Сумрачный огонь

Размер шрифта: - +

ll Управляющий кровью ll

12 мая 2018 год

С подбородка сорвалась капля холодной грязной воды и разбилась о серую кафельную плитку пола. Мелкая дрожь пробирала его озябшее тело, к которому противно липла мокрая одежда, а зубы редко постукивали друг о друга, раздаваясь вспышками головной боли в отяжелевшей черепушке. И он не знал, отчего чувствовал себя столь паршиво: то ли от того, что заболевал, то ли из-за очередного сотрясения мозга. 

Откинувшись назад и облокотившись на сливной бачок унитаза, Ганс с тоской от безысходности посмотрел на полоску оранжевого света от заходящего солнца, падающего из-под двери кабинки. Уборщица уже как час ушла с работы. Она не придёт и не освободит его из заточения. Ещё через час сторож сделает последний круг по пустынным коридорам для галочки в журнале и закроет школу. А ему в лучшем случае предстояло провести два дня в вонючем туалете: без воды и еды, — в худшем же за ним скоро должны были явиться. 

Проведя подушечками пальцев по шершавой стенке, испещрённой похабными словечками, выцарапанными циркулями и перочинными ножами, Ганс глубоко вздохнул. Никто из одноклассников и учителей про него не вспомнил, даже если и заметили сумку, лежащую на парте — сделали вид, что не увидели. Они намеренно игнорировали существование сироты с бросающейся в глаза мутацией во внешности. Учителя не раз намекали, говорили открытым текстом, что ему стоило бы перекраситься, дабы меньше привлекать к себе внимания. Как будто краска для волос могла решить вопрос травли. Да они и сами прекрасно осознавали абсурдность предложения. Всего-навсего создавали видимость участия, когда на деле им было абсолютно плевать. 

Громко стукнула о стену распахнутая с ноги дверь. Сторож, видимо, в честь субботы свалил с работы пораньше. И они не заставили себя долго ждать, в мгновение ока заполнив туалет идиотским смехом. 

На кафельный пол со звонким стуком упала ручка деревянной швабры, и затем уже открылась дверца кабинки. Четыре пары жестоких глаз устремили свои острые как бритва взгляды на Ганса. Они не собирались сегодня отделаться парочкой затрещин и издевательских шуточек. Нет, сегодня они были настроены иначе — это отчётливо читалось в искривлённых яростью физиономиях. 

— Выходи, урод, — грубо приказал Михаэль. 

Он послушно поднялся и шагнул к ним навстречу. Пусть лучше они изобьют его на крыше или в подвале. Где угодно, лишь бы не в туалете — в соблазнительной близости к паршиво пахнущему унитазу, санитарией которого уборщица давно пренебрегала. 

Бард грубо схватил его чуть выше локтя и протащил по коридорам, лестницам, буквально вытолкнув в центральный холл на первом этаже к остальным. В общем числе их собралось семеро: двоих он знал поименно, лицо ещё одного время от времени мелькало в общих компаниях. Остальных же Ганс видел впервые. 

— Чё встал на проходе? — рявкнул один из незнакомцев и со всей дури пнул его в спину. 

Он пролетел метра два, собирая боками грязь со скользкого наливного пола, наспех помытого уборщицей. И остановился скорее благодаря другой ноге, что подошвой ботинка упёрлась ему в затылок. 

— В тряпку половую играем? — усмехнулся коротко стриженный шатен со знакомой физиономией. Его глаза сочились таким презрением, с которым не смотрели даже на вшивую дворнягу, осмелившуюся оскалить беззубую пасть. И, криво усмехнувшись, он выразительно прочистил горло и харкнул ему на лицо. 

Несмотря на то, что Ганс попытался отвернуться, меткий стрелок всё равно попал ему на щёки и подбородок. Как же он ненавидел подобных мерзких уродов, которым одного физического насилия всегда было мало. Они желали и морально сломать человека, наслаждаясь, как первобытные животные, каждым его унижением. 

— Мы же с тобой по-дружески общались, — вдруг елейный голосом заговорил Михаэль, присев напротив него на корточки, пока он, привстав на локоть, оттирал щеку от вонючей слюны. — А ты взял и настучал на нас. Нехорошо получается... Меня вот из-за твоих соплей из школы выперли и поставили на учёт, а Барду уголовка светит. Заметил на его ноге этот дерьмовый браслет? А то, что Коста не хватает, тоже заметил? 

— Хоть один из уродов понёс ответственность, — отстранённо произнёс Ганс и тут же получил болезненный пинок от мерзкого шатена в грудь, заставивший его опрокинуться обратно на пол и стукнуться затылком, из-за чего на мгновение в глазах потемнело. Одна радость — далеко падать не пришлось и удар оказался не таким болезненным, как если бы он стукнулся головой с высоты своего роста. 

— Зачем же ты так, паскуда? — зло процедил Михаэль, скалясь в диковатой улыбке. — Хорошо ведь общались. Доводишь приличных людей до крайностей. 

— Приличные люди? С вашей-то «принудительной благотворительностью», — всё так же безучастно заметил он, не делая попыток подняться. — Или, может, вас приличными считала та девушка? 

— Да ты у нас мазохист, как погляжу… Ничего, сегодня получишь порцию удовольствия, пока мы будем делать из тебя отбивную. А в следующей раз подумаешь своей белобрысой безмозглой головой, прежде чем стучать на нас. 

Приподняв Ганса за несопротивляющиеся руки, его куда-то потащили двое парней, раза в три крупнее среднестатистического школьника, да они и не выглядели, как школьники — скорее как машины, что последние три года дневали и ночевали в тренажёрном зале. И он, разглядывая сбоку их лица, подумал о прокисшем молоке, доставшемся ему на завтрак. День не заладился ещё с самого утра и становился всё паршивее и паршивее. Наверное, надо было почитать гороскоп с вечера. 

Когда они оттащили его достаточно далеко от окон, в тёмный угол холла, то Бард как раз вернулся с ведром воды и парой чистых полотенец. Удивительно, как это они так оплошали и в грязи не успели тряпки извозить специально для него. Да и удивляло временное отсутствие столь важной фигуры, странным образом миновавшее вниманием Ганса. 



Evelina

Отредактировано: 20.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться