- Господи, с такой приметой и его не могут поймать на протяжении почти четверти века?! Да жив ли он вообще? Может быть, вы гоняетесь за призраком? – я вскочила и подбежала к стене, где висело библейское изречение. – Может быть, он уже в той самой земле, которая прокляла братоубийцу!

- Оля, успокойся, сядь, – одернула меня Анна. – Я понимаю, как впечатлила тебя эта информация, но послушай сначала меня.

Я отошла от стены и снова устроилась в кресле.

- Он не четверть века ходит с этой приметой. Увечье он получил относительно недавно. Андрею удалось узнать, что в каких-то тюремных разборках Иван прозакладывал свой палец и проиграл. Законы у них там суровые и ему просто-напросто отрезали фалангу. Именно этот факт вселил в нас надежду, что мы до него все-таки доберемся.

- Тогда извините, это совсем другое дело, – покаялась я. – У меня тут как раз еще один вопрос, касающийся примет. Есть ли у него какие-нибудь стойкие привычки?

- Да, умеете вы с Владиславом составлять вопросники, – улыбнулась Анна. – Представь себе, есть такая привычка, только увидеть ее можно при определенных обстоятельствах.

Я заинтригованно застыла, параллельно перебирая в уме все известные мне привычки и теряясь в догадках. Анна сделала эффектную паузу и, наконец, сказала.

- Перед сном он обязательно делает пять глубоких вдохов и пять выдохов.

- Он что, ненормальный?

- Уже давно он вычитал в каком-то журнале, что это помогает предотвратить рак легких. Привычка настолько укоренилась, что даже в тюрьме он делал это постоянно. Курить так и не бросал, а профилактику рака легких проводить не забывал.

- Да, непубличная какая-то привычка. Боюсь, что эта информация для нас будет бесполезна, – посетовала я. – Но у меня уже вырисовывается кое-какой план дальнейших действий.

- Говори скорее, а то я уже засиделась в четырех стенах, – нетерпеливо заерзала Анна.

- Поскольку я здесь человек новый, то никого не удивит, если я сейчас пройдусь по комнатам и познакомлюсь со всеми обитателями. Лучшего повода, чтобы увидеть каждого в естественной обстановке, может больше не быть. Еще не поздно, спать никто не должен лечь, так что – самое время.

- Замечательно! – воскликнула Анна. – Я знала, что не зря на вас рассчитывала.