Свет гаси и приходи

Размер шрифта: - +

Глава 13: Добро пожаловать в Ад

Морфей назвал ее отца Фобосом. Алиса не поленилась освежить в памяти значение этого имени: божество, олицетворяющее страх, сын бога Войны и богини Любви. Такому существу не нужно было обрывать телефон для того чтобы добраться до дочери — зачем если можно присниться? Алиса не дала ему начать и заговорила первой:

— Ты сделал это нарочно. Морфей не мог помочь мне войти в Перекресток, по твоему плану он должен был удержать меня от него подальше. Это нечестно.

“Я обязан сохранить тебе жизнь. Методы меня не волнуют. И упреки не подействуют” — честно ответил он: ни следа раскаяния на его лице Алиса не увидела.

— У тебя ничего не вышло. Битва проиграна, придется смириться с моей непослушностью и стремлением самоубиться, — фыркнула Алиса.

“Я не отступлю.”

— Нет у тебя выхода, папа, ты там, я здесь. Ты… ты вообще понял, что ты пытался сделать? Запереть меня в уютной клетке, украсть у меня мою жизнь? Отцы не должны так поступать со своими детьми!

“Расстояние помеха, но я его преодолею”, — он никак не отреагировал на ее тираду, ни единый мускул на лице не дрогнул. — “Ты будешь жить. Хочешь ты того или нет”.

 

***

Дом голодал. Оцепление, созданное людьми, не пускало к нему ничего: не заходили в дом бомжи и бродяги, не забредали алкоголики, не пробирались по ночам дети. Совсем без добычи и без подпитки он стал приходить в упадок, ветшать. Это заметил и поставленный у оцепления охранник, строго проинспектированный ни в коем случае за ограждение не заходить.

“Съедят-с” — ласково сказал ему высокий человек с седыми волосами и на этом объяснения кончились. Впрочем, большего охраннику и не требовалось, нельзя так нельзя, хоть и не понятно, кто его может съесть? И почему оно все еще в доме, разве нельзя вытащить и арестовать, посадить под замок, зачем все это веселье с оцеплением? Но когда вопросы появились задавать их было уже некому.

Служба была простой, знай себе ходи вдоль оцепления, отпугивай мелкую шушеру. Тихо все было, а потом что-то случилось.

Охранника звали Артем и он даже не успел понять толком что происходит. Перед глазами потемнело и душа наполнилась таким кромешным ужасом, что Артем упал на колени, ослепший, всей душой страшась неизвестно чего. Как будто мир мог вот-вот рухнуть.

Потом все прошло, как рукой сняли. Атрем, дрожа встал, посветил вокруг фонариком и увидел, что лента заграждения в паре метром от него порвана и развевается на ветру.

Кто-то покинул Дом.

***

Театр выглядел как прежде мрачным, заброшенным, старым. Алиса и Матвей смотрели на него из машины и думали, должно быть, об одном и том же.

— Все пропавшие за все годы люди демонстрировали признаки тревоги, паранои, фобий, — сказал Матвей. — Как и сказал твой отец, исчезают те, у кого есть талант бояться.

— И как давно это продолжается? — спросила Алиса, наблюдая, как в сумрачном небе поднимается серп луны.

— Я нашел свидетельства еще с тех пор, когда здесь был глухой лес. Скорее всего, Перекресток существует сотни лет.

— А периодичность?

Матвей покачал головой:

— Ее нет. Я искал связь с фазами луны, солнцестояниями, по часам, и не нашел ничего, все хаотично. В Перекресток можно попасть утром и ночью, на новолуние и на затмение, когда угодно. Надо только уметь бояться.

Алиса взялась за ручку машины:

— Пойдем?

— С ума сошла?

Она пожала плечами:

— Получается у нас нет других ниточек. Все ведет сюда, к Перекрестку. Или мы узнаем, что он из себя представляет или так и будем ковыряться в следствиях.

— Есть еще свидетель, медиум, которого мы не допросили. — напомнил Матвей.

— Не уверена, что он скажет что-то новое, — ответила Алиса и вышла из машины. Матвею пришлось последовать за ней.

— И что ты собираешься делать? Мы уже были здесь и никаких дверей не открылось.

— А в этот раз может что-то изменится, — ответила Алиса, — Я просто чувствую, что надо идти туда, вот и все.

Дерево на холсте было на месте и сам театр, казалось, выглядел так же как и в прошлый раз… но что-то изменилось. Матвей чувствовал кожей какой-то гаденький холодок.

Они шли к сцене, Алиса прибавляла шаг, а Матвей, думал что здесь что-то не так.

Алиса рассказала ему, что помогло ей сбросить иллюзию Морфея: тот, кто вернул ей синюю бабочку. Она была свято уверена, что это Джентльмен нашел способ ей помочь, но Матвей видел другую картинку.

Он считал, что кто-то намеренно манипулирует ею, затягивает в ловушку и конечно делает все, чтобы она не сбилась с пути, разбрасывая подсказки: видения и улики, приманки. Теперь Алиса “чувствовала”, что нужно прийти сюда, прямо на порог западни и Матвей не сомневался — и это чувство тоже ей внушено.

Но он понимал, что и она права: они узнают больше только если будут рисковать. И да поможет им Белый, которому Матвей уже успел украдкой сообщить куда они отправились.

Алиса коснулась нарисованного дерева кончиками пальцев.

— Дверь открывает только очень сильный страх, — проговорила она вслух. — Так Хозяин Перекрестка отсеивает тех, кто ему нужен, тех, кто умеет бояться, забыв себя. Но мы с тобой знаем, что в попавшей в ловушку группе не все были таковыми, значит он пошел на компромисс, уступку. Зачем?

— При том что сам, скорее всего является тем, кто дергает за ниточки, — добавил Матвей.

Почему-то становилось все холодней.

— Но что ему может быть нужно?

— Может посмотрим? Твоим особенным зрением? — подсказал Матвей, протягивая руку.



Юлия Цезарь

Отредактировано: 13.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: