Светлячок

Размер шрифта: - +

Глава 2: Декоратор серых стен

В бесплатном автобусе, чей маршрут лежал прямо до обсерватории, к искреннему удивлению Эвелин, было  довольно пустынно. 

"Неужели так мало людей, интересующихся астрономией? Ведь билеты были совсем недорогие по общим меркам", —размышляла девушка, переводя взгляд с сонных лиц пассажиров на сменяющийся за окном городской пейзаж. 

Подвох в легкодоступном билете был в том, что помимо этого каждому посетителю было необходимо выбрать и, разумеется, оплатить маршрут экскурсии, так как проходить во многие зоны можно только с экскурсоводом.

Подсчитав все "за" и "против", Эвелин остановилась на варианте средней дороговизны, так как денег было не так уж много, а единственным заработком была получаемая ей стипендия, которой, к счастью, хватало на оплату минимальных условий проживания. Хотя теперь, когда она всё-таки решилась на покупку собственной квартиры, ей придётся попрощаться с драгоценным свободным временем, которого у неё раньше у неё было придовольно и хватало даже с избытком. 

Нахмурившись из-за осознания потери стольких возможностей развлечься с подругами, Эвелин лишь покачала головой себе в укор, что забыла о столь важной детали её жизни. Но было уже поздно что-то менять, а значит, что нет повода себя напрягать по этому поводу, тем самым лишний раз, вгоняя в тоску. У девушки всегда был строгий принцип – не беспокоиться, если это не принесёт никакого результата. Из чего можно сделать вывод, что переживала блондинка крайне редко. И спроси, кто бы то ни было её сейчас, когда же она в последний раз заморачивалась на какую-нибудь тему, Эвелин вряд ли бы нашлась что на это ответить, лишь снисходительно улыбнулась и пожала плечами, выражая крайнюю степень непонимания данной ситуации. 

Старинное здание Лундской обсерватории, расположенной в небольшом городке, Лунде, встретило туристов массивными кирпичными стенами с зелёной крышей. Окна в деревянных зелёных рамах были узкие, вытянутые, словно бойницы. Образу крепости соответствовали же и башни с зубьями на верхушках, и огромный барабан с теми же узкими приспособлениями для проникновения света, и ажурно выложенный кирпичом орнамент, служащий для украшения окантовки центральной и самой важной части обсерватории, огромной башни, где располагался самый мощный телескоп данной обсерватории. 

Покинув уже порядком поднадоевший автобус, все разбились на группы, в которые также вошли остальные посетители музея, прибывшие, к своему несчастию, намного раньше, уже сильно утомлённые ожиданием нашего небольшого желтенького транспортировщика, вызывающего далеко не лучшие опасения, касательно тарахтевшего мотора, что каждую пару километров требовал себе законный перерыв на десять-пятнадцать минут. 

Оказавшись внутри столь желанного здания, Эвелин прослушала пару слов об истории создания самого строения, кажется, основанного в 1749-ом году, но, увидев первую модель привезённого сюда телескопа, обзору которого нудный экскурсовод уделили каких-то жалких три-четыре минуты, тут же забыла про всех. Её уже более не волновал ни маршрут, ни уже давно пропавшая из виду группа во главе с зарядным полным мужчиной в белом халате, очёчках и сияющей лысиной на голове, ни деньги, что ей пришлось заплатить, твёрдо говоря, ни за что, как в мусорную корзину выкинула. 

Цепляясь глазами за все, что казалось интересным, девушка медленно блуждала по выставочным залам. Особенно её увлекла серия карт звёздного неба, двигаясь вдоль которых, вконец потерялась от группы, впрочем, она об этом так ни разу и не вспомнила, пока не наткнулась на тяжелую металлическую дверь, выкрашенную в белый цвет и совсем не сочетающуюся с архитектурным стилем башни. 

Быстро увлекшись новым открытием, что преграждало ей путь, Эвелин мельком оценила обстановку вокруг. Коридор. Странно, ей казалось, что в туристической программе не одной из групп на карте не было указано никаких отвитвлений, лишь грубоватые в своей простоте квадратные комнаты, некоторые из которых были соединены между собой лишь небольшым проёмом, обделанным кирпичём и замениющим дверь; другие же вообще не имели продолжения, заводя туристическую группу в тупик, из которого потом приходилось выбираться задним ходом, что довольно-таки часто было затруднительно, даже используя план здания. 

Стены галереи, если её так можно было назвать, были выражены в цвет сырого цемента, что ещё ярче подчёркивало притягательность двери, куда, вероятно, путь был открыт лишь рабочему персоналу. Непонятно лишь было, зачем было вывешивать эти великолепные звёздные карты в этом угрюмо и мрачном месте, если туристы здесь не бывают, а декоративное решение украсить рабочее помещение астрономически точно рассчитанными схемами как-то совсем уж не вяжется с образом архитектора, что придумал сие мощное строение.

Дверь тихонько скрипнула, но, к величайшему удивлению девушки, поддалась. Надавив посильнее на холодную металлическую ручку, Эвелин сильнее рванула на себя. Кажется, она перестаралась, ведь едва успела отпрыгнуть в сторону, как дверь впечаталась в стену, осыпав тонкий слой краски и оставив продолговатую царапину, похожую скорее на след когтя какого-то ужасного зверя. Однако, девушка постаралась особо не обращать внимания на этот неприятный подарок судьбы, который потом, вероятно, ей придётся ещё и оплачивать, ведь создание необычных украшений на скучных серых стенах явно не входило в стоимость экскурсии. А жаль. После ещё пары-тройки таких архитектурных деталей, обсерватория стала бы больше похожа на тюрьму для жутких тварей, то и дело пытающихся сбежать, чтобы пообедать кем-нибудь из персонала. Ведь кормят монстров всегда неважно, вот почему они такие злые. 

Немного замявшись на пороге, Эвелин все-таки шагнула в неизвестность. В комнате, или где она очутились, было жутко темно. Усмехнувшись недавно всплывшим в её памяти монстрам, выходящим из темноты, блондинка попыталась найти включатель, пошарив рукой по холодной гладкой стене, кажется, выраженной в белый цвет, ведь на руке остался осадок. Наконец что-то щёлкнуло, и помещение залило не выразимо ярким потоком ослепительно белого света. Впрочем, проморгавшись некоторое время, девушка начала что-то различать, что после столь кромешной тьмы и приглушенного освещения в коридоре было не так уж просто. 



Кузьмина Татьяна

Отредактировано: 20.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться