Субъект

Размер шрифта: - +

Глава 16. Просветление

– Я сплю? – слабым голосом спросил друг, сидя посреди разбросанных мною вещей в его же комнате, к которым я, впрочем, даже и не притрагивался.

Он сидел в боязливой позе, робко зажав кулаки промеж колен, смотрел остановившимися глазами перед собой, оглушенный моим откровением настолько, что поначалу даже отказывался его воспринимать.

Он упрямо мотал головой, отказываясь смотреть на раз за разом как будто по своей воле падающие вещи, он игнорировал книги, что самостоятельно выдавливались из плотно сжимающих тисков стоящих по соседству фолиантов. В конце концов, он отвернулся от ртутного термометра, который буквально у его носа воспарил прямо с моей ладони, а заполняющая его ртуть, без видимых на то причин, спряталась за отметкой в тридцать четыре градуса.

А что до моей попытки передать весь необъятный по меркам ощущений мир, который открывался передо мной благодаря алиеноцепции, то здесь друг и вовсе рассмеялся, посчитав, что это просто какая-то выдуманная шутка.

– Это не может быть правдой, – упорно повторял он, улыбаясь. Но по мере углубления в детали, которые, ко всему прочему, подкреплялись моей малообъяснимой осведомленностью о местоположении вещей в его квартире, включая те, о которых он и сам не знал или напрочь забыл об их существовании, как, например, о флэш-накопителе, затерявшимся под ковром,  его улыбка меркла все сильнее, все меньше находя в себе пищу для сопротивления.

– Если это действительно так, то я ума не приложу, почему ты еще здесь, а не где-нибудь за стеной, отделяющей тебя от женской раздевалки, – наконец, как бы сдавшись, вяло отшутился друг.

Я плотоядно ухмыльнулся.
 

– То, что я вижу, доставляет скорее информативное удовлетворение, нежели эстетическое.

– Ага, – он на секунду задумался, – зато представь, какая эстетика начнется, если ты будешь вовремя считывать ту самую женскую мысль, которую мы, парни, извечно упускаем из виду. Я представляю, какое там будет информативное удовлетворение, – завистливо вздохнул друг.

– Нет, я не умею читать мысли.

– Ты же говорил, что внушил охраннику какие-то там мысли, – возразил друг, – значит, логично предположить, что ты можешь их в принципе прочесть.

– Ты не так понял, – я повел по комнате взглядом, – как бы тебе объяснить… Вот, что это?

– Э-э… – глядя на мой палец, указывающий на некое сооружение из микросхем на полке, друг потер лоб. – Чёрт! Забыл название…

– А для чего оно?

Он напрягся, будто пытаясь подобрать слова, но тут же извиняюще развел руками.

– Не знаю как сказать… Что-то голова не варит сегодня…

– Ты издеваешься? – воскликнул я. Друг подрабатывал ремонтом компьютерной техники на дому. – Это же твоя работа!.. А, ладно… Вот, например! – я кивнул на клавиатуру от стационарного компьютера.

Он непонимающе смотрел.

– Эти клавиши все равно что ниточки, к которым у меня есть доступ и которые я могу дергать, чтобы в его мозгах, – я указал на экран монитора, – что-то появлялось.

– Ну так и в чем проблема?

– Проблема в том, что мне неведом язык программирования. И потому я не могу ввести ни одну осмысленную команду на клавиатуре, которая бы заставила твой компьютер перейти в другой режим, вынудить его охладиться или разогнаться или форматировать данные с жесткого диска. Я не знаю никаких команд. Я уж молчу про то, что в данном сравнении язык программирования у каждого индивидуален.

– Да уж, – поник друг, – какая-то бесполезная сторона умений, выходит. Но ведь хоть что-то ты же можешь сделать с мозгом?

– Да, я могу сделать это, –  наклонившись к задней панели его системного блока, я выдернул шнур от клавиатуры.

– Беспредел, – тихо ужаснулся друг, – выходит, теперь ты очень опасный человек. До сих пор не могу поверить, что ты убил того парня. Скажи хоть, что это вышло у тебя случайно.

– Нет, – холодно отрезал я, – не случайно. Его никто не просил толкать меня плечом.

– Мог бы и сказать мне, что случайно, – поежился он, – а то мне теперь как-то неуютно. Меня-то ты, надеюсь, не убьешь?

– Только если ты не будешь снова мне рассказывать про свою подругу, – фыркнул я.

Он помрачнел.

– Кстати, я должен сейчас ей позвонить, а то она опять… с самого утра истерики устраивает…

– Только не это, – простонал я.

– …ищет повод для скандала. Пожалуйста, выйди из комнаты минут на десять… или давай я выйду? Я быстро с ней поговорю, а то она ведь не уймется, ты же знаешь, – нервно попросил он, многозначительно косясь на телефон, что в который раз сотрясся от чьей-то гневной смс. – Прости! – быстро добавил он, перед тем как захлопнуть за собой дверь.

Я раздраженно рухнул на диван напротив телевизора. Тот был включен отошедшим на кухню отцом моего друга, и по нему шли новости недели. В обычной ситуации я бы не раздумывая выключил его в ту же секунду, ведь мой любимый канал теперь был алиеноцептивный, но в этот раз, влекомый зовом любопытства, сделал громче.

Я допускал абсурдную и довольно-таки нескромную мысль, что в этот раз в новостях непременно упомянут обо мне. Ведь субъективно, меня буквально распирало от пережитых впечатлений и событий последних дней и на фоне них всё то, что сейчас говорили в новостях, было чем-то невероятно скучным, рутинным, незапоминающимся, никак не соответствующим рубрике «Новости недели».

«Тело мужчины нашли сегодня в лесополосе возле восточной автострады, по словам очевидцев, накануне его видели рядом с…», – бесстрастно тараторила диктор, и я еле сдерживался от корч, своевременно самому себе напоминая причину, по которой вынужден все это слушать. Все равно мне надо эти десять минут чем-нибудь заняться, – напомнил я себе.



Андрей Нокс

Отредактировано: 16.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: