Судьба отверженных. Ариана

ГЛАВА 17

ГЛАВА 17

Большой и шумный город на слиянии двух рек. В центре площадь с храмовым комплексом в виде ступенчатой башни-зиккурата. Её ступени поднимаются высоко в небо. Казалось, они направляются к богам. Храмовый комплекс соединяется висячими садами с дворцом правителя.

Ого! Какие технологии! Или всё же магия?

– Зачем такие башни строили? – спросила ангелисса. – Неужели…

– Конечно, – пояснил Матис. – Шумеры понимали, что изучение космоса приблизит их к Творцу.

– Уж не возомнили ли они, что стали его преемниками на планете?

– Они были первыми его детьми на Земле.

– Чтили и боготворили? – уточнила Ариана. Она подумала о своих собратьях ангелиссах. Так ли уж были они преданы тому, детьми кого были? Не забыли ли, что не они создали этот мир, не зарвались ли, предпочитая забыть о своём создателе, ведь он никогда не напоминал о себе? А когда чувствуешь вседозволенность, то начинаешь ощущать себя всемогущим. Неожиданно поняла, что именно вседозволенность и стала причиной разделения Высших. И явственно начало прослеживаться их размежевание, которое и привело к настоящему положению вещей. И как же получилось, что ангелиссы стали для людей олицетворением Света, а демониссы – Тьмы?

Усмехнулась: пропаганда и ментальное воздействие на психику человечества – могучий рычаг, способный повернуть ситуацию в нужную сторону.

И вот уже тысячелетия в Срединном мире поклоняются не самому Творцу, а всего лишь его жалким творениям, которые наслаждаются этим поклонением, ведь без него им не жить!

И Ариана вздохнула, поняв, что ангелиссы черпали свои силы именно в Срединном мире, забирая у людей то, что сами называли магией, поэтому и не могли люди заниматься волшебством.

Только самые сильные, которые противились и не отдавали энергию, полученную при рождении, становились экстрасенсами, а при правильном подключении к вселенскому хранилищу могли стать Высшими или даже сильнее?

От такого объяснения стало не по себе. Она знала, что её семья умела подключаться к космическим запасам энергии, но это требовало определённых умений, сосредоточенности и чистоты помыслов, а другие Высшие?

Очнувшись, ангелисса увидела внимательный взгляд Матиса. Он не мог прочесть мысли, но почувствовал недоумение, потрясение девушки, приписав это тому, что она видела. Ангелисса с трудом восстановила нить разговора, когда Матис сказал:

– Не иронизируй! Шумеры знали своё место.

– Простые люди ― возможно, а жрецы?

–Жрецы имели обширные знания, но полностью зависели от правителя.

– Только он был посланником бога на Земле?

– Не зря же во многих странах царей до сих пор считают помазанниками божьими.

– А это спорный вопрос, – упрямо поджала губы ангелисса. – А жил царь шумеров неплохо: огромный дворец с удобствами, которые и не снились простым людям, живущим в глинобитных хижинах, так?

– Плебеи жили в таких условиях, которые сами могли создать, – высокомерно сказал Лорд.

– Кто это определил?

Матис не стал отвечать. Его глаза вдруг полыхнули застарелой тоской. Ариана напряглась и смогла увидеть то, что он прятал так далеко, что сам удивился тому, что помнит.

Роскошная спальня: широкое ложе с шёлковыми простынями небесного цвета под прозрачным балдахином. Стены отделаны переливающейся золотом тканью, резная мебель из красного дерева, тяжёлые шторы закрывают окно, сквозь них едва проникает дневной свет, но в комнате светло от причудливых светильников.

Красавица с правильными чертами греческих богинь сидела перед большим трюмо, расчёсывая свои роскошные золотистые волосы.

Рядом стоял высокий мужчина с чёрными волосами, собранными в низкий хвост, широкоплечий и статный. Лицо закалённого в боях воина было загорелым, черты лица казались высеченными из золотистого мрамора. Его тёмные глаза смотрели на женщину с обожанием, руки были опущены на её хрупкие плечи

– Почему? – глаза полыхнули болью. – Разве я не делал для тебя всё, что было в моих силах? Разве я не любил тебя? Не окружил роскошью, не исполнял все твои желания? Чего тебе не хватает?

– Свободы, – сказала красавица, глядя на отражение супруга. – Ты посадил меня в золотую клетку и не хотел выпускать. Ты хотел, чтобы я услаждала твой взор прекрасными нарядами и сладкоголосым пением. Ты хотел, чтобы я танцевала только для тебя. А мне нужен зритель, мне нужны восхищение и комплименты. Я хочу танцевать и петь для всех.

– Это невозможно, ведь ты царица, ты избранная! Ты должна направлять стремления людей, а не быть для них увеселением.

– А если мне это прискучило, если я хочу новых ощущений, хочу быть рядом с простым человеком, не наделённым божьей искрой, но искренне обожающим меня?

– Разве я не любил тебя?!

– Не любил, – грустно улыбнулась супруга. – Ты любил картинку, созданную тобой, а я хочу быть сама собой, а не делать то, что ты считаешь нужным.