Сумеречные дали

Глава девятнадцатая

Бабушка смирилась с моим решением уйти к Владу, а вот отец устроил скандал. Привык человек жить по старинке – сначала свадьба, потом жить вместе. А я пока не готова к замужеству. Я хочу убедиться, что мы в безопасности, тогда и о свадьбе можно будет говорить. Теперь я хожу к бабуле, когда наверняка не застану у неё отца. Обещала ей сегодня помочь с уборкой при условии, что папа не нагрянет с визитом.

-Кстати, ты не хочешь вернуться в больницу? – как бы, между прочим, поинтересовался Влад. – Тебе не хватает общения, я заметил это. Это я, волк одиночка, а ты типичный представитель социума.

-Я? Вот уж не думала, что ты мне предложишь вернуться на работу. У нас закончились деньги, и ты гонишь меня на работу? – в шутку испуганно спросила я.

-Нет, конечно, – улыбнувшись, ответил Влад. – Просто не хочу, чтобы ты страдала. И потом, меня волнует твоё будущее. Учиться на доктора не передумала?

К чему все эти вопросы? Мне, конечно, приятно, что Влад заботится обо мне, но выгонять меня из дома на работу, а тем более в Тамбов, чтобы я продолжила учёбу, это уже слишком.

-Так и скажи, что я надоела тебе – обиженно поджав губы, заметила я. – Хорошо, уеду в Тамбов и продолжу учёбу.

-Мы вместе уедем.

-Вместе? Ты шутишь?

Что он задумал? Разве мы можем уехать из этих мест? Он сам говорил, что ему нельзя отрываться от родителей, что это опасно для всех Шумиловых.

-Ну, если так, то зачем мне работать, занимать чужое место.

-Хорошо, бездельничай, – согласился Влад. – Ты поедешь со мной?

-Куда?

Вроде бы с утра он ничего не планировал.

-Нужно встретить Ольгу. Они сегодня прилетают из Барнаула.

Они? Ах, да, Ольга, а ней Степан, они теперь вместе. Не хочу встречаться со Стёпкой и, тем более с Ольгой при таких обстоятельствах. Ребята с дороги, уставшие. Я успею пообщаться с ними.

Интересно, где они жить собираются после свадьбы? Неужели в доме у Шумиловых?

-Поезжай один, – сказала я. – А я пока с бабулей побуду. Я обещала ей помочь с уборкой.

***

У бабушки я себе места не находила – вся издёргалась. Не понимаю, зачем отпустила Влада одного? Что мне стоило потерпеть неудобства, но быть рядом с ним. Его телефон не отвечает – он вне зоны доступа. Мне остаётся только ждать и верить, что всё закончится благополучно.

-Ты какая-то заведённая, – сказала бабушка, когда я помогала ей с уборкой по дому.

Не надо, чтобы бабуля видела мои переживания. Я улыбнулась ей и ещё тщательней стала натирать ковёр средством. Мне нравится помогать бабушке. Кто же ещё ей поможет, если не я. А бабуля у нас уже старенькая, беззащитная и требует должного ухода. Я привожу ей продукты, дом убираю, иногда готовлю, что бы ей у плиты не стоять.

Почему отец не заставит Верочку помочь бабуле? Откуда вообще взялась эта женщина? Я думала, папе будет лучше, если у него появится женщина, а вышло не совсем так. Папа изменился, дёрганый стал. Он навещает бабулю, но один, без Верочки. А бабушка молчит, не хочет лезть в его жизнь.

-Не повезло папе, – озвучила я свои мысли.

-Да, Верочка ещё та штучка, – посетовала бабуля. – Быстро взяла в оборот Пашку моего.

-Может, ему нравится, что на него давят, – предположила я.

-Хорошо бы если так, – вздохнув, сказала бабуля. – Что за доля ему выпала? Одна жена сбежала, а другая, словно клещ присосалась.

-Я не оставлю тебя. Ты ведь у меня одна, единственная, – пообещала я.

-А вы с Владом думаете расписываться? – поинтересовалась бабушка. – Не знаю, что и говорить людям. Живёшь с ним, а документы не оформлены.

Ох уж эти бумажные условности и люди, которым не даёт покоя чужая жизнь. Что значит заключить брак? Тётенька в элегантном костюме, произнесёт, что мы теперь муж и жена. Не вижу смысла. Венчание – это я понимаю, а запись гражданского состояния в книге актов мне не о чём не говорит.

Но, лучше сделать всё по правилам, чтобы люди прекратили «трепать» наши имена.

-Будет и на нашей улице праздник, – пообещала я. – И тебя за столом на главное место посадим.

Бабушка перекрестилась и вышла из комнаты. Не понятно, радуется она за меня, или отвести беду просит у Бога.

-Устинья приходила, – вернувшись с веником, как бы, между прочим, сказала она. –

Выспрашивала, кто тебе про Полину, про её племянницу рассказал. Она думает, что ты что-то знаешь, да только молчишь.

-Я к ней заходила, но, знаешь, ничего не выяснила. Она вокруг, да около, ходит, а конкретно ничего не говорит, – пожаловалась я.

-Вот и матери твоей она голову заморочила: «Уезжай, уезжай, а то дочь потеряешь», и что? Разбила семью. Отец-то твой не согласился уезжать из городка.

-Ты его не отпустила?

-Я-то тут причём? – удивилась бабуля. – Жалко ему было с Борками расставаться. Дом вон, какой выстроил. Отец твой рассчитывал, что вы помыкаетесь по квартирам, да вернётесь, а оно вон как вышло.

-Бабушка, а что Устинья имела в виду, когда сказала, что я всю жизнь по краю хожу?

-Что есть и что ждёт тебя, одному Богу известно. А судьба каждому своя дана. Вот тебя и увезли уже из Борок, а ты вернулась. Ничего спроста не происходит.

-Бабуль, ты меня пугаешь, – насторожилась я. – И Устинья никак не угомонится – ходит, ходит. А ещё сказала, что за мной смерть увязалась.

-Господи, вот чего удумала, – возмутилась бабушка. – Ну, вот придёт, задам ей жару, чтобы язык свой утихомирила. А ты лучше слушай себя, так оно лучше будет. – Кто поймёт чужую душу?

-Кавалер твой приедет за тобой? – спросила бабуля.