Свалка

6. Казнь демона

Последнюю партию на переработку я принес, когда время близилось к отбою. Вымотался за день так, что майку следовало хорошенько выжать от кислого пота, который неприятно щекотал ноздри. Обессиленно присев на землю и облокотившись о стенку ближайшего гаража, я лениво допивал горчащую воду из канистры и следил за скачущими иероглифами на экранах перерабатывающего бака.

Осталось подождать всего пару минут, но время замирает, когда веки налиты свинцом и даже дышать становится в тягость. Планы закончить картину, вернувшись домой, рухнули еще несколько часов назад, когда на участке не нашлось ни одной даже самой легкой пластины. Как же, какие тут картины, хвала Верхнему городу, если хватит сил впихнуть в себя ужин.

Из закоулка выскочил взмыленный Микки: развязавшиеся шнурки на заводских ботинках волочились по земле, лямка комбинезона слетела с плеча, а хвост на башке растрепался. Что это был не Рикки, я уверен: у того не было привычки постоянно копошиться в карманах. Мордашку Микки перекосило, а глаза, напоминающие блюдца, возбужденно поблескивали.

- Что стряслось? Эй, Микки! - не выдержав, крикнул я. - Комендантский час скоро, куда полетел?

Тот притормозил, чуть не споткнувшись на ровном месте, и уставился на меня перепуганным взглядом.

- Там... Там... - запыхавшись, неразборчиво выпалил Микки и махнул рукой в сторону доков. - Там одного из приближенных Суорэ убили! Да так! Да там такое! Мне Рикки сказал.

- Кого? - удивленно спросил я, не разделяя возбуждения мелкого. Зарезали и зарезали - велика новость, хоть за членов банды Суорэ мстили жестко. Так что сумасшедших, готовых пойти против головорезов, находилось мало, да и жили они недолго. - Чего так оживился?

- Мафиози, похоже. Но до конца не поймешь! Видеть нужно, ведь там такое!

Раздраженно махнув на меня рукой, Микки со всех ног припустил в сторону доков, чуть не падая из-за развязанных шнурков. Да только остановиться и завязать их мелкий времени не нашел.

С писком отъехало нижнее отделение перерабатывающего бака, отвлекая от Микки и паршивых предчувствий, что Ники окажется причастна к разборкам головорезов. Со стороны доков слышался нарастающий гул голосов, а ведь до них минут пять ходьбы - нужно хорошо рвать глотку, чтобы было слышно у баков. Раздраженно запихнув пищевой сверток под куртку, я поспешил вслед за Микки, с каждым шагом чувствуя как усталость сильнее и сильнее вдавливает в землю. 

Район доков радовал глаз бетонными блоками, а уши закладывало из-за грохота турбин гидроэлектростанций, гоняющих подземные воды. Очередная заслуга банды Суорэ, которую давно стали принимать, как должное. Хоть я в детстве успел застать времена кромешного мрака Нижнего города, когда речи об электричестве и запуске перерабатывающих баков еще не шло. Копошиться приходилось в полной темноте, изредка включая фонарик на батарейках, если удавалось найти подобную ценность. Но люди быстро забывают плохое. Жаль у меня такой способности не было: отлично я помнил, как приходилось запихивать в глотку все, что находил отец на мусорных склонах. Не сказать, что всегда съедобное и уж точно просроченное. Если бы не запуск первого перерабатывающего бака, мы бы давно все сдохли от голода. Наверное, поэтому хоть самую малость, но головорезам я был благодарен.

Запах затхлой воды смешивался с острой, разъедающей вонью химических стоков и кислым потом людей, только закончивших смену. Несмотря на приближающийся отбой, у корабельного дока образовалась галдящая, выкрикивающая несвязные фразы толпа. Заметил я и Джека с Роем, и близнецов, а вот рыжая шевелюра Ники в глаза не бросилась, усиливая и без того плохое предчувствие.

Из возгласов становилось ясно лишь одно: кто-то пришил Мафиози. Не успел я поймать за шкирку одного из мельтешащих под ногами пацанят, как заметил, что взгляды устремлены вверх к грузоподъемного крану с облупившейся оранжевой краской. Запрокинув голову, я смачно ругнулся, чуть не потеряв равновесие от неожиданности.

В метрах пятнадцати над землей на крюковой подвеске висело тело Мафиози, продырявленное насквозь. Металический крюк торчал из грудины, поблескивая в свете потолочных ламп разводами крови. Теперь один из приближенных Суорэ, занимавшийся зачисткой недовольных в доках, напоминал пришпиленного мотылька с бессильно повисшими лапками. Но взгляд привлекла не открытая рана на груди, а лицо цвета затасканной бумаги. Если прищурить глаза, то можно было увидеть, что щеки головореза покрывала вязь кровавых букв, а из широкого массивного лба торчали два изогнутых металлических штыря. Будто у Мафиози перед смертью прорезались демонические рога.

Чтобы насквозь пробить лобную кость и утопить железки в серой мозговой жиже, понадобилась точно не женская сила. А значит, вряд ли Ники приложила руку к кровавой расправе. Но это была единственная хорошая новость за день. Ведь не стоило сомневаться, что после подобной выходки Суорэ выйдут из себя, а их месть не заставит себя ждать. Под горячую руку попадут все, и воды доков забурлят от сбрасываемых трупов.

Кран со скрежетом пришел в движение, рывками опуская покачивающееся тело Мафиози в толпу. Всего за секунду образовался пустой пятачок, но, в отличие от остальных, я сделал шаг ближе. Мертвенно-белое лицо головореза оказалось совсем низко, и хоть черные патлы мешали до конца разглядеть надпись, я смог прочитать: "Первый демон кОзнен! Воспылают кАстры!".

Дверца кабинки грузоподъемного крана распахнулась, обрезая разом все звуки. Щелчка замка хватило, чтобы зрители заткнулись и в дружном порыве вскинули головы. Под дребезжание турбин наружу высунулась голова с растрепанными седыми вихрами, и блеснули круглые стеклышки очков.

- Профессор!