Свет Зимидара

Глава 6

Тёмный пещерный туннель. С одной стороны ласковое нежное сияние обещало спокойствие и безмятежность, с другой — кроваво-огненные переливы тревоги, опасности, отчаяния и боли. Света стояла как раз посередине, на душе была необычайная умиротворенность, даже безразличие. И хотя ей предлагали выбор, она не сомневалась, куда идти. К нежному свету смерти, где её ждали спокойствие и безмятежность.

Она не успела сделать и пары шагов, как воздух перед ней задрожал, и в туннель ступили боги. Первой появилась величественная женщина в платье лилейного цвета, её длинные струящиеся по спине белоснежные волосы сдерживала ледяная корона. На лице сурово сверкали голубые, словно льдинки, глаза. За ней возникла хрупкая, изящная девушка в изумрудно-зелёном платье, две роскошные золотистые косы сбегали из-под венка из полевых цветов, глаза полны сочувствия и тревоги. Затем с ехидной усмешкой появился невысокий рыжий парень и возвышающийся над всеми хмурый черноволосый воин в чёрных доспехах, на поясе которого висел огромный меч. Матушка Зима, Леди Весна, Герцог Лето и Витязь Осень — все четыре бога.

Света безразлично склонилась в поклоне:

— Боги, приветствую.

— Светозара, в мир смерти тебе ещё рано! — произнесла Матушка Зима, не ответив на приветствие. В обычно спокойном голосе звучали недовольные нотки, которые почему-то не произвели ни малейшего впечатления.

Странно, но Свету не беспокоило её состояние. Безразличие защищало от отчаяния и боли, которые слабо плескались где-то глубоко внутри.

— А куда тогда? Там… — она кивнула через плечо назад, на огненный выход, — нет ничего хорошего, ничего меня не держит. Я туда не хочу. Больше не хочу. Я желаю уйти. Я желаю покоя. Я желаю смерти.

И даже пожелания звучали монотонно.

Зима нахмурилась. Леди, притронувшись к её руке, мелодично произнесла:

— Зимушка, здесь что-то не так.

— Ха, что-то не так? — влез Герцог. — Да, крошка, — безмятежность внутри Светы шелохнулась, что-то кольнуло в груди, но через секунду безразличие снова вернулось, — заморожена, словно одна из твоих статуй, Зимка!

— Мне тоже это не нравится, — кивнула Матушка Зима. — Я не узнаю эту девочку. — Оглянулась на своих братьев и сестру. — Вы поможете?

— Конечно, — улыбнулась Весна.

— Да куда я денусь?! — махнул рукой Лето.

Осень молча кивнул.

Боги взялись за руки. Вокруг них заклубилась сила. Закрутились вода, ветер, огонь и зелёный стебель и одной общей струей устремились к равнодушно наблюдающей Свете. Стихии образовали вокруг неё круг, вдруг поднялись стеной, загородив богов. Через секунду тихо исчезли, не оставив после себя ни следа.

В первые мгновения, казалось, ничего не изменилось. Света удивлённо оглядела чего-то ожидающих богов. И вдруг оболочка безразличия разлетелась, словно льдинка, с размаха брошенная на камень. От одновременно нахлынувших чувств Света упала на колени и сжала голову. Отчаяние, боль разрывали сердце, Света стиснула зубы, сдерживая рвущийся из груди крик.

Тёплые руки коснулись её напряжённых плеч, и Света, вскочив на ноги, уткнулась в грудь Матушки Зимы. Когда Богиня её обняла, разрыдалась.

Несколько минут в коридоре между мирами царила тишина, нарушаемая лишь всхлипами. Зима, успокаивая, поглаживала Свету по волосам. Опускалось спокойствие, помогала свыкнуться с мыслью, что Лиса больше нет, что она осталась одна, навсегда. Только потеряв, поняла, что он был больше чем друг, он был её половинкой, её парой. Она любила его, боясь даже себе в этом признаться. А теперь стража не стало. Не стало части её. Сердце окутала смесь пустоты и боли. Одиночество, словно тиски, сдавило душу.

— Вот воды-то-о! — усмехнулся Лето, когда Света начала успокаиваться… Нет, не успокаиваться. Когда она все чувства смогла загнать глубоко внутрь себя, чтобы забыть, чтобы не вспоминать. И пусть щемящая боль не исчезла и вряд ли когда исчезнет, она готова была жить… существовать дальше. Вот только… зачем?

— Ради жизни! — тихо шепнула богиня. От неё мысли не скроешь. Да и зачем скрывать? — Ты нужна очень многим. Братьям, народу Пеневии…

Света отшатнулась и зло прищурилась.

— Империи?! — чуть ли не прошипела она. — Никогда! Никогда я в неё не вернусь! Будь она…

— Замолчи! — прикрикнула богиня, заставив умолкнуть, и более спокойным тоном продолжила: — Не нужно такими пожеланиями кидаться, особенно в этом месте.

— Я всё равно не вернусь! — упрямо буркнула Света. — Там мне делать нечего.

Возвратиться в страну, ставшей виновницей её боли? Никогда!

— А как же клятва?

— Наплевать! Пусть я умру…

— Оживи сперва! — вставил Герцог Лето.

Зима сердито глянула на брата, но говорить ему ничего не стала. Печально улыбнулась царевне.

— Ну что ж, это твой выбор. Все клятвы после твоей временной смерти исчезли. И ты ничего не должна империи. Дальше можешь действовать, как пожелаешь. Извини, но мы вмешиваться тоже не будем. Теперь всё зависит только от тебя.

— Подожди, Зимка. А что с ней случилось-то? Откуда эта пелена безразличия?

Богиня вопросительно посмотрела на свою подопечную.

Света нахмурилась, вспоминая, и неуверенно произнесла:

— Я вроде бы очнулась от того, что кто-то приводил меня в чувство. Мне было так плохо. Я желала исчезнуть. И закричала, чтобы меня оставили в покое, что хочу умереть. И тут же провалилась в густую неприятную тьму. Сначала сопротивлялась. А когда боль и отчаяние начали уменьшаться, всё становилось безразлично, я смирилась. Потом появился этот туннель, и у меня осталось одно желание — жажда покоя.



Алена Малышева

Отредактировано: 08.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться