Свалка

2. Железные пещеры

 Дожидаясь пока я закончу ужин, Ники в нетерпении постукивала железной ложкой по дну тарелки. Капли смеси разлетались во все стороны, наполняя каморку кислым запахом порошкового мяса. Аппетита мой рассказ о незнакомце в тряпках подруге не прибавил.

- Крис! Идем уже!

  Ники подскочила и тут же подтянула спадающие холщовые штаны цвета хаки. Выглядела она значительно лучше: чистые волосы ниспадали бронзовым водопадом на плечи, на лице не осталось грязи и пыли, а синяки и ссадины скрывались под мешкообразной одеждой. Только покрасневшие глаза и искусанные до крови губы подсказывали, что истерика не прошла даром.

- Ночью в железные пещеры… - речитативно повторил я, уже не надеясь на адекватное поведение Ники. Отчего-то большинство людей перестает мыслить разумно, когда речь заходит о смерти родственников. 

- Не пойдешь со мной - пойду одна, - с вызовом воскликнула Ники и чуть не притопнула ногой от плохо скрываемого раздражения.

- Что ты хочешь найти? Думаешь, чудик в тряпках сидит там днем и ночью? - с аппетитом забрасывая в рот бумажный хлебец поинтересовался я и с любопытством посмотрел на подругу.

Та заметалась по комнате, то и дело подтягивая спадающие штаны, и нервно проводя рукой по волосам. В глазах появился сумасшедший блеск, а на лбу выступила испарина.

- В железных пещерах уже двести лет стали не видели. Значит, он специально ее туда притащил. Значит, он там был… И мы можем… Не знаю, Крис! Но мы можем там что-то найти! Что-то узнать! Ты же обещал!

    Только чтобы не видеть вновь краснеющие от слез глазенки и не слышать всхлипы, я нехотя поднялся из-за стола. Лучше провести одну ночь в железных пещерах, чем весь следующий день вытаскивать непутевую Ники из неприятностей. Хотя пункт для ночевки она выбрала тот еще.

    Железные пещеры, еще до эпохи Последних войн, называли промышленным районом. То есть, завод на заводе, каждый из которых пыхтел трубами круглые сутки, выбрасывая в воздух тонны золы и сажи, навсегда отпечатавшиеся на потолке черно-ржавым следом. Во время войн почти все были переформированы, а после - разграблены до последнего винтика. Сейчас, когда воровать стало нечего, железные лабиринты облюбовали ценители серого порошка, от которого легко можно было в припадке вырвать кусок стены и расшибить кому-то башку.    

Послушно свернув четыре раза направо, мы с Ники оказались в заброшенном литейном цехе машиностроительного завода с искривленной крышей и свисающими, наполовину обломанными балками. Неровный свет потолочных ламп пробивался через дыры в крыше, слабо освещая помещение, отчего постоянно приходилось щуриться. На полу отчетливо виднелись пыльные разводы и смазанные отпечатки подошв. Рядом с полуразрушенной вертикальной топливной печью  остался внушительный след - похоже, именно там лежали стальные пластины, доставшиеся близнецам, а чуть дальше валялся скомканный отрез черной ткани.

Ники уверенно подошла к копильнику, в который раньше стекал расплавленный чугун, и, сморщив нос, заглянула внутрь. Что-то заметив, она запустила руку в отверстие и, знатно измазав рукав шерстяной кофты в золе, достала подпаленную по краям синюю трубку, на внутренней стороне которой виднелся серый налет.

    Принюхавшись, Ники повернулась ко мне:

- Пару дней назад здесь кто-то ширялся.

 Ничего не сказав, я лишь вопросительно вскинул бровь, ожидая продолжения дедуктивной цепочки. Ники  подошла к тканевому отрезу и поддела его носком ботинка. Теперь можно было разглядеть вышитую белыми нитками  надпись "Тоннори С.". Ники повернулась ко мне, но не успела и рта раскрыть, как из-
за печной шахты вынырнул парень в черном плаще, лицо которого полностью скрывал капюшон.

В полумраке блеснула заточка с перемотанной тканью ручкой. Шип уткнулся в шею подруги в миллиметре от сонной артерии, но не вошел под кожу, а лишь легонько оцарапал. Алая тонкая дорожка выступившей крови извиваясь ручейком, побежала вниз. Ники остолбенела, боясь пошевелиться, только уставилась испуганными глазенками на меня.

- Где Крафт? - глухой голос донесся из-под капюшона.

Незнакомец обхватил Ники второй рукой за плечи и угрожающее вдавил шип в шею. Чутье подсказывало, что я не успею выхватить из-за пояса нож и подскочить к подруге прежде, чем ее зарежут. Да, мне нужно  всего восемь секунд, чтобы всадить и прокрутить лезвие в сердце чужака, но их у Ники нет.

- Мы не знаем, кто такой Крафт, - медленно ответил я. На что чужак еще сильнее вдавил заточку в шею подруги. Та дернулась то ли от боли, то ли от страха, оцарапываясь об острые края шипа. Бледная кожа почти полностью утонула в алой крови. - Убьешь ее - сдохнешь.

- Не тебе угрожать, доходяга - огрызнулся незнакомец, но заточку все-таки отодвинул. - Что вы здесь делаете?

- Ищем того, кто вчера прирезал ее братца. Отпусти ее. Она ничего не знает, - с трудом сдерживая злость, ответил я.

- Вчера на Северной? - в голосе мелькнуло разочарование.

- Ты... - Ники попыталась что-то сказать, но заточка все еще была слишком близко к горлу. Упрямо закусив губу, подруга тихо продолжила. - Ты... что-то... знаешь?

Чужак вместо ответа удобнее перехватил шип и замахнулся - рефлексы Ники в кои-то веки сработали как надо. Она резко ударила ботинком по лодыжке и, чуть пригнувшись, изо всех сил рванулась вперед. От неожиданности захват ослаб, и Ники полетела лицом вниз. Не успев выставить руки, она грохнулась и стесала кожу на левой щеке.

Дожидаться реакции чужака я не стал, а тут же бросился на него, выхватив охотничий нож, и сшиб на пол. Вместе мы рухнули на бетон, да только противник оказался снизу. Замахнувшись ножом, я попытался всадить лезвие в грудь, но получил удар под дых двумя ногами, который отбросил меня в сторону.