Сумрачный огонь

Размер шрифта: - +

ll Вступительные экзамены ll

13 июня 2018 года 
 

— Вы в жопе! — сквозь хриплое от одышки дыхание выкрикнул Натан, остановившись в распахнутом дверном проёме аудитории. Тут же сорвался с места, взбежал по ступеням и едва не налетел на парту, за которой сидели Алеста с Гердой. Его ладони грозно хлопнули по столешнице, но в голосе, в противовес языку тела, сквозило отчаянье: — Полная жопа. Объявили дату экзамена — двадцатое июня. Всего через неделю! 

— Да твою ж мать… так и знала, что останусь на продлёнку. 

— Безусловно, приятного мало в том, чтобы остаться в числе неуспевающих. Однако, если смотреть в перспективе продолжительности нашей жизни, для которой месяц или даже год не имеет особой ценности, задержаться в ознакомительной группе — не столь уж и велика проблема. 

— Но тогда же мы будет учиться раздельно! 

— Не тупи, мы в любом случае окажемся в разных группах, — приуныв, напомнила Алеста. — Элементалисты учатся на Сатоне, а вы втроём пойдете на Аннаир: Герда примкнёт к магам, ты спрячешься среди тыловиков, а Ганс сиганёт в авангард. Да и остальные тоже рассыпятся по разным факультетам и группам.

— Не совсем верно. У нас есть одногруппники с одинаковыми и схожими способностями, следовательно, они продолжат учиться вместе. Например, Патрик останется в компании Янники, так как невидимки и перевёртыши входит в одну группу – хамелеонов. 

— Да какая разница, в паре или по одиночке. Всё равно группа из одиннадцати студентов расколется на… – она замерла и принялась в уме подсчитывать точную цифру, поочерёдно загибая пальцы. – … на семь осколков. 

— Восемь, – поправила её Герда. 

— А, ну да. Себя забыла посчитать, — смущенно улыбнулась она. 

Присев за парту перед ними, Натан подпёр руками голову и проворчал:

— Не хочу откалываться. 

Стоило же им замолкнуть, как через пару минут с его стороны послышалось тихое сопение. Они уже несколько дней спали не больше четырёх часов в сутки. По вечерам разгребали завалы на стадионах, которые устраивали старшие во время тренировок, а по утрам протирали полы и парты в аудиториях. Ганс вместе с Патриком взяли на себя душевые комнаты и столовую. А уборка туалетов оказалась всего лишь страшилкой для младших, которую активно поддерживали как студенты, так и педагоги. 

Сонно зевнув, Алеста опустила голову на прохладную столешницу и посмотрела на углубившуюся в чтение Герду. Книги в кожаных переплётах сменялись в её руках ежедневно. Многие из них с виду почти не отличались: коричневая обложка, старые пожелтевшие страницы, больше похожие на иссохший папирус, нежели на нормальную бумагу. Некоторые были усыпаны мелким печатным текстом, а другие написаны от руки каллиграфическим почерком. Вот и сейчас она читала одну из таких книг, больше напоминающую личный дневник какого-нибудь древнего старика. 

Непонятно. Что она находила интересного в разваливающихся пережитках времени? В них же даже картинок нет. Одна сплошная скукотища... Хотя лучше пусть свои занудные книжки читает, чем странные идеи обмозговывает.  

С того дня никто не возвращался к разговору, едва не рассорившему их. Герда больше ни озвучивала безумных мыслей, а остальные делали вид, что позабыли о её минутной слабости. Такая ерунда пришла к ней в голову в результате сильного стресса. Алеста прекрасно это понимала. Они страдали с неделю из-за интенсивных тренировок. Во время марафона ощутили себя зайцами, попавшими в капкан. А в конце так феерично проиграли. 

Тем не менее неприятности даже и не думали заканчиваться. Сначала они оказались первыми с конца в списке выигравших в марафоне, поскольку единственными были дисквалифицированы полным составом. Затем на них ополчилась оставшаяся часть группы — никто, естественно, не желал помогать им убираться. Янника даже попыталась поиграть в плохую девочку. Сначала задирала их на словах, а потом перешла и к действиям. Впрочем, когда она намеренно толкнула Герду столь сильно, что та упала перед ней на колени, Алеста мигом нащупала её куцый чернявый хвостик. Хватило всего одной дисциплинарной беседы, чтобы вернуть стервочку в чувства; чутка оттаскать за волосы и прописать пару отрезвляющих оплеух.   

А вот Ганса освободили от тренировок и заставили ходить к мозгоправу. И данная неприятность напрягала Алесту сильнее остальных. Вдруг его снова запрут в одиночке или куда-то отошлют, посчитав слишком опасным. Как же ей этому помешать?..

 

Урок, посвящённый разбору чаще всего используемых алюмских устройств, пролетел незаметно, как и последующий обед. Спать хотелось так сильно, что приходилось постоянно щипать себя за руки и ноги, безжалостно выкручивая кожу. Больно, но зато эффективно. На тренировке же стало полегче бороться с сонливостью. После пробежки в несколько километров, рот уже не стремился порваться от очередного зевка. Наконец, впервые за день она смогла ощутить себя нормальный человеком, а не передвигающимся на автопилоте зомби.  

— Алеста, Герда, подойти, — позвал их Леон, стоя у забора. 

Ничего хорошего его серьёзный взгляд не предвещал, но они всё же подбежали к нему и молча уставились в бледно-голубые глаза.  

— Вы единственные, кто до сих пор не показал никаких результатов. Не думаю, что за неделю что-то изменится. Вы же понимаете, что это значит?

— Что мы останемся на второй год? 

— Второй месяц, — поправил он и усмехнулся, поигрывая бровями: — вот уж озорница, подколоть меня пытаешься. 

— И в чём, собственно, проблема? Даже если мы и останемся на «второй месяц», разве это отразится на нас каким-то кардинальным образом? 

— В целом – нет. Но следующая группа новичков будет сформирована через два месяца. До сентября в таком случае вы будете на самообучении. Я, конечно, вам, маленьким озорницам, время от времени помогать буду. Но у меня есть и другие обязанности на этот период. 

— Группы формируются поквартально? 

— Раз в триместр. Три набора в год: январский, майский и сентябрьский. Если бы вы были в январском или сентябрьском наборе, то было бы проще. Летом у нас один месяц – июль – отведён под каникулы.  



Evelina

Отредактировано: 02.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться